Чтение онлайн

Рига узнала все о различных видах стипендии и возможностях ее получать. Девушка надеялась, что у нее получится дополнительно оформить еще и социальную стипендию, но она не могла ручаться, что ее заявление одобрят.

Из всей троицы только Илона горела желанием стать звездой университета. Ну или хотя бы факультета. На крайний случай – группы. Поступление в новое учебное заведение, где тебя никто не знает было отличным шансом начать все с начала. Девушке верила, что уж в универе-то никто не станет насмехаться над ее ростом и носом, ведь высшее учебное заведение – совсем иной уровень. Она свято верила, что все умственно отсталые долбоюноши и долботелки поступят в шараги, оставив двери университета открытыми исключительно для благородной и порядочной молодежи.

А еще Илона была уверена – на парах и научных конференциях парня не найти. Сцена и закулисье – вот те места, где ей нужно расставлять капканы обаяния и закидывать удочки обольстительности.

– Что-то вы неразговорчивые, – проворчала Илона, не дождавшись реакции на свою пламенную речь. – Мир, там у тебя в ногах где-то сумка-холодильник. Достань мне красный энергетик, пожалуйста.

Подруга, кивнув, наклонилась и слева от себя почти под сидениями обнаружила синюю сумку. Открыв ее, перед глазами предстали стройны ряды алюминиевых банок. Пока девушка выуживала одну за одной в поисках любимого Илоной гранатового энергетика, она поняла, что кроме стимулирующих напитков в холодильнике ничего не было.

Мира протянула черную банку с красными разводами:

– А ты не брала что-нибудь не энергетическое? Воду? Минералку? Хотя бы сок или газировку?

Рига приняла у подруги банку, открыла ее и протянула Илоне – той явно было бы неудобно тянуть за колечко, держась за руль и следя за дорогой. Тем более сейчас, когда она обгоняли фуры, выезжая на встречку.

– Извини, не подумала, – ответила Илона после глотка прохладного газированного напитка. – Я же буду столько часов за рулем, мне просто необходим заряд бодрости. На ближайшей заправке можем купить воды или чай в бутылках.

Мира согласно кивнула несмотря на то, что этот жест не был виден подругам, сидящим впереди. В этот момент ни Рига, ни Илона даже не смотрели в зеркало заднего вида. У Миры эта привычка была с детства. Даже когда мама из другой комнаты кричала ей, что-то спрашивая, девочка могла согласно кивнуть или отрицательно мотнуть головой. Родителям часто приходилось заходить в комнату и переспрашивать, чтобы если не услышать, то хотя бы увидеть реакцию дочери.

– Это нас тормозит ДПС? – опасливо спросила Рига, завидев мужчину, что-то показывающего полосатым жезлом.

Илона стиснула зубы:

– Ага, нас.

Девушка притормозила у обочины. Ее маневры на встречной полосе явно остались незамеченными, из-за этого остановить не могли. Опять, что ли, приняли за малолетку за рулем мамкиной машины?

Илона опустила стекло еще до того, как сотрудник дорожно-патрульной службы подошел к ней. Мужчина осмотрел юную автоледи и ее пассажирок тем же недоверчивым взглядом, жаждущим штрафа, что и его предыдущие коллеги.

Илона наклонилась, чтобы достать из бардачка документы. Она пихнула под нос мужчине в форме сразу три паспорта и права, процедив сквозь зубы:

– Мне есть восемнадцать, подругам есть восемнадцать, вот паспорта, права, документы на машину, аптечка и огнетушитель в багажнике, трупы не везем.

Мужчина от неожиданности не знал, за что взяться первым – проверить паспорта или права. Мира наклонилась вперед и высунулась так, чтобы ее было видно. Девушка улыбнулась одновременно робко и дружелюбно, всем своим видом извиняясь за подругу:

– Вы уже не первый, кто ее останавливает из-за сравнения с малолеткой.

Сотрудник дорожно-патрульной службы, кашлянув, вернул девушке документы, мельком взглянув на них:

– Извините, служба такая. Легкой дороги, девушки.

Илона благодарно улыбнулась. Ой как ей пригодится это пожелание, чтобы осуществить задуманное.

Березы сменялись кустами, кусты – полями, а те в свою очередь новыми березами. Вид, мелькавший за окном, был таким однообразным, что уже через три часа в дороге девушки начинали радоваться, когда проезжали мимо заправки или какой-нибудь деревушки.

– Это что, подсолнечное поле? – Мира оживилась и припала к окну. За ним простирались сотни подсолнухов. Было заметно, что они распустились недавно и еще только набирали цвет, но все равно были до умиления красивыми.

– Можем остановиться, – предложила Илона и, не дожидаясь ответа, начала сбрасывать скорость. Они с Ригой не питали особых чувств к цветам, но знали о любви Миры к ним. Не спроста у большинства ее платьев именно цветочный принт.

Девушки вышли из машины и с радостью потянулись, разминая конечности. Машина, несомненно, комфортабельная, но за несколько часов в пути начинали отваливаться и спина, и жопа, а у долговязой Риги еще и ноги немели.

– Пофоткаемся? – Илона подошла ближе к подсолнухам, которые были гораздо выше и мощнее ее самой.

Мира с сомнением глянула на свое нежно-зеленое платье, усыпанное цветами. Для фото идеально подошел бы какой-нибудь белый сарафан и соломенная шляпка.

– Мне бы переодеться, – сказала девушка, кидая взгляд на багажник. Если она правильно помнила, белое хлопковое платье она положила именно в этот чемодан, а не оставила в одном из тех, что должны были привезти родители.

– Я могу вас пофоткать, – пожала плечами Рига.

К фотосессиям она относилась равнодушно. Девушка считала, что снимки должны запечатлеть моменты, которые хочется сохранить в памяти. В ее жизни такие моменты можно было пересчитать по пальцам. По привычке она старалась избежать своего присутствия на снимках и совместных селфи, чаще выступала в роли фотографа. Рига не хотела сохранять в памяти свой замученный вид и старую мятую одежду из секонд-хэнда. Каждый раз, глядя на фото их троицы, она подмечала, что на фоне подруг выглядела как бедная родственница, приехавшая побираться. Рига откладывала это дело на «счастливое потом», игнорируя «нестабильное сейчас».

– Мне нужно переодеться, – повторила Мира.

Илона оторвалась от подсолнуха и направилась к багажнику:

– А ты, я смотрю, отчаянная – собралась переодеваться прямо посреди трассы. Надо найти картонку и написать на ней: «СМОТРЕТЬ, НО НЕ ТРОГАТЬ». Можно еще цену написать. Кто знает, сколько стоит стриптиз?

Мира смутилась и покраснела. Об этом она как-то не подумала.

– Я переоденусь в машине, – решила она.

– Может, зайдешь в подсолнухи? – предложила Илона, вытаскивая из багажника чемодан мятного цвета. – Тебя в них даже заметно не будет.

– А вдруг там насекомые? – поежилась подруга. – Лучше в машине.

Девушка нашла среди аккуратно сложенных вещей в чемодане длинное легкое платье белоснежного цвета. Ей было жаль, что нельзя дополнить образ шляпкой – Мира не брала ее, чтобы не помять. Переодеваться в салоне «китайца» оказалось совсем неудобно, поэтому Мира решила, что после фотосессии в подсолнечном поле она останется в белом платье.

Пока девушка выгибалась, подобно червяку, чтобы стянуть одно платье и натянуть другое, Рига успела сделать несколько снимков Илоны, и та уже записывала кружочек в семейный чат: