Чтение онлайн

– Не так, – сказал он себе и вновь надел пальто и шляпу.

Вернулся Уэллс с камерой. Он остановился, ожидая указаний.

– Сначала общая фотография с этого места, – распорядился Хед. – На всякий случай сделай два снимка, причем с длительной экспозицией. Затем пойдем и сфотографируем вблизи каждый отпечаток между дорогой и калиткой, а для той пары следов внутри сделаем еще один крупный план. Интересно, можем ли мы как-нибудь сделать слепок?

– Не в снегу, сэр, – покачал головой Уэллс. – Тут не поможет ни гипс, ни глина, ни что-либо еще.

– Значит, обо всей этой истории нам расскажут только ваши фотоснимки. Я же тем временем поднимусь на это дерево. У того парня не было крыльев.

Оставив подчиненного делать фотографии, инспектор снова снял шляпу и принялся атаковать ствол ясеня; испортив пальто, он наконец-то ухватился за нижнюю ветку. Подтянувшись на ней, он смог взобраться повыше и поискать улики на дереве. То, что он увидел, заставило его удовлетворенно вздохнуть, но когда он взглянул на дорогу, то выругался.

Налипший на голые ветви снег был стерт в тех местах, которые находились прямо над калиткой. Подобным образом снег был стерт и с другой ветки – той, что висела над дорогой. Это показывало, что человек в башмаках каким-то образом поднялся вверх с места, на котором осталась последняя пара следов, а затем опустился на дорогу с другой, более высокой ветки.

Но, заключил Хед, его, должно быть, ждала машина или что-то подобное. Ведь нигде на дороге не было следов башмаков, а стало быть, и никаких признаков того, что их владелец спустился на дорогу. Но если предположить, что убийство заняло полчаса, то след от стоявшей на месте машины должен отличаться от следов движущихся колес. Возможно, соучастник медленно ехал по дороге – так, чтобы человек в сапогах смог спрыгнуть с дерева в машину?

Так или иначе, но Хед отложил рассмотрение этого вопроса на будущее, а пешеход, очевидно, не опустился с дерева на ноги. Спрыгнул ли он или спустился с помощью веревки, но нигде в окрестностях не было следов старых башмаков, и крайне маловероятно, чтобы убийца оставил машину посреди дороги без присмотра на то время, пока сам он будет совершать преступление. После снегопада появилось четыре набора следов от колес, и все они были в середине дороги. Более того, Хед мог сопоставить все эти четыре набора следов – он знал, что накануне вечером, еще до того, как выпал снег, гости Картера приехали в усадьбу на четырех машинах. И все они возвращались обратно после того, как выпал снег. Это доказывало, что человек в башмаках не продолжил свой путь на машине – если только кто-то из гостей Картера не был соучастником преступления.

– Это был последний кадр на второй катушке пленки, сэр, – где-то внизу сказал Уэллс. – Всего их двенадцать. Этого хватит?

– Придется довольствоваться этим, – немного раздраженно ответил Хед. – Я выяснил: он взобрался на это дерево с помощью веревки. Вот след на ветке – там, где он перекинул веревку.

– Умно сделано – перекинуть ее в полной тьме, – заметил Уэллс.

– Глупые преступники давно перевелись, – ответил Хед.

– Сэр, если он здесь поднялся, то ему нужно было потом снова спускаться.

– Судя по отсутствию следов, он этого не делал, – возразил Хед. – Нет, он расправил крылья и упорхнул, не касаясь земли. Кто же, черт возьми, был на этой тропинке? Судя по всему, их было двое. Нет, не уходите. Я спускаюсь вниз.

Инспектор спрыгнул во двор и вышел через калитку на дорогу, все еще стараясь не затоптать следы, несмотря на то, что Уэллс запечатлел их на камеру.

– Я сделал десятки снимков, – заметил Уэллс. – Мой шаг как раз такой же длины, и это было несложно. Хотя его шаги немного шире.

Хед кивнул, подтверждая, что он услышал сказанное, и задумчиво взглянул на дорогу. Затем он поднял глаза на ветку вяза, висевшую над дорогой, и покачал головой, вернувшись к разговору с сержантом.

– Должно же быть объяснение, – пробормотал инспектор.

– Думаю, вы до него додумаетесь, сэр, – понадеялся сержант.

– Проблема, – с ноткой раздражения в голосе заявил инспектор. – Икс (для удобства назовем его Икс), предположительно пришел из Вестингборо или, по крайней мере, с того направления, вошел в усадьбу через эту калитку и прошел в дом. Все это было после того, как выпал снег. То есть после часа ночи. В доме он совершил убийство (опять же, предположительно), а затем вернулся обратно к этой калитке. При помощи переброшенной через ветку веревки (наверху я видел след от веревки) он взобрался на дерево, и, судя по отсутствию следов, он больше не спускался вниз. Следовательно, он все еще должен оставаться на дереве. Но его там нет.

– Сэр, а если он ушел по верхушке стены? – предположил Уэллс.

– Снег на ней не потревожен по обе стороны от дерева – настолько далеко, насколько я мог видеть, – отметил Хед.

Сержант изумленно обвел взглядом дорогу – он пытался найти еще хоть одну цепочку следов, и если бы таковая была, он бы ее увидел, ведь если не считать следов от колес, снег был нетронут. Он указал на ступеньки напротив калитки-вертушки. Они вели на дорожку к городу, проходившую мимо церковного двора в Вестингборо.

– Там два набора следов от ног и еще от велосипеда, – заметил он. – Если они имеют какое-то отношение к этому (хотя у того парня ботинки поменьше), то я знаю, кто это. Поттер, рабочий из гаража Парнхэма, он живет в коттедже за усадьбой и ходит на работу каждый день к половине седьмого. Это его следы.

– Вызовем Поттера на допрос, – решил Хед. – Может быть, он что-то расскажет. Второй след – женский, от спортивных туфель с широкими и плоскими каблуками. Вот здесь она встала с велосипеда, – инспектор подошел к следу шин через дорогу от калитки. – Она подкатила велосипед к ступенькам и перенесла его. Далее, судя по всему, она катила его по дорожке, не садясь на него, так как на асфальте лежал снег, и было еще темно. Следы Поттера накладываются на ее следы. Здесь она сошла с велосипеда и перетащила его через ступеньки. Затем она… да, Поттер оставил нам достаточно, чтобы мы смогли увидеть, что она делала. Встала и покатила велосипед по дорожке. Я не пойму… – в недоумении инспектор не окончил фразу.

– Какое она может иметь отношение к человеку, обутому в башмаки, на которые не взглянул бы и бродяга?

– М-да. Уэллс, сейчас я вернусь в дом, а вы следите за тем, чтобы никто не подходил ни к следам ног, ни к следам колес у ступенек. Не дайте их затоптать. Измерьте следы этой женщины, если это вообще женские следы. Ясно, что это мог быть и небольшой мужчина. Я принесу еще одну катушку пленки, и вы сможете сделать еще с полдюжины снимков и этих следов, особенно в том месте, где он или она спрыгнула с велосипеда и принялась катить его по ступенькам, а потом и по дорожке. Один подробный снимок, показывающий следы ног возле следа от колеса, когда велосипедистка катит свой транспорт, а остальное – на ваше усмотрение. Высчитайте среднюю длину ее шага, а затем пройдите через калитку и посчитайте среднюю длину шагов человека в старых башмаках. Насчет следов Поттера не беспокойтесь. Мы вскоре проверим его.

– Так точно, сэр. Вы думаете, что женщина?..

– Возможно, она соучаствовала. До или после убийства. Это был чертовски умный трюк с веревкой и веткой: таким образом тот человек не оставил никаких лишних следов. Также это было очень находчиво, ведь Икс не мог знать заранее, что прошлой ночью выпадет снег. Это убийство было хорошо просчитано и спланировано до последней детали, так что нам противостоит умный, очень умный противник. Это дело пока что меня вовсе не радует.

– Сэр, может оказаться, что все было просто, – промолвил Уэллс и безнадежно покачал головой. – Эй! Мне остановить его?

– Нет.

Большой шестиколесный грузовик молочника, направлявшийся в Вестингборо, шел прямо на них. После того, как он проехал мимо, Хед посмотрел на оставленный им след, а затем на ворота усадьбы, откуда и появился грузовик.

– Еще не доехав до сюда, он нанес весь ущерб, на который только способен, – пояснил Хед, – а если Икс ушел этим путем, то грузовик никак не мог угрожать следам на ступеньках. Я пройду по дороге и принесу вам катушку пленки, как только дойду до машины. Следите, чтобы никто не испортил следы у ступенек.