Чтение онлайн

Итак, фрагмент Аллочка с пляжной сумкой пересекает распаленную улицу крымского городка. Вдруг к ней бросается растрепанная особа в закатанных до колен тренировочных штанах, потной майке. Грязные босые ноги заклеены грязным же пластырем - он полуотлепился и - самолетиками -повис на пальцах.

– Мадам! Барышня! Пожалуйста, у меня безвыходное положение Вы умеете колоть? Глаза у растрепанной больные, шалые.

– Очень нужно?

– Очень!
– обречено кивнула та.

Вообще-то, я колола конечно... Но что колоть, куда?

Та указала на сгиб руки и сказала: "Джеф"

– Боже что это такое?

– Да я, если встречу вас, отблагодарю. Барышня, ну, пожалуйста!

Аллочка со вздохом кивнула и спросила: - А где? Они обе завертели головами - помойка, полуразрушенный дом, бездомные собаки растянулись на солнцепеке.

Где-то море. Сейчас кажется, что очень далеко. Аллочка, изящно подогнув ногу, сидит на балке разрушенного дома. Печет солнце, девица "подкачивает" вену.

– Как вас зовут?

– Лиля.

– Лиля, но у вас очень плохие вены, очень! Боюсь, не попаду.

– Вы попадете, попадете ну, попадешь ты, черт возьми!
– Лиля шарит по грязному пакету, по карману, ищет что-то у себя за пазухой.

– Что такое, Лиля?

– Игла, - хрипит та.
– игла. У тебя нет?

– Нет, конечно. Поищите спокойно. Шприц ведь вот, - Аллочка держала сунутый ей Лилей шприц.

– Да я нашла его, нашла. А иголка у меня была. Потеряла что ли, блин! У тебя нету?

– Я вам сказала, Лиля, нету. Купите.

– А деньги, деньги? Нет же у меня...

– Возьмите, - вздохнув, дала ей Аллочка купюру

– Спасибо. Вот спасибо! Что бы подарить? Машинку... Хочешь?
– Лилля пыталась сунуть ей в руку игрушечный автомобильчик.

– Нет, идите скорей, ничего не нужно. Аптека рядом.

– Ты подождешь, правда? Ну. Ты чудная девчонка!

"Чудная девчонка" сидела в развалинах дома, смотрела в проемы окон. Небо, деревья. Все как всегда. В самые дикие, тяжелые моменты жизни было это-небо, окна, деревья. "Вот моя вечность, неизбывность".-думает Алла. О Лиле о шприце в руке она не думает и о чуть мерцающей скачущей венке у Лили на кисти она не думает...

Та наконец прибегает, ссыпает ей мелочь в руку, дает иглу и опять "качает" вену

– Медленно? Быстро?
– спрашивает Алла. Про себя же: боюсь, боюсь - я же в вену и колола раз всего. Ну, Господи, благослови!

– Давай, девонька, давай, не бойся. Быстрее. Ну, умничка, ну спасибо! Встречу, отблагодарю.

Аллочка поднялась. Тут в проеме появились две фигуры.

– Так-так, Лилька, - проговорил чернявый в длинных шортах. Волосатые ноги подрагивают. Глаза злые.

– Мы... Я...Пописать, пописать...

Аллочка почти беспрепятственно дошла до угла, жалея Лилю и все же радуясь, что ее саму эти двое не остановили. Но тут догнал ее второй парень. Попытался взять под руку, развернуть. Алла уверенно отвела его руку, остановилась

– Что вам нужно?

– Ты, это, Лильку ширнула?

Алла поморщилась, промолчала - нелепость ситуации была очевидна. Эта история к Аллочке не имела никакого отношения - всяческое зелье она не терпела. Как и все дамы ее круга и поколения когда-то где-то с кем-то из этого круга близко общалась и только! А тут выскакивает откуда-то эта Лиля... От отчаянья, конечно, бросилась к Алле - нарядной дамочке в порео, с накрашенными ноготками, в дорогих темных очках. Сдуру, с отчаянья... Аллочка в своем кругу слыла мягкой. Про нее говорили - милая, спокойная, покладистая. И вот к ней очередной раз подбегают, втягивают, просят о помощи... А теперь-то что? Чего этот требует?

– Что вам нужно?
– еще раз спросила Алла.

– Эта...поговорить...

– О чем?

– Ты москвичка?

– Да.

– Вот, москвичка, скажи, почему так все хреново?

Алла рассмеялась. Думала, потащат куда-то, а здесь ну просто по анекдоту: "а...поговорить ?"

– Поговорим.
– тряхнула головой Алла. Зашли в ближайшее кафе.

Где-то шумело море. Летали чайки где-то ловила свой кайф Лиля, а чернявый пытался найти дозу. Здесь же, в "Ветерке" Алла и Гоша - жилистый загорелый тридцатилетний мужик, пили пиво. Хреново у Гоши было все: были деньги - было хреново с женой - он пил, она гуляла... Развелись... Не стало денег - получил по голове, отвалялся в больнице. Жить неохота. По башке-то получил от друга, ни за что. Ладно. Выбрался... Связался с наркотой - стал торговать. Где-то проштрафился - теперь большой долг. Хреново. Как быть? Вот она, видно, умная, красивая и жизнь понимает, раз Лильке помогла. Может, и ему поможет? Пиво согрелось в маленькой кружке, тарань источала запах моря. Пальцы Гоши раздирали ее, подталкивали, подкладывали Алле спинку, куски пожирнее. Она смотрела на него - серые глаза, маленькие, очень загорелый, руки цепкие, сильные. Чем помочь ему? И зачем?

– Чем помочь, Гоша?

– Поедешь в Москву, провези, а? Там встретят. Расплатятся. Мне перешлешь. Себе, процент, конечно. Я здесь расплачусь и уйду из дела. Поможешь мне выскочить? Помоги, а. Хреново очень.

Итак, Гоша предлагал Алле захватить с собой наркотики. Алла смотрела в окно - раскаленный асфальт, следы каблуков, подошв. "Все ниже и ниже по ступенькам... Куда? Но ведь это все длится сегодня. Сегодня на меня налетела Лиля. Сегодня я беседую с Гошей. Но в Москву же мне еще не сегодня! И даже не завтра. Я и не знаю, что будет завтра, а тут надо решать что-то вперед...

– Я еду через неделю. Если не отпадет надобность, подойти к московскому - 11.4О - я возьму. Вагон 7".

Как он ее благодарил, как хвалил. А она смотрела на него хмуро и грустно - чудак, он благодарит ее сегодня за согласие, еще не зная, понадобится ли ему самому выполнение ее обещания, что с ним будет через неделю.

Расстались приятелями. И вот Алла бредет по щиколотку в песке. Прибой. Разноцветные камешки обтачивают море на чью-то радость. Ирина задремывает - ей не хочется думать, что будет дальше. Алла могла и выполнить обещание, если Гоша подошел к поезду. Все у нее получилось. Это для нее "очередное сегодня", оно же не связано с "завтра", а тем более с вечностью. Ирина заснула с мыслью, что кончилось, наконец, это "сегодня" менты, Майя, Саша, Алла, Вася, такое длинное сегодня.

Ирина проснулась поздно. Катя уже ушла в школу, рядом на подушке лежала записка - "Я тебя люблю!". На кухне сидел Костя в дедовом бархатном халате и, подключив наушники, смотрел телевизор.

– Доброе утро, Кот

Костя выключил телевизор, повернулся к Ирине - Доброе утро, то есть день - половина двенадцатого. Бабушка просила тебе передать, чтобы ты не волновалась, а насчет твоей идеи...подумает. Тебе кофе сварить по-котовски?

– Да, будь добр.

Ирина любила Костин кофе, почему-то у него он всегда получался гуще и ароматнее.

– Кот, тебе бабушка что-нибудь говорила?

– Да, что будут некоторые перемены - они расходятся с дедом. По-моему, никакой трагедии - она столько с ним прожила, а характер у него, по-моему, не сахар, что можно и отдохнуть, пожить по-другому. А ты как думаешь?

– Вот и я так же. А захочет найдем ей жениха. Обратимся к Галке, помнишь? Школьная моя подружка - у нее известное агентство, я о нем еще в свое время писала. Подыщет - хочешь здесь, хочешь за рубежом. В Новою Зеландию...
– Ирина усмехнулась и посмотрела на Костю вопросительно.