Чтение онлайн

— Ты не понимаешь, — вздохнул Ярик. — Одно дело, когда травят, проклинают, или еще чего, а вот когда на тебя идут с ножом в руке — это совсем другое.

Я уставился на него в полном недоумении, видимо я чего-то недопонимаю. Ярослав правильно понял мое молчаливое замешательство и пояснил:

— «Убийство с помощью ножа очень интимно: ты ведь держишь его, в то время как он проникает в плоть, и чувствуешь через него угасающую жизнь своей жертвы. Это прямо как секс»*, — сказал он и мечтательно уставился на только что выпущенное им облачко густого дыма. — С ножами работают только лучшие, мастера своего дела, так что прими данное покушение как комплимент.

Пожалуй, к его словам стоит прислушаться, ведь он знает, о чем говорит. Но все равно осадочек остался. Не очень то приятно, проснуться и увидеть подобную сцену, а еще не приятней, когда понимаешь, что такая учесть предназначалась тебе.

— Не кисни Кор, все же обошлось, — намазывая тост джемом, проговорила Эмили.

— Благодаря тебе, — буркнул я и уселся за стол.

— Ну, так это моя работа — беречь и защищать тебя, — шутливо склонила голову Эмили.

Ничего не понимаю! Она обменялась с Ярославом взглядом, он кивнул.

— В последнее время заказы на тебя участились. Видишь ли — скоро ты окажешься в Хогвартсе, а туда попасть практически невозможно.

— Даже не знаю, по-моему, убрать меня там гораздо проще! — сказал я и вспомнил парочку учителей из-за которых чуть на тот свет не отправился.

— Эх, — потянулся Ярослав, — наслышаны о твоих приключениях.

Я только фыркнул. Тоже мне, приключения!

— Как бы пафосно и неправдоподобно звучало утверждение о том, что это самое безопасное место — это так. Там ты в большей безопасности, чем на воле. Замок всегда просигнализирует учителям о том, что их студент в опасности, а принесенные клятвы не позволят не отреагировать. Ты же вроде как жив и относительно здоров до сих пор, так что…

Смысл в его словах был. Да, я жив. Но сколько нервных клеток угроблено! Да, профессора практически всегда вовремя приходят на помощь, даже лесные жители не раз помогли, но прецедент был — плакса Миртл, и не без участия Темного лорда. Так что расслабляться в любом случае не стоит. Снейп меня вообще бесит, озлобленная тварина! Цепляется с первого курса, проходу не дает. Полоумная прорицательница тоже добавляет свою ложку дегтя во всю эту душистую композицию… Директор какой-то мутный. Разговоры с ним ничем не лучше бесед с Трелони, проще на чаинках погадать, чем понять смысл его изречений. Да, он многое сделал для меня, но многое и не сделал. Палка о двух концах.

— А у нас случайно нет досье на моих профессоров? — спросил я, как бы невзначай, и отхлебнул кофейку. Гадость! Впрочем, как и всегда.

— Я уж думал, ты не спросишь, — расплылся в широкой улыбке наш сладкоголосый ангел и полез в сумку, что стояла рядом с ним.

Досье оказалось увесистым.

–

Ярослав аппарировал меня, себя и Эмили к резиденции Блэков. Переступать порог было мучительно больно, но я себя пересилил. С первых же шагов я оценил старания старого домашнего эльфа — все было относительно чисто. Ни пылинки, ни соринки, как говорится, только обшарпанные обои и местами желтый потолок портили все впечатление. Я заглянул в трапезную и посетил известные мне комнаты — следы пребывания гиппогрифа полностью ликвидированы, кровати заправлены, блестящие поверхности начищены. Комната Сириуса…

Я присел на край кровати, продолжая сжимать в руках гриффиндорский вымпел. Блэк, пятый курс…, а потом он покинул эту комнату. Интересно, что навсегда он покинул эту комнату после моего пятого курса. Ничего не поделаешь — Сириус мертв и не вернется, даже в виде приведения. Хотя, наверное, так было бы даже тяжелее — ежедневное напоминание о невосполнимой утрате, ведь мне все-таки придется здесь жить. Эту спальню я отдам своему первенцу, все же это хорошая комната. Остальные помещения интересовали меня меньше. Не обошлось и без сюрпризов — на третьем этаже нашлась библиотека и хозяйский кабинет. Так же я отыскал оранжерею на маленьком пятачке на крыше и маленькую трапезную на втором этаже. Кикимер сказал, что эти комнаты запечатались сразу же после смерти Вальбурги, после этого открыться они могли только главе давшему клятву, или регенту, принявшему обязательства перед родом Блэк. Когда я тщательно обследовал комнаты, то понял почему.

В библиотеке хранились редкие и опасные книги, но большинство составляли просто дорогие и познавательные издания, старые учебники, журналы, пособия. Впрочем, расстаться с ними было бы большой глупостью. Не сомневаюсь, что близнецы не побрезговали бы стащить парочку и толкнуть в Лютном, а может и Молли тоже. В кабинете хранились бумаги, счета, договоры и контракты — это я изучу дополнительно. Трапезная оказалась не такой большой, как столовая, но хранила в себе фамильное серебро, дорогой хрусталь, старинный сервиз и много чего по мелочи. Большие приемы здесь не устроишь, учитывая, что в комнате всего-то восемь стульев, но для тесных семейных посиделок в самый раз. Насколько я помню, дети всегда ели отдельно от родителей до определенного возраста, так что в этой комнате явно заседали только взрослые. Сириус никогда не рассказывал о семейных приемах и праздниках, такое чувство, что их и вовсе не было, но традиционные ужины точно должны были быть, ведь семейство-то чистокровное.

Оранжерея прибывала в весьма запущенном виде. Растения, по всей видимости, поливал Кикимер, но и только. Срочно требовалась рука опытного садовода, ведь растения здесь произрастают не дешевые, есть несколько редких экземпляров. Удивительно, что они до сих пор не погибли. Самым неприятным известием стало то, что сразу после смерти крестного дом обчистил Наземнкус. Ярослав пообещал, что все вещи будут возвращены если не самим вором, то он покажет один интересный ритуал, который способен вернуть выкранные вещи хозяина дома. Эмили же обещала прислать бригаду, которая займется восстановлением дома и картин. Так же мне было предложено обзавестись портретом Сириуса, только нужно собрать как можно больше воспоминаний о моем крестном, чтобы художник верно отобразил его характер и манеру поведения, иначе картина может получиться недостоверной и неадекватной, а то и вовсе будет молчать. Было решено написать самым близким и дать объявление в газету. Помощь коллег оказалась неоценимой.

–

Через четыре дня в гостиной моего деда стояло девяносто два пузырька с воспоминаниями. Мне уже жаль художника, который будет все это просматривать. Я успел посмотреть все по мере поступления. Что удивительно, даже леди Малфой прислала пузырек с потрясающим воспоминанием школьных лет. Как я понял со дня ее рождения — Сириус раскланялся, вручил подарок, наговорил кучу комплементов и пожеланий и даже потанцевал с именинницей. Тридцать пять воспоминаний прислали бывшие подружки крестного. В основном банальные романтические встречи, несколько полетов на байке, школьные ночные обжимания, остроумные ответы на уроках, несколько пикантных сцен более позднего периода — лица женщин затерты. Люпин прислал несколько флаконов — момент, когда они доделали карту: счастливые лица четырех друзей, возгласы, первый шпионаж. Пара воспоминаний обычной мальчишеской болтовни о планах на жизнь, школьный бал, первое превращение в собаку, свадьба моих родителей — поздравительная речь, постазкабанские — жизнь взаперти, душевные разговоры обо мне и отце. Несколько бывших учителей прислали свои воспоминания, мои профессора тоже не обошли меня вниманием. Уизли прислали парочку — ничего интересного, но характер проследить можно. Я добавил и свои, почти все, что были. Вот так и набралось. Даже не представляю, какой получится из всего этого портрет.

Тем не менее, художник прибыл, надавал положенных клятв и незамедлительно приступил к просмотру, вывалив все воспоминания в кучу в свой собственный чашеобразный омут памяти. Странный метод, но может у них так положено. Через час он вынырнул из омута, выловил воспоминания и смешал их с красками. Работа над холстом закипела, а я отправился обратно в дом Блэков, свой дом…

–

В доме царил хаос! Вальбурга вопила, Кикимер оттягивал уши, чуть ли не до пола, рабочие сдирали старые обои и ошкуривали двери. Всем руководила дама лет пятидесяти, она же и показала мне эскизы того, как будет выглядеть дом после ремонта. Кое-что я попросил поменять, но основная часть будет сохранена. Вся старая мебель пошла на реставрацию, картины тоже отправились к мастерам, короче — работа велась. Ярослав предварительно наложил заклятие и теперь можно не опасаться, что ценности незаконно покинут дом, так же он сказал, что нашел Наземникуса и тот уже собирает мои вещи обратно. У меня закралось подозрение, что он просто выкрадывает их обратно, но это уже не мое дело.

Я поднимался на второй этаж, когда шторы, закрывавшие портрет, раздернулись, и бывшая хозяйка дома снова начала вопить и сыпать оскорблениями.

— Закрой рот! — прикрикнул я, и она тут же замолкла, уставившись на меня в полном недоумении.

Так, так… Похоже она теперь обязана меня слушаться, как главу дома. Это порадовало, так что я решил продолжить:

— И больше не смей открывать его, пока я лично об этом не попрошу.

Мерзкая старуха поджала губы и отвернулась. Так-то лучше!