Чтение онлайн

— Такое забудешь!

— И я запомнила эту ночь на всю жизнь! Ты вел себя настолько естественно, будто мы с тобой занимались этим уже не в первый раз! Это помогло мне побороть неуверенность.

— Ты была прелестна — и в тот, и в последующий разы!

— И у меня остались о тех днях самые светлые воспоминания, да и у Светки тоже!

— Это она тебе сказала?

— Ну, да! Да ты не улыбайся, для нас ведь этот был первый подобный опыт, и нам повезло, что это был ты…

— Значит, в качестве подопытного кролика я тебя удовлетворил, моя несравненная экспериментаторша?

Снежка первый раз за время беседы улыбнулась:

— Почему кролика? Скорее тигра…

— Ты мне льстишь… И что же было дальше?

— Дальше было много чего, но все шло более-менее гладко, пока не случилась одна гадкая история… В одно несчастливое утро из областного центра прибыло высокое начальство: заместитель начальника областного управления, полковник Гладышев Виктор Викторович, собственной персоной! Эта новость заставила наши со Светкой сердца заныть в недобром предчувствии, поскольку мы уже были наслышаны о том, что господин полковник очень охоч до женского пола! Особенно ему нравились блондинки. Поэтому полковник Каменев, рискуя навлечь на себя гнев начальства, приказал Игорю срочно придумать для меня спецзадание и под этим предлогом спрятать, куда подальше от похотливых глаз Гладышева. В отношении Светы он так поступить не решился, понимая, что это будет уже перебор. Да и слабая надежда на то, что брюнетка не вызовет у этого «павиана в погонах» чрезмерного желания, еще теплилась в сознании нашего шефа. Увы, как он ошибался! Светка потом рассказывала, что еще во время представления это «похотливое животное», — прости, но не могу я его называть иначе, не могу! — не стесняясь присутствующих офицеров, буквально раздевало её глазами. Его липкий взгляд она ощущала по всему телу: на ногах, под блузкой, под юбкой и, даже, под трусиками. Чего ей стоило вытерпеть всё это, даже представить трудно! Но если бы этим все и ограничилось — да куда там!.. Вскорости полковник затребовал Свету себе в кабинет для личной беседы!.. И она пошла — а куда денешься? Немного приободрило ее то, что неподалеку от кабинета, который занял Гладышев, как бы невзначай, стали группироваться офицеры отдела во главе с Каменевым. А Игорь даже подошел к ней и ободряюще шепнул: «Мы тебя в обиду не дадим! Если что — зови на помощь!». То, что произошло в кабинете, напоминало сцену из дешевого порнофильма — кроме концовки, разумеется… Не озаботясь соблюдением хоть подобия приличий, полковник сразу приступил — как это сейчас модно говорить — к сексуальным домогательствам. Светка пыталась остудить пыл «кавалера» словами, но безуспешно! Бормоча скабрезности, тот повалил ее на диван и начал срывать одежду… Ему бы получше почитать ее личное дело, а не только пялиться на смазливое личико на фотке! Светка то у нас мастер рукопашного боя… В два приема незадачливый насильник очутился под столом во временной отключке. Светка, воспользовавшись моментом, на ходу поправляя на себе одежду, вылетела из кабинета. Офицеры, стоящие в коридоре бросились к ней. Каменев, который в отличие от Гладышева с личным делом лейтенанта Мамаевой был знаком досконально, спросил: «Жив?!». На что получил лаконичный ответ: «А что с ним будет? Скоро очухается!». Решение полковник принял мгновенно: «Всем спасибо! И… по местам! А ты, Игорь, бери гусар-девицу, и вези её к чёрт… короче, как можно дальше от цепких лап высокого начальства — чтоб ему ни дна, ни покрышки! Но пусть сначала напишет рапорт на моё имя, да не скупится на подробности!». Через несколько минут после того, как Игорь и Света отбыли в неизвестном направлении, в кабинет Каменева ворвался багровый от ярости Гладышев и потребовал немедленно арестовать «эту проститутку» на том основании, что та только что совершила покушение на его драгоценную жизнь. На что Каменев спокойно ответил, что не совсем понимает товарища полковника, поскольку в его отделе штатной должности «проститутка» нет. Если же он имеет в виду лейтенанта Мамаеву, то последняя отправлена лично им, полковником Каменевым, на выполнение спецзадания, и по этой уважительной причине в ближайшее время предстать пред очи высокого начальства никак не сможет. Зато у него есть рапорт все от той же лейтенанта Мамаевой, в котором она докладывает о попытке изнасилования со стороны полковника Гладышева. И вот он, полковник Каменев сидит теперь и ломает голову: что ему с этим рапортом делать?.. На предложение Гладышева рапортом Мамаевой утереться, а саму «писательницу» немедленно вернуть с задания, Каменев все так же резонно ответил, что не может этого сделать по двум причинам. Во-первых, снятие сотрудника с задания может повлечь срыв важной операции, и кто тогда будет за это отвечать? Во-вторых, во время инцидента в кабинете, рядом с ним, по чистой, разумеется, случайности, оказалось сразу несколько офицеров управления, которые, пусть и косвенно, смогут подтвердить правдивость изложенных в рапорте событий… Обмен любезностями между двумя полковниками продолжался еще несколько минут, и, в конце концов, стороны пришли к компромиссу: Гладышев снимает все обвинения с Мамаевой, а Каменев не дает ход ее рапорту…

… - Да, пакостная история! — задумчивый взгляд Максима был устремлен в столешницу. — Но почему, всё-таки, Каменев не дал ход рапорту Светланы?

— Игорь объяснил, что Гладышев является лучшим другом не только начальника областного управления, генерала Власова, но и другом губернатора края. А тот, как известно, в хороших отношениях с руководством страны. Поэтому Каменев счел за благо замять эту историю!

— Понятно… Рассказывай дальше!..

… А дальше… Дальше последствия не заставили себя ждать. Вскоре после отъезда Гладышева, Каменев был вызван в краевое управление, и там, по слухам, вокруг него разгорелась нешуточная борьба. Власов и Гладышев при поддержке губернатора пытались добиться отстранения полковника от должности как несправившегося со служебными обязанностями. Еще один зам Власова, полковник Збруев, и Москва возражали против такого решения. В это самое время в Москве произошла смена руководства: пост руководителя спецслужб занял генерал Ерёменко Петр Петрович, который не благоволил ни губернатору края, ни его ставленниками Власову и Гладышеву. И вопрос решился бы в пользу Каменева, если бы у того, от всего пережитого, не случился инсульт. В результате, хоть и почетная, но все-таки отставка, и на место Каменева присылают — нет, слава Богу, не Гладышева — полковника Смирнова. Это назначение было своего рода компромиссом, поскольку устраивало обе стороны. Смирнов честный служака, но из штабных. Оперативной работой никогда не занимался, и с начальством предпочитал не ссориться. Вскоре стало ясно, что новый начальник за своей спиной никого прятать не станет. Спасибо хоть, что попусту не сдаст! Правда, на первых порах, на работе управления это серьезно не отразилось. Других кадровых перестановок не последовало, все ключевые сотрудники занимали свои места еще со времен Каменева, а, значит, дело свое знали, и лямку тянули исправно…

… А вскоре, Лена осталась одна. Света совершенно неожиданно вышла замуж за иностранца и уехала жить за границу. История её скоропалительного замужества напоминала эпизод добротного женского романа. Филиппе Родригес Фернандес — высокопоставленный правительственный чиновник одной из латиноамериканских стран — прибыл в Россию во главе официальной делегации. В программе визита было запланировано посещение того прекрасного приморского города, где служили Родине очаровательные Елена и Светлана. Понятно, что обе чаровницы были определены в штат принимающей стороны. Уже во время церемонии встречи делегации в аэропорту случилось непредвиденное. Господин Фернандес, хмурый неулыбчивый мужчина, лишь на секунду задержал взгляд на Лене, но замер, как громом пораженный, при виде Светланы. Возникло легкое замешательство, конец которому положил сам виновник переполоха. Глава делегации взял себя в руки и, в дальнейшем, уже ни на шаг не отступал от протокола. На Светлану он в этот день так больше и не взглянул, но на следующее утро обратился с просьбой к принимающей стороне прикрепить к нему в качестве официального переводчика именно её. Объяснялась эта просьба тем, что его собственный переводчик внезапно заболел и нуждается в постельном режиме. Просьбу, естественно, удовлетворили, тем более что испанским Светлана владела в совершенстве. Удовлетворили, и тут же кинулись искать разгадку столь странного поведения главы иностранной делегации. Долго копать не пришлось. Очень быстро выяснилось, что два года назад господин Фернандес похоронил жену, которую буквально боготворил, и с тех пор вел почти монашеский образ жизни. Когда же на стол одного из руководителей спецслужб легла фотография покойной супруги господина Фернандеса, всё окончательно встало на свои места. Светлана Мамаева и женщина на фотографии были похожи как сестры, только Светлана была значительно моложе… А тем временем в курортном городе на глазах не столь изумленной, сколь умиленной публики, в лице представителей обеих делегаций, стремительно набирал силу удивительно красивый роман, который закончился вполне закономерным исходом. Накануне отъезда Филиппе сделал Светлане предложение стать госпожой Фернандес, коее и было ей принято без излишнего жеманства…

Почему так поступила Светлана понять можно: лучше быть женой красивого и богатого Филиппе — и разница в двадцать лет вряд ли в этом случае может считаться серьезной помехой, — чем ждать, когда до тебя доберется мстительный полковник Гладышев. А вот почему «контора» так легко рассталась со своей сотрудницей? Вы скажете: а чего тут гадать, и так все ясно! Не та стала «контора», и лучшее времена её давно позади! Я не буду с вами спорить — считайте так, если вам это удобно… Только сдается мне, что дело не в этом, вернее, не только в этом… Люди в «конторе» стали другими: более умными, более гибкими, более здравомыслящими. Чего её держать, девчонку-то? Знает она с гулькин нос, так что секретов особых не выдаст. Ну и пусть строит своё маленькое счастье, если сумеет… А «контора»… она ведь знает что выход из неё, в конечном итоге, только один, и люди, которые в ней служат, тоже это знают, в том числе и Светлана…

… Так Лена лишилась близкой подруги… Но на этом череда расставаний не закончилась. Вскоре Игорь получил майора и был переведен в краевое управление. И осталась Лена совсем одна… Но настоящая беда подстерегала её впереди. На место Игоря из края прислали капитана Власова, родного сына начальника краевого управления. Новое начальство сразу решило приударить за симпатичной сотрудницей. Ухажер оказался настырным, простых слов понимать не хотел, и пришлось Лене дать ему настоящий отпор. Никита — так звали капитана — удивился, но отстал. Надо сказать, что парень он был смазливый и при деньгах, так что девиц ему и без Лены хватало. Прошло немного времени, и Лена стала замечать, что поручения, которые ей дает новоиспеченный начальник, начинают приобретать однобокий характер. Ей все чаще стали поручать сопровождать приезжих гостей, которые при этом ни в психологической разгрузке, ни, тем более, в защите явно не нуждались. Это были совсем другие люди, в корне отличные от тех, с кем она привыкла иметь дело. Грубость и откровенное хамство её новых подопечных, как и постоянные попытки, с их стороны, склонить ее к сожительству, привели Елену на грань нервного срыва. Она становилась все угрюмее, а подушка на кровати в ее комнате по утрам все чаще была мокра от слез. Такая перемена в поведении веселушки Лены, не могла быть не замечена Аревик, и однажды вечером, вернувшись с работы, Лена обнаружила в своей комнате гостью…

… После того как она оказалась в теплых дружеских объятиях Наташи Смолиной, Лену словно прорвало: в течение двух часов словесный поток сменялся потоком слез и наоборот. Наташа слушала подругу, не перебивая, и только когда оба потока иссякли, произнесла:

— Давай, умойся, приведи себя в порядок, и будем пить чай! Я торт привезла вкуснющий!..

… К завершению чайной церемонии Лена заметно приободрилась и даже начала улыбаться…

… - Ну что тебе сказать, подруга… — начала подводить итог беседе Наташа. — Ситуация конечно непростая, даже весьма непростая, и вот так, с наскока, «разрулить» её не удастся, сама знаешь кто у твоего начальника папа…

— И что же мне делать? — на глазах Лены вновь выступили слезы.

— Главное не распускать нюни! И помнить, что у тебя есть друзья, которые всегда придут тебе на помощь!

— Правда? — в глазах Лены промелькнул лучик надежды.

— А для чего я, по-твоему, здесь? Будем вызволять тебя из беды! И начнем мы с повышения твоего статуса! Тогда твой начальник уже не сможет заставить тебя делать то, что противоречит твоему положению на служебной лестнице.

— И как ты собираешься это сделать?

— А я уже сделала! Завтра ты отправишься в краевой центр на курсы повышения квалификации. Курсы хоть и расквартированы у нас, но имеют статус федеральных. По их окончании тебе будет присвоена более высокая квалификация, чем та, которую ты имеешь сейчас. Ты рада?

— Да, конечно, но как тебе это удалось?!

— Удалось, поскольку я являюсь заместителем начальника этих самых курсов!

— Ты?!

— А что тебя так удивляет?

— А как же Дашка?..

— Честно скажу — решение было нелегким, но уж больно предложение было заманчивым… Дело в том, что начальником курсов назначили близкого друга моего отца, полковника Стоцкого. Вот он мне и предложил пост своего заместителя, и звание майора в придачу!

— Здорово! Поздравляю! А кто у тебя отец? Ты никогда раньше про него не рассказывала…

— Как-то к слову не приходилось… Отец мой, Лена, погиб, когда мне было еще совсем мало лет… А был он генерал и Герой Советского Союза. Он одним из последних был удостоен этого звания… посмертно… Его друзья с момента его гибели постоянно заботились о маме и обо мне…

— Понятно…

… - Так вот, о курсах… Я еще несколько дней назад отправила в ваше управление на тебя вызов, но ответа так и не получила. Думаю, твой начальник решил спустить это дело на тормозах…

— Ой, а как же быть?!

— Завтра с утра сама зайду к вам в контору и добьюсь твоего откомандирования! Так что собирай вещи!..

… Время, проведенное на курсах, пролетело, как один день, и Лена, получив сертификат, подтверждающий её новый статус, вернулась к месту прохождения службы…

… На этом месте Лена прервала рассказ. Было видно, что она с трудом сдерживает слезы. Максим успокаивающее положил свою ладонь поверх ее ладошки и мягко спросил:

— Когда ты вернулась с курсов?