Чтение онлайн

— Только не меня, — заверила сестру Рейчел и перевела разговор на ожерелье: — Боюсь, здесь ослабла или сломалась застежка, поэтому я сняла его, чтобы не потерять.

Она открыла сумочку и вернула ожерелье Селии.

— Не волнуйся, дорогая, я попрошу Пьера отдать мое любимое украшение в починку.

Рейчел не призналась сестре, в какую историю попала из-за этих бус. Распрощавшись с Селией и возвращаясь к себе, она даже расплакалась.

Не янтарное ожерелье, конечно, стало причиной ее слез, а горькое душевное потрясение. Она боялась признаться даже себе самой, насколько Люсьен затронул ее чувства, огнем обжег ее сердце, растопил волю. Даже если и в нем на мгновение вспыхнула страсть — он не пожелал воспользоваться слабостью Рейчел, которая была совершенно очевидна. Как хорошо, что он вовремя отверг ее, прежде чем она выставила себя перед ним законченной дурой!

Рейчел так утомилась в тот вечер, что сразу уснула. Только на следующее утро она обнаружила у себя в комнате гвоздики, которые столь неудачно выбрала для именинницы накануне.

— Да, их принесла горничная мадемуазель Франсин, — объяснила Жозефина, — и я поставила их в воду.

Демонстративный жест — возвращение подарка — означал только одно: Рейчел все-таки придется принести той свои извинения, что она и сделала при первой же возможности.

— Мне очень жаль, но я не знала о такой примете, — искренне сказала девушка.

— Давай не будем об этом, — отмахнулась Франсин.

— Во всяком случае, мне следовало бы посоветоваться с сестрой. В будущем я так и поступлю.

— Ты всегда обращаешься к Селии за советом?

— По некоторым вопросам — да, — призналась Рейчел.

— Тогда, пожалуй, стоит попросить, чтобы она научила тебя, как следует себя вести молодой особе с приятелями после вечеринки. Конечно, я понимаю, что и ее взгляды на многое не совпадают с нашими, французскими. Но, может, она все-таки могла бы тебе дать кое-какие полезные советы, пока не поздно?

— Что ты имеешь в виду? — едва не вспылила Рейчел, но заставила себя подавить вспышку гнева.

Франсин холодно улыбнулась:

— Если привычка флиртовать у тебя в крови, то, по крайней мере, проявляй благоразумие. У нас не принято удаляться в сад и возвращаться в таком виде, словно…

— Пожалуйста, избавь меня от необходимости выслушивать оскорбления, — попросила Рейчел. — По-твоему, может, я их и заслуживаю, но большую часть вечера я провела на глазах у множества людей и только в конце вышла прогуляться в сад с Валантеном.

— Значит, ты и его прибрала к рукам, как только все вышли из-за стола. Тебе мало было лишить Изанну партнера, так еще понадобилось соблазнять Вала.

Женщины буквально испепеляли глазами друг друга.

— Не понимаю, о чем ты говоришь, — наконец сказала Рейчел. — Изанна все время танцевала с Гастоном, во всяком случае, пока мы с Люсьеном там были.

— К счастью, тебе не удастся заставить меня поверить, будто Люсьен тоже был твоим спутником в прогулках по саду. Его не так легко заманить в расставленные сети.

— Не думаю, что меня можно обвинить в коварстве соблазнить кого-либо и более всего — Люсьена.

— Можешь и не пытаться, — решительно заявила Франсин. — Мы с ним выросли вместе, прекрасно понимаем друг друга и со временем поженимся. У Люсьена много проблем, но я охотно подожду, пока он разрешит некоторые из них.

Рейчел пожала плечами: мол, это ваше дело.

— А теперь, если позволишь, я пойду к Хэрри. Пришло время урока.

— Кажется, ты чересчур всерьез относишься к своим обязанностям.

— По-моему, мальчику нравится то, что мы делаем вместе.

— Ребенок любит играть с тобой, пока у него нет настоящего друга или товарища.

— Слава Богу, он скоро получит братишку или сестричку.

Франсин поджала губы:

— Ты что же, намерена торчать здесь до родов? Мы вполне способны позаботиться о твоей сестре.

— Может, мне позволят самой решить, когда покинуть замок? Это зависит от Селии.

— Как хочешь. — Франсин грациозно склонила свою каштановую головку. — Но не жди, что остальные члены нашей семьи одобрят лично твои планы.

Разговор с Франсин разозлил Рейчел, побудив ее сказать Селии:

— Если ты не возражаешь, пожалуй, я уеду хотя бы на время и вернусь поближе к твоим родам.

— Какая муха тебя укусила? — спросила Селия, просто потрясенная решением сестры.

— О, все против меня! Кроме тебя, Пьера и Хэрри, конечно. Остальные мечтают, чтобы я уехала. Оказывается, я чуть ли не распутница, соблазнительница и вообще особа, которая компрометирует вашу семью…

Помолчав, Селия тихо сказала:

— Хэрри будет скучать по тебе. И я тоже.

— Но я же не навсегда уезжаю, во всяком случае, собираюсь вернуться. Пусть твоя родня передохнет от меня, а Хэрри — от моих занятий. Ему полезно проявлять самостоятельность.

— Что ж, если действительно хочешь поскорее уехать, — вздохнула Селия, — давай хотя бы с пользой проведем время, пока ты здесь.

Она заказала машину, и они отправились путешествовать.

Машину вел Матью, зато Селия по своему усмотрению выбирала маршрут. Будь рядом кто-нибудь из мужчин, наверняка самим своим присутствием они нарушили бы безмятежный покой, которым наслаждались сестры.

— Когда я уеду, не позволяй Бертеллям давить на себя, обещаешь? — умоляла Рейчел. — По крайней мере, не робей перед деспотичной Франсин.

— Пойми, теперь я ношу фамилию Бертелль. И если даже я и не вполне влилась в семью, хотя бы ради мужа не имею морального права качать права. Не хочу, чтобы он нервничал…

Рейчел ничего не сказала в ответ. Она всем сердцем сочувствовала сестре, но понимала: перед ней истинно любящая женщина, которая скорее принесет в жертву себя, чем станет рисковать здоровьем любимого человека.

От раздумий обо всем этом Рейчел отвлек удивительный пейзаж за окном. Ее поразили вершины гор, расцвеченные в ярко-желтые тона.

— Неужели камни бывают такой раскраски?

— Это не камень, а желтый ракитник. Сейчас кустарник как раз в полном цвету. Однажды мы с Пьером пытались пробраться через его густые заросли — почти невозможно, но аромат необыкновенный. Напоминает миндаль, только запах более сильный. Правильно считают — средиземноморский ракитник куда эффектней северных его разновидностей, наших английских например.