Чтение онлайн

– О, тут мой план не изменился. Сейчас немного разберусь в управлении – и двинем к Антроповиллю. Оружие здесь точно имеется. И, судя по всему, не чета вашему.

– Разберешься? Вот так просто? С инопланетным звездолетом, построенным высшей цивилизацией?

– Да брось. Это не сложнее, чем управлять космическими кораблями в виртуальных симуляторах. А мне в этих играх не было равных, – пренебрежительно ответил модификант. – К тому же, – заметил он, мягко поднимаясь на ноги и направляясь к Дафне, – я невероятно быстро учусь. Штром бы мной гордился, а?

– Штром считал вас продуктами неудавшегося эксперимента.

– Интересно, что бы он сказал теперь.

Подойдя к девушке, Деймос рывком поставил ее на ноги, и, держа за плечи, наклонился, так, чтобы их лица оказались примерно на одном уровне. И, заглянув в его глаза, лихорадочно блестящие, жуткого красноватого оттенка, Дафна вдруг совершенно ясно увидела в них безумие. Деймос был болен, попросту болен. Пытаясь перекроить геном подопытных людей, «привив» им способности амавари в обход природы, Штром получил монстров с исковерканной психикой, чье безумие росло прямо пропорционально их силе. А это означало, что взывать к логике, совести, состраданию – или хотя бы благоразумию – в случае с Деймосом абсолютно бесполезно.

И лишь Трис по какой-то случайности избежал участи остальных модификантов.

– Зачем тебе истреблять людей, разрушать Антроповилль? – тихо спросила Дафна в последней отчаянной попытке переубедить Деймоса. – Тебе ведь нравилось жить в городе, пользоваться его благами. С людьми не обязательно воевать. Как и с дейнарами. Ты мог бы жить с ними в мире... Как Трис. Чего тебе не хватает среди всей этой красоты, всего изобилия, которое может дать каждому из нас Неола?

– Я хочу большего, – прошептал он. Медленно провел большим пальцем по губам девушки, явно наслаждаясь выражением страха и отвращения на ее лице. – Власти. Могущества. Вседозволенности. Мира, который будет жить по моим законам. Мира, в котором править будут не убожества, а боги.

– Не себя ли ты считаешь богом? – не сдержавшись, усмехнулась она.

– Моя сила дает мне это право, – прорычал он, опалив ее кожу горячим дыханием. Дафна попыталась отвернуться, но его пальцы грубо обхватили ее подбородок, а за спиной у нее была стена – не убежать, не отпрянуть.

– И сейчас я тоже возьму то, что хочу, – закончил Деймос, после чего, легко преодолев сопротивление пленницы, впился в ее губы жадным, жестоким поцелуем.

Дафна бессильно затрепыхалась в его руках, чувствуя, как к горлу ее вновь подкатывает дурнота. От модификанта разило кровью, и кровь была на его губах – его или ее собственная, непонятно. Мир вокруг завертелся набирающей скорость каруселью, и девушка с облегчением подумала, что сейчас упадет в обморок. Но прежде чем это произошло, боковым зрением она успела увидеть странное золотистое сияние, неожиданно заструившееся из встроенной в стену ниши, и проступившие в нем контуры трех высоких стройных фигур. Заметил их и Деймос – повернулся к ним, выпуская из рук обмякшее тело девушки, что-то удивленно и угрожающе воскликнул. Темные фигуры выступили ему навстречу, обретая четкость, и, подняв на них глаза, Дафна решила, что у нее начались галлюцинации.

А потом ее накрыла спасительная темнота.

***

Тело, онемевшее и непослушное, понемногу обретало способность двигаться – и Трис, перевернувшись на живот, с трудом пополз в сторону Холма. Догнать Деймоса было нечего и думать – он давно скрылся из виду, унеся с собой самое дорогое, что было у амавари – но Трис не собирался сдаваться. Ни мощные стены корабля, ни самое страшное оружие, которое может обратить против него модификант, его не остановят. Он проберется внутрь, убьет Деймоса и освободит Дафну любой возможной и невозможной ценой; его собственная жизнь сейчас не имела никакого значения.

Остановился он, лишь наткнувшись рукой на что-то мягкое и пушистое. Поднял все еще налитую болезненной тяжестью голову и увидел перед собой распластавшегося в траве вириса. Тело его было недвижно, глаза закатились, из носа текла кровь. Трису не требовалось к нему прикасаться, чтобы понять: зверь умирает. Кости его были переломаны чудовищным ударом о землю, сознание почти угасло.

Трис кое-как приподнялся, подтянулся на руках поближе к Солу. Его собственные силы были почти на нуле, и их едва хватало, чтобы цепляться за реальность – но он не мог бросить друга, без колебаний отдавшего за него жизнь, не мог позволить ему умереть. Пусть этим другом и было дикое животное.

Опираясь на одну руку, он вытянул вторую, опустил ее на крутой бок Сола, уже почти не поднимающийся в такт слабеющему дыханию. Ощутил тепло крохотного, угасающего огонька его души – того, что есть в каждом живом создании в любом из обитаемых миров Вселенной. Закрыл глаза, сосредотачиваясь, готовясь раздуть этот огонек остатками своей жизненной силы.

– Что ты делаешь? – раздавшийся над самым его ухом голос заставил его вздрогнуть и открыть глаза. Перед ним, опустившись коленями в траву, сидел Алекс – бледный, чумазый, с почти безумным от пережитого потрясения взглядом.

– Не мешай. – Трис качнул головой и отвернулся, вновь концентрируясь на процессе исцеления. На этот раз он давался ему тяжело, очень тяжело. Оскудевшая после схватки с Деймосом сила не хотела покидать его, уходила неохотно и медленно, по капле перетекая в искалеченное тело вириса. И с каждой утекшей каплей Трис чувствовал, как неотвратимо слабеет сам.

Наконец, в тот момент, когда амавари решил уже было, что все его усилия бесполезны и он вот-вот составит компанию умирающему другу, Сол пошевелился и, шумно вздохнув, поднял морду. Настороженно взглянул на отшатнувшегося Алекса, затем увидел Триса и, потянувшись, радостно прошелся горячим шершавым языком по его лицу.

– Ну, ну, – тот, полностью опустошенный и обессилевший, упал на спину, вяло отпихивая от себя не унимающегося зверя. Простершееся над ним небо, синее до рези в глазах, странно колыхалось, точно знойное марево в жаркий день.

– Ты как? – склонился к нему встревоженный Алекс. – Чем помочь?

– Ни...чем. Сейчас... само... пройдет. Дафна... – амавари попытался привстать, но земля словно примагнитила его к себе, не желая отпускать.

– Да, я видел, он забрал ее, – угрюмо ответил парень. – Наша пушка вывела из строя защиту корабля и взломала входной люк, так что вошел он туда беспрепятственно. Считай, сами и пустили... А он словно неуязвим. Но мы пойдем за ним, Трис, мы вернем Дафну!

Тот хотел кивнуть, но вместо этого закрыл глаза – всего на пару секунд, чтобы немного прийти в себя – и отключился. Он не видел, как Гай и оставшиеся в живых люди осматривали тела погибших полицейских в напрасной надежде, что хоть кто-нибудь из них уцелел, как запрашивали подкрепление из города, как вместе с дронами исследовали вход в корабль; уходя вглубь, Деймос заблокировал за собой все внутренние двери, и вскрывать их поостереглись из опасения, что модификант убьет свою пленницу. А она, как показывали сканирующие системы дронов, все еще была жива.

Когда, минут сорок спустя, Трис пришел в себя, по одну его руку сидел, сцепив ладони на коленях, Кор, а по другую вальяжно развалился Сол, выглядевший вполне здоровым. Стоило амавари открыть глаза и пошевелиться, как вирис вскочил и с самым что ни на есть кошачьим мурлыканьем принялся «бодать» его лобастой мордой в бок.

– Сол, ну, хватит, – хрипло выдавил Трис. Попытался сесть – получилось неожиданно легко. Кор, поднявшись, помог встать и ему, спросил с плохо скрываемым беспокойством: