Чтение онлайн

– У тебя есть семья?

– Не сложилось, – Дамир помрачнел. – Хотя была одна девушка, которую я любил.

– И что случилось?

– Я… я ее потерял. – Норингтон не смог скрыть прозвучавшую в голосе боль.

Веки Августа дрогнули, словно эта боль отозвалась и в нем.

– Расскажи о ней.

– Что ты хочешь узнать? – Норингтон поперхнулся водой.

– Какой она была.

Дамир провел свободной рукой по лбу, стирая внезапно выступившую испарину. Август выглядел все-таким же расслабленным, даже дремлющим, но вдруг и это обман? По бледной щеке разрушителя скатилась оранжевая искра, упала на плечо и исчезла. Скверна…

Безупречно красивая, идеальная, противоестественно-притягательная скверна.

Как хочется ударить… Убить. Но нельзя.

– Она была… дерзкой, – медленно и мучительно выдавил Норингтон. – Да, дерзкой. Смелой. Ничего не боялась. И никого.

Тихий вздох и еще одна искра прокатилась по щеке Августа. Как слеза – внезапно подумал Дамир. Если бы скверна умела плакать…

– Избалованной, – с каким-то странным ожесточением продолжил инквизитор. Его взгляд прилип к лицу напротив, жадно подмечая любое изменение. О чем думает этот гад? Почему выглядит так непозволительно спокойно? Хотя как еще должен выглядеть человек в термах?

Дамир едва не хлопнул себя по лицу. Мысли вдруг показались вязкими. Словно отчужденность разрушителя каким-то образом влияла и на лже-Брайна.

Заставив себя собраться, инквизитор активировал внутренние ресурсы организма, укрепил ментальный кокон и погасил всплеск эмоций. Разум снова стал холодным и ясным, чувства отступили.

– Да, избалованной, – повторил он. – Своевольной. Всегда делала то, что хотела, наплевав на других. Жестокой. Даже злой.

– Ты говоришь так, словно ненавидел ее.

Задумчивый голос ублюдка заставил Норингтона скрипнуть зубами. Ясность разума давала течь.

– Я ее любил! – едва не зарычал он. – Но она… она! Всегда была недосягаемой звездой! Слишком яркой и слишком обжигающей, чтобы даться в руки! Понимаешь? Звезда, а не девушка. И все же… все же. Я любил ее. Мечтал о ней годами. Истинодух! Да все, что я делал, я делал лишь ради нее! А она лишь смеялась.

– Значит, кроме нее ты никого не встретил?

– Кроме нее никто не имел значения.

– Похоже, любовь причинила тебе немало боли.

– Ты прав, – холодно процедил Дамир. – Но разве бывает иначе? А потом…потом все и вовсе рухнуло.

Капля воды с неожиданным звоном шлепнулась на камень. Слишком громкая в наступившей тишине.

– А ты? – почти не скрывая злости, потребовал Дамир. – Ты любил кого-нибудь?

Бледное лицо врага, такое спокойное, такое нечеловечески красивое дрогнуло. Несколько искр прокатились по щекам и беззвучно погасли в воде.

– Да.

– И…какой была твоя девушка?

– Ранимой, – едва слышно ответил разрушитель. – Нежной. Испуганной. Бесстрашной. Смешной. Бесконечно красивой…

Дамир моргнул. Ранимой? Испуганной?

Может, ублюдок говорит вовсе не о Кэсс?

Но нет же! О ком еще он может говорить?

– Почему у вас с ней ничего не получилось? – спросил разрушитель, и Дамир снова скрипнул зубами. Разговор внезапно стал слишком важным. И лучше бы соврать, обмануть…

– Почему же, кое-что все-таки было. Мы целовались. – Слова вырвались прежде, чем Норингтон сумел удержать их. Подавшись вперед, Дамир прищурился. – Я выбрал путь служения Истинодуху, но никаких обетов безбрачия, ты ведь меня знаешь. Девчонки мне всегда нравились. Но эта… Эта оказалась особенной. Я хотел жениться на этой девушке. Сделал ей предложение, как полагается. А потом поцеловал, не удержался до свадьбы. Ее губы были сладкими, словно самая сочная ягода! А кожа столь нежной, что каждое мое прикосновение оставляло след. Невероятное ощущение. Я совсем потерял голову от желаний. Ты, верно, и не представляешь, каково это? Помню, тебя не слишком интересовала эта сторона жизни. В семинарии ты и не смотрел на прихожанок, да что там! – Дамир издал грубоватый смешок. – Помню, как ты их чурался. Бежал от женщин, как от чумы!

– Да. Так и было. – Голос разрушителя бесцветен как стекло. – Значит, ты любил…

– Невыносимо любил! Мы собирались пожениться. А незадолго до свадьбы едва не случилась преждевременная брачная ночь. Тоже в термах, кстати. Хочешь, расскажу?

Незримый тонкий лед зазвенел под ногами. Трещины расползались, но почему-то Норингтон не мог остановиться. Он хотел говорить. Говорить и говорить! Хотел рассказать, как Кэсс скинула полотенце и прижалась к нему, как ощущались изгибы ее тела. Как пуговицы мундира впивались в нежную девичью кожу. Как царапала ее пряжка ремня. Какими сладкими были губы, которые хотелось целовать бесконечно. Как капала с ее волос и ресниц вода, совсем как сейчас капают с волос и ресниц ублюдка оранжевые искры.

Очнувшись, Дамир вздрогнул и вжался в бортик.

Что он творит?

Палец кольнуло острие ножа – порезался.

Скверна в человеческом обличье смотрела на него сквозь пар купели. Август открыл глаза.

– Не надо. Думаю, это слишком.

– Отчего же, брат? – Разрушительная злоба клокотала внутри Дамира, мешая думать ясно. Он снова и снова прокручивал в голове воспоминания Брайна, надеясь, что это поможет. – Разве тебе не интересно? Мужчина и женщина, все такое… В семинарии мы все порой сбегали в долину, чтобы поболтать с девчонками, но только не ты. Я думал, ты так и умрешь девственником.

Убить, ужалить. Не ножом, так хоть словом! Желание сделать больно проклятому сопернику снова затянуло разум пеленой.

Лицо ублюдка бледное, и не скажешь, что сидит в горячей воде! Только глаза чернее смерти. Надписи Писания на плечах и груди кажутся насмешкой над всем, во что верит инквизитор. Эти надписи тоже хочется стереть лезвием, содрать вместе с кожей! Несправедливо, что он все еще жив. И что слишком хорош для человека.

– Я тоже так думал.

– Ты ведь даже дал обет. Что в жизни не прикоснешься к женщине.

– Так и было.

– И что же? Нарушил?

– Как и многое другое.

– Поэтому не хочешь слушать? Жаль. Я думал, мы это обсудим. По-братски…

Не отвечая, Август развернулся и вышел из бассейна. Вода всколыхнулась, плеснула на разгоряченное лицо инквизитора. Разрушитель сдернул полотенце, обернул вокруг бедер. И глянул через плечо.

– Нет. Ты прав, Брайн. Я думал, что отношения минуют меня, пройдут стороной… Но все изменилось, когда я встретил ее. Кассандру Вэйлинг. Наверное, я понял, что буду с ней, как только увидел. С первого взгляда. Что она станет моей женой. Станет… моей.

Слова – и все что они значили, ударили Дамира под дых. Он даже слегка согнулся от внезапной боли.

Стала его. Его! Чертова ублюдка! Подарила все, чего так желал сам Дамир. Отдала то, что ему приходилось вырывать практически силой! Вышла замуж где-то на окраинах восточного экзерхата, в какой-то дыре! Надела чужое кольцо! Не пожелала ни роскошного приема, ни красивого наряда… Почему? Почему она выбрала эту тварь? Знала о скверне, об опасности, но все равно согласилась?

Норингтон хотел бы поверить, что Кассандру заставили, но он помнил, как она держала разрушителя за руку. В тот момент, когда на их телах сошлись десятки алых лучевых прицелов, она держала его за руку и не желала отпускать! Словно и в ад собиралась спуститься только с ним!