Чтение онлайн

…То, что сделал Ким Филби для Москвы, занимая в британской разведке руководящие посты, весьма трудно переоценить, но все, что о его деятельности уже написано или еще будет написано, отразит лишь малую толику достижений этого выдающегося шпиона современности. Стоит только напомнить, что Филби был специалистом того ранга и класса, которому высокопоставленные чиновники и политики не столько доверяли всякую сверхсекретную информацию, сколько сами питались идеями, исходящими от него. [172]

Однако Филби, даже будучи семи пядей во лбу, в одиночку никогда не совершил бы того, за что его так ценил Сталин и все остальные коммунистические руководители после него. Дело в том, что Филби был главой созданной им до войны так называемой "Кембриджской пятёрки" — самой эффективной шпионской организации за всю историю международного шпионажа. Английские аристократы Бёрджесс и Блант, а также выходцы из интеллектуальной элиты английского общества Маклин и Кэрнкросс не были профессиональными разведчиками в полном смысле этого слова, но даже каждый по отдельности они стоили самых лучших шпионов в мире, а все вместе заменили Сталину в самые критические годы войны без всякого преувеличения сотню-другую самых настоящих танковых дивизий, выуживая из сейфов британского правительства сведения, которые то ревниво хранило ТОЛЬКО для себя. [173]

После окончания второй мировой войны "Кембриджская пятерка" стала для Сталина своеобразным "радаром" в большой политической игре за передел мира, позволяя восточному сатрапу искусно маневрировать среди всех мелей и рифов, которыми были переполнены послевоенные отношения Востока с Западом. Достаточно сказать только, что Бёрджесс и Маклин работали в министерстве иностранных дел, причем первый из этой пары был личным секретарем самого министра и имел доступ АБСОЛЮТНО ко сей информации не только своего министерства, но и множества других правительственных учреждений. Дональд Маклин вскоре стал директором секретариата по координированию англо-американско-канадской ядерной политики, а также многих других совместных проектов. Джон Кэрнкросс трудился в министерстве обороны, и потому в те годы для Сталина не являлось секретом абсолютно ничего, касающееся военных программ не только Великобритании, но и всего Запада в целом. Энтони Блант, в отличие от остальных своих приятелей, не служил в министерствах, но он был выдающимся ученым-искусствоведом, чьи труды по теории искусства были известны всему миру. Однако НКВД, естественно, интересовало не искусство, а тесная дружба этого человека с самим британским королем и его многочисленной семьёй, которой он мог для добывания нужных Сталину сведений воспользоваться с не меньшей эффективностью, чем остальные члены группы. К тому же Блант был связным между остальными шпионами и советскими представителями в Лондоне, что снижало риск разоблачения при передаче информации практически до нуля. К слову сказать, ни один из членов "пятёрки" до конца так и не был разоблачен, и хотя трое из них впоследствии были вынуждены бежать в Советский Союз, но уже сегодня британские спецслужбы признают, что даже если бы они этого не сделали и остались на Западе, привлечь их к ответственности все равно не было бы никакой возможности за отсутствием каких бы то ни было доказательств. Про "подвиги" этих шпионов написаны тома, но сами они после себя не оставили ни единого документа, по которому их можно было бы судить даже сейчас — это ли не профессионализм, которого так не хватало многим выдающимся шпионам мира, в один прекрасный момент павших жертвами собственной неосторожности?

К этому всему следует еще добавить тот факт, что ни один из этих шпионов за всю свою "службу" не взял практически ни одной копейки из денег, предлагавшихся Москвой в качестве законного вознаграждения. Можно констатировать тот факт, что сталинская разведка была самой эффективной разведкой в мире исключительно потому, что самые главные ее агенты работали против своей родины исключительно по идеологическим соображениям — все они, невзирая на свое высокородное происхождение, чуть ли не с самого детства были заражены привлекательными даже для некоторых аристократов идеями социализма и коммунизма, и хоть в СССР они после своего побега обнаружили не совсем то (или совсем не то), что хотели бы обнаружить в "стране победившего социализма", но о своем выборе впоследствии нисколько не жалели.

Что еще можно добавить к вышеизложенному? На протяжении почти 20 лет своей весьма плодотворной деятельности "Кембриджская пятёрка", руководимая Москвой, помимо сбора жизненно важных для Сталина сведений, могла вполне эффективно влиять практически на любые события, происходившие тогда в мире. Карьера Филби достигла своего зенита в тот момент, когда он, ожидая назначения на высочайший пост, вполне успешно вылепил контуры будущего американского ЦРУ исключительно по рецептам и рекомендациям самого Сталина. Дональд Маклин, руководствуясь теми же рецептами, координировал деятельность американского "Манхэттенского проекта", рождённого из британского "Тьюб Аллойз", и невооруженным глазом сейчас можно увидеть, что знаменитые похитители атомной бомбы Клаус Фукс и Даниэль Грингласс действовали исключительно по его указаниям и являлись не иначе, как "мальчиками на побегушках" у облеченного полным доверием американцев советского супер-пиона. Кэрнкросс вообще стоял у истоков самой программы, которая появилась в начале второй мировой благодаря исключительно его усилиям, и можно сказать, что они вместе с Оппенгеймером с самого начала задумали построить атомную бомбу для Сталина, используя возможности производственной базы Запада (таким самым образом кукушка откладывает свои яйца в гнёзда других птиц). А о вкладе в общее дело Гая Бёрджесса можно написать целую эпопею — к идеям этого блестящего аналитика и импровизатора прислушивались не только британцы и американцы: многие политические решения Сталина прямо или косвенно были основаны на логических выкладках этого английского аристократа, который в свое время отказался от высокой чести делать карьеру в королевском военно-морском флоте, посчитав традиции, царившие в этом флоте, недостаточно подходящими для своего собственного высокородного происхождения…

Энтони Блант, хотя и наименее подходил для шпионской деятельности, все же не был профаном в ремесле разведчика. Во время войны по предложению британской контрразведки этот "искусствовед" разработал хитроумную систему наблюдения за объектами, которую приняли на вооружение британские и американские секретные службы. Естественно, разработанные методики тут же были переданы в НКВД, которое воспользовалось изобретением своего агента с гораздо большей эффективностью, нежели сами заказчики, и что тут уж говорить? Блант также разработал эффективную систему допросов взятых в плен шпионов, буквально заполонивших во время войны страны-союзницы. Много еще чего полезного для Сталина изобрел Энтони Блант, но самым главным достижением это-го человека была реальная возможность влиять на британскую политику через своего друга — короля, ко мнению которого прислушивались не толь-ко многочисленные политики и военные, но и такие личности, как, например, весьма несговорчивый в вопросах принципиального свойства Уинстон Черчилль. Так что в том утверждении, что Сталин вполне реально мог влиять через своих "джентльменов" и на американцев, ничего невероятного нет. На Рузвельта Сталин влиял несомненно, сейчас это секрета не представляет ни для кого, Трумэн также не избежал этого влияния, однако возникает вопрос — как воспринимал этот факт сам американский президент, воспринимал ли он его вообще, а если воспринимал, то предпринимал ли он какие-то шаги, чтобы из-под этого влияния освободиться?

Бывший майор КГБ Александр Сванидзе, рассказ которого журналисту "Дели Ньюс" позволит нам несколько прояснить вопрос о влиянии сталинских идей на американских политиков, сбежал в Америку в 1973 году, и на деньги, полученные от своих новых хозяев, основал в Сакраменто (Калифорния) контрразведывательный центр, в котором готовили специалистов для противодействия проникновению в США и страны Западной Европы советской разведки. В 1985 году Сванидзе отошел от дел, но благодаря сколоченному на службе состоянию он имел возможность полностью посвятить себя и свой досуг любимому делу — изучению истории международного шпионажа. Никаких мемуаров этот человек не публиковал, но всем заинтересованным в таких мемуарах известно, что он собирает материалы для обширного научного исследования на тему советско-американских отношений во время второй мировой войны.

В одной из бесед Сванидзе поведал журналисту о встрече с одним отставным английским разведчиком, случившейся в 1975 году в Бостоне, где тот проживал после того, как его уволили из разведки. Англичанина звали Руперт Виллард, в свое время он работал в МИ-6 под руководством Филби, и в 1946 году, незадолго до того, как Филби отправили в Турцию для проведения особо ответственной заброски агентов на территорию советского Закавказья, Вилларду было поручено собрать исчерпывающие сведения о происшествии, случившемся 15 апреля в горах Шотландии.

В тот день жители шотландской деревни Кинлохх-Раннохх наблюдали в небе несколько огромных светящихся шаров, которые появились со стороны Северного моря, пролетели над деревней и внезапно остановившись над расположенном в окрестностях глубоководным озером Лох-Раннохх, медленно погрузились в его темные воды. Никакого интереса со стороны средств массовой информации к этому происшествию не наблюдалось, потому что жители Кинлохх-Раннохх до этого не единожды пытались привлечь внимание туристов к своей богом забытой глубинке — они попросту испытывали жгучую зависть к жителям деревень, расположенных на берегах всемирно известного озера Лох-Несс в сорока милях к северу от Кинлохх-Раннохх. И дураку было ясно, что эти самые таинственные "шары" — чистая выдумка, явно причерпнутая из фантастических романов Эдгара Фриша, которые тогда неплохо раскупались по всей Англии. Виллард рассказывал, что Филби проявил вдруг непонятный интерес к этим сообщениям, и когда нужный материал был собран, он заставил Вилларда проанализировать его и изложить все свои соображения по этому поводу на страницах подробного отчета. Когда и эта работа была закончена, начальник отдела внимательно изучил этот отчет, и с тех пор Виллард об этом отчете не слышал.

Однако некоторое время спустя название захолустного селения Кинлохх-Раннохх промелькнуло в отчетах некоторых агентов, которые обслуживали линию связи между шифровальным отделом Особого управления и американским консульством. Полностью прочесть эти отчеты Виллард не имел возможности, но, по его мнению, в них речь шла о какой-то секретной операции по дезинформации русского шпиона, засевшего в американском консульстве. Вилларду до сих пор неясно, какое отношение имели к "светящимся шарам" сами американцы, и имели ли они какое-то отношение к ним вообще, но ему тогда показалось, что сам Филби отнесся к проделанной им работе гораздо серьёзней, чем хотел это показать. Впрочем, когда в 1951 году разразился скандал по поводу бегства в СССР Маклина и Бёрджеса, имевших доступ к самым сокровенным тайнам британского и американского правительств, и с которыми "водил дружбу" Филби, Виллард сразу же вспомнил о том старом деле, связанном с "дезинформацией" в Кинлохх-Раннохх. Филби в это время уже несколько лет как работал в Вашингтоне, помогая американцам регулировать работу еще "неоперившегося" ЦРУ, к тому же в США вовсю бушевала эпидемия НЛО-мании, и Виллард понемногу начал кое-что соображать. Когда руководство МИ-5 вызвало Филби из Америки и учинило ему серию допросов, подозревая его в связи с советскими шпионами, Виллард был одним из первых в разведке, кто нисколько не сомневался в том, что его бывший шеф и на самом деле работает на русских. Однако, пробыв до этого в разведке без малого десять лет, он все же не до конца разбирался во всех хитросплетениях политики руководства "Интеллидженс Сервис", и прекрасно понимал это. Он все время чувствовал, что в "СИС-клубе" имеются и другие русские шпионы (глупо было бы об этом хотя бы не подозревать), но не предпринял практически никаких шагов по их выявлению, предпочитая не совать нос не в своё дело.

Когда Филби формально уволили из разведки за неблагонадёжностью, но фактически послали его на Ближний Восток собирать важную стратегическую информацию о советском присутствии в этом регионе, Виллард еще больше утвердился во мнении, что в этом деле что-то совсем не так. Уже после бегства Филби в Советский Союз он, будучи начальником службы внутренней безопасности разведки, попытался разобраться в некоторых делах 17-летней давности, которые вел Филби, но когда перерыл весь архив в поисках "Дела о видениях в Кинлохх-Раннохх" со своим отчетом, то обнаружил, что этого дела в природе (то есть в Центральном архиве СИС) больше не существует. Многие дела, которыми занимался Филби после войны и которые могли хоть как-то его скомпрометировать, шпион попросту уничтожил — от них не осталось даже ссылок в каталогах, только устные предания немногих сотрудников-ветеранов.