Чтение онлайн

– Мне нужно бежать, – сказала она Эмили. – Я опоздала на собеседование. Черт.

Алекс вышла за дверь с недовольным видом, обвиняя в своей рассеянности стресс на работе. Она села в машину и завела двигатель. Поворачивая, она вытянула шею, чтобы посмотреть назад.

Она проехала четверть мили, прежде чем свернула направо на Честер-стрит, по той же дороге, по которой Самир Кумар ехал в супермаркет в тот день, когда она последовала за ним. Приближаясь к перекрестку, Алекс заметила яркие огни в зеркале заднего вида. Ее челюсть сжалась.

Мгновение спустя ее сердце подскочило к горлу. Это полиция! Патрульная машина следовала прямо за ней.

Она съехала на обочину. Фруктовый привкус щекотал ей губы и язык. В голове гудело. Забыть об интервью ее заставила не работа, а вино. И вот появился полицейский офицер, с важным видом направлявшийся к ее машине. Его моложавая внешность не обманула ее. Возможно, он учился в старшей школе, когда Летти была первоклассницей, но молод этот человек или нет, в его силах было перевернуть ее жизнь.

Мысли Алекс устремились вперед, рисуя мрачное будущее: она в наручниках, ее фотография опубликована на странице сообщества Мидоубрук, ее бизнес рушится, друзья отворачиваются от нее, репутация в руинах.

Когда видение исчезло, она принялась делать глубокие вдохи, однако мозг по-прежнему не получал достаточного количества кислорода. Страх затопил ее, сердце колотилось так, словно могло выскочить из груди. Мелькнула шальная мысль: сердечный приступ мог бы спасти ее от полевого теста на трезвость. Сколько она выпила? Два бокала, верно? Нет. Нет. И еще раз нет. Она знала правду. Она, черт возьми, знала правду – обо всем, о себе.

Она опустила стекло и совсем чуть-чуть повернула голову, достаточно, чтобы не казалось, что она намеренно отворачивается, при этом одновременно затрудняя полицейскому обзор, пытаясь не выдать своих глаз… и дыхания.

– Водительские права и регистрацию, мэм. – Его голос звучал очень молодо. И все же ей было страшно.

Дрожащими руками она нащупала свои документы. Офицер отнес их к своей патрульной машине.

Алекс была уверена, что он вызывает подкрепление. Тошнотворное чувство поселилось у нее в животе. «Я сама во всем виновата», – подумала она и крепко вцепилась в рулевое колесо, от пота ее ладони стали скользкими.

Как это воспримет Летти? А как насчет Ника?

Ее брак и так казался шатким. Может ли это стать переломным моментом? Она опускалась все ниже, проваливаясь в бездну страха, пока не вернулся офицер.

Он вернул ей документы.

– Вам пора пройти техосмотр.

Выражение удивления на лице Алекса было неподдельным.

– О, мне очень жаль. Я совсем забыла.

– Я мог бы выписать вам штраф в сорок долларов, – сказал он.

«Заставь меня подуть в трубочку, и ты выпишешь куда больше», – подумала Алекс.

– Но я оставлю все как есть. Только внесу заметку в систему. Теперь у вас есть десять дней, чтобы провести осмотр вашего автомобиля, договорились? В противном случае в следующий раз это может повлиять на вашу страховку.

– Да, офицер, – пролепетала Алекс. – Спасибо.

Он пошел обратно к своей машине.

Алекс медленно тронулась, постоянно переводя взгляд с дороги на спидометр. Она добралась до следующей улицы и только там нашла безопасное место, чтобы съехать на обочину.

«Хватит, хватит, хватит», – гремел голос у нее в голове. Она позвонила Нику.

– Привет, милая, – удивленно проговорил он. – Что случилось?

Прерывистое дыхание Алекс едва позволяло ей говорить.

– Мне нужно… мне нужно, чтобы ты приехал и забрал меня… прямо сейчас, – произнесла она срывающимся голосом. – Я думаю… – Она не могла выдавить из себя ни слова; печаль сжала ей легкие. Наконец она набралась мужества. – Я думаю, у меня проблемы с алкоголем.

Глава 39. Летти

Сегодня 20 апреля, а это значит, что мне исполнилось восемнадцать лет. Я не чувствую себя взрослой, хотя закон считает меня таковой. Я могу голосовать, поступить на военную службу, работать полный рабочий день, сделать татуировку и усыновить ребенка. Я решила пока ограничиться только одним из этих дел, по крайней мере в ноябре. Джей покупает булочку в местном «Старбаксе», где мы встретились, чтобы обсудить, как продвигается розыск шантажиста Дилана. Он кладет сдобу передо мной. Он любитель круассанов (все еще удивляюсь этому), а я помешана на булочках. Когда он лезет в карман, я уверена, что он тянется за своим вейпом. К моему удивлению, он достает маленькую свечку и втыкает ее в булку:

– С днем рождения, Летти! – У него с собой зажигалка, и вот так просто пламя свечи мерцает, призывая меня задуть ее. – Загадай желание.

Я делаю паузу, затем выдаю:

– Я бы хотела, чтобы мои родители оплатили мне целый год путешествий.

Пламя гаснет.

– Всегда думал, что нельзя рассказывать свое желание, потому что оно не сбудется, – рассуждает вслух Джей.

– Черт. И правда. Заново?

– Я принес только одну свечу, – говорит он. Я пожимаю плечами. – И куда бы ты махнула?

– Может быть, Тайвань, – отвечаю я. – По ощущениям, это неплохое место, чтобы пережить геополитические потрясения, не подвергая себя слишком большой опасности.

– Солидно.

– Затем я бы поехала в Австралию, научилась бы нырять с аквалангом, увидела бы Большой барьерный риф до того, как изменение климата уничтожит его.

– Выпьем за транснациональные корпорации и безразличных, близоруких, корыстных политиков. – Джей поднимает свой бокал. Мы чокаемся бумажными стаканчиками. – Надеюсь, ты станешь ведущим ученым-экологом и поможешь привести компанию к светлому будущему. Кстати, есть какие-нибудь известия из USC?

– Нет. Все еще жду, – отвечаю я. – В любом случае, это не имеет значения. Мой отец не отпустит меня.

– Тебе восемнадцать, Летти. Твой отец больше не контролирует твою жизнь.

– Да, конечно, но я не хочу быть обремененной огромным кредитом, который нужно возвращать. А он не заплатит, если сочтет, что это пустая трата денег.

– У него есть деньги и он не хочет дать их своей дочери? – Джей, похоже, потрясен.

– Что-то в этом роде, – киваю я, хотя так оно и есть.

Джей качает головой.

– Твой отец, возможно, более жесткий и непреклонный, чем мой.

– Что бы ты посоветовал мне сделать? Я не могу выписать чек на такую сумму, а кредиты меня раздавят.

Джей наклоняется ближе. Он все такой же – смуглая кожа, этот характерный одеколон (или, может быть, это его естественный запах, не могу сказать наверняка). От его улыбки, за которую можно умереть, дрожь пробегает по моему телу.

– Летти, – произносит он тихим голосом, – как ты собираешься спасать мир, если не можешь постоять за себя?