Совесть Городат
Шрифт:
Однако ни то, ни другое, ни третье совершенно не похоже на возможные реакции Дарк, к которым я привык. И это сильно напрягало.
— Ты что-то ещё хотел? — перевёл я взгляд на неподвижного друга, неотрывно глядящего на меня.
— Дар, что-то я тебя совершенно не понимаю, — признался тот. — Абсолютно. Не ты ли так сильно хотел проверить, кто из вас теперь сильнее?
— Хотел, — не стал отпираться я. — Думаю, у меня ещё будет время. Сегодня же только первый день после того, как мы вернулись в Академию.
— Знаешь, — со странными интонациями протянул друг. — Иногда мне кажется, что тебя подменили: настолько твоё поведение в последнее время отличается от себя привычного. Ты ведь никогда не славился долготерпением.
— Приходится многому учиться. В том числе и этому.
Видя непонимание на лице Райана, я подмигнул и добавил:
— Не гони мобиль. Никуда Дарк от меня в Академии не денется.
Даже на тёмном факультете. Хотя бы потому, что я так решил. Медленно и неспешно я срасстался с этой мыслью, постепенно принимая её как данность и переводя из раздела желаний в разряд уверенности. Главное не торопиться, чтобы не напортачить. Тем более, что теперь я знаю, что Люцифэ мне в этом деле не противник. Он сам наполовину девчонка как по способу мышления, как и по возможностям тела. Так что Дарк ему не нужен так, как мне. Теперь главное заново наладить отношения с тёмной. В этом вопросе спешить никак нельзя, особенно учитывая длительное отсутствие Дарка и произошедшие с ним за это время перемены.
Как я и ожидал, Льдинка уже разминался в условленном нами вместе. На интересующий меня вопрос о его принадлежности к тёмному или светлому факультету, морф не смог ничего путного ответить. Впрочем, судя по отсутствующему виду, его больше занимал какой-то другой вопрос. Это было заметно уже хотя бы по рассеянности во время наших спаррингов. Но посвящать меня в подробности морф не собирался. Льдинка даже тренировку закончил раньше, сославшись на усталость.
Я тоже решил пока не перенапрягаться. Успею ещё натренироваться вдоволь.
Идя вслед за отрешенным Люцифэ, я помалкивал. Если захочет, то сам всё расскажет. Поймав себя на этой мысли, едва не рассмеялся. Надо же, всего за два сиана я научился умерять своё неуемное любопытство, которое так бесило Дарка и встречает крайнее неприятие со стороны Люцифэ. Ну что ж, как сказал Амореонэ: “Стисни зубы и терпи. У тебя обязательно получится!” Так что, если я буду терпелив и внимателен, то непременно узнаю, в чём дело.
“Я такого не говорил!” — возмутился Амореонэ.
Ну и что? Я лишь слегка перефразировал.
В душе кто-то был. Звуки упругих струй воды, отскакивающих от каменных стен и пола, прекрасно были слышны уже в дверях. Тем менее, Люцифэ не стал разворачиваться и идти в другой душ, а направился прямиком к стеллажам с полотенцами. Я чувствовал, что морфу крайне не нравится мыться совместно с кем-то, но внешние Льдинка старался никогда слишком явно не показывать этой неприязни.
Я пошёл вслед за ним, намереваясь затем выбрать один из дальних отделений, чтобы не смущать морфа ещё больше. Да и мне самому комфортнее мыться в одиночестве, а не рядом с этим не пойми кем либо сторонними фениксами. Кажется, что прошло уже почти два сиана, а мне всё также неприятно мыться рядом со старшими. Хоть мандраж не начинается, как было раньше, что радует.
Каждое отделение, отгороженное от остальных боковыми стенами приблизительно в локоть длиной было рассчитано на 12 фениксов. Поздний любитель мыться обнаружился во втором как раз напротив стеллажей с полотенцами. Под светлой кожей прекрасно угадывались вполне оформившиеся тренированные мышцы, тонкие, но крепкие, как канаты. Расслабленное тело и плавные движения говорили об уверенности. Парень даже не соизволил оглянуться и посмотреть, кто наведался в душ в столь неурочный час. Единственное, что меня сбило с толку, были сочные чёрные волосы, заколотые парой канзаси без украшений. Что здесь делает ученик темного факультета? Первым сообразил Люцифэ.
— Дарк!
Тут и я понял, что волосы у парня и вправду не полностью черные. То, что я посчитал игрой света, оказалось парой красных прядей. Дарк оглянулась через плечо, радостно улыбнулась.
— Привет, Люцифэ. Я тебя искал.
Перекрыв воду, Дарк взяла висящее рядом полотенце и повернулась к нам. Я аж невольно попятился, осознав, что стою перед всамделишным парнем. Неужели и Дарк тоже..?
— Отменная иллюзия, — отметил морф.
Тёмная пакостно улыбнулась и, коротко глянув на меня, пожурила Люцифэ:
— Ну и зачем ты сказал? Так прикольно было наблюдать за реакцией Дара.
— Что-то мне не нравятся изменения, произошедшее с твоим характером, — нахмурился морф. Я же в это время жадно рассматривал новую Дарк. И, по правде, всё больше разочаровывался. Такой она мне совершенно не нравилась: наглой, самоуверенной, насмешливой. Однако иллюзия и вправду была выше всяческих похвал. А я-то было уже испугался, что тёмная тоже морф.
— Посмотрю я на тебя после седмицы кукования в Сумеречном Городе и почти полутора лун непрерывного общения с Равианикиэлем! — фыркнула темная. Ничуть не стесняясь нас, она начала вытирать полотенцем волосы.
— До тебя-таки добрался Равианикиэль? — явственно побледнел морф.
— Ну не всё так плохо, как может показаться. Но нервы он мне подпортил изрядно.
— Так значит я окончательно превратился для тебя пустое место? — не выдержав, влез в их разговор. — Раз ты меня даже не замечаешь и полностью игнорируешь?
— Нет, что ты, Дарион! — улыбнулась тёмная бледным подобием такой знакомой и желанной улыбки. — Я очень рад, что с тобой всё в порядке. — Но тут же она вновь переключилась обратно на морфа. — Нужно поговорить. Дар, выйди ненадолго.
Чего?! Она мне тут указывает, даже не соизволив толком посмотреть в мою сторону! Я и так был на взводе, задетый пренебрежением тёмной, но это уже переходит всякие границы. Я ей здесь не лакей! В душе всколыхнулась волна злости, и мне потребовалось пару мигов, чтобы не дать телу толчок к началу трансформации. Вместо этого я выдохнул сквозь зубы:
— Ща-аз! Я не собираюсь идти в другой конец коридора, лишь бы спокойно помыться там в одиночестве. Надо пообщаться, вы и идите.
Дарк удивлённо посмотрела на меня, затем провела раскрытой ладонью по лицу, будто сдвигая невидимую маску. Тут же явственный холодок в глазах исчез, а насмешка покинула уголки губ. Теперь тёмная стала чуть больше похожа на себя.
— Что-то меня и вправду заносит. Прости, Дар. Ты прав. Люцифэ, я подожду тебя на выходе.
Ещё раз внимательно оглядев Дарка, я окончательно осознал, что перемены, происходящие с ней, мне совершенно не нравятся. Откуда у неё взялась эта высокомерная властность и уверенность, что всё будет именно так, как она пожелает? Откуда так быстро появилось это пренебрежение другими?
Я ощутил, как костёр злости тухнет под напором разочарования. И этой девчонкой я так долго восхищался, любовался, готов был ловить каждое её движение? Да она превращается в одну из сотен кукол, наполняющих богатые залы знатных домов своим пустым и никчемным щебетанием!