Чтение онлайн

Я слышала, как он делал несколько телефонных звонков, его ярость росла с каждой секундой, но к тому времени началось эхо, мой разум изо всех сил старался отключиться. Его мир был намного опаснее моего. Я знала, что он сказал, что теперь я мишень, но стрелок не хотел меня. Так? Жасмин. Она знала? О, я не могла продолжать это.

Вспышка молнии заставила меня закрыть глаза. Сегодня ночью буря также опустошала мою душу. Я натянула одеяло повыше, мое смутное воспоминание было о том, что он связался с каким-то врачом, чтобы тот меня осмотрел. За исключением шишек и синяков, я в порядке.

Они понятия не имели, насколько я была эмоционально подавлена.

Это тоже меня беспокоило. Я была намного сильнее этого. Возможно, я просто воспринимала всю ситуацию как игру больше, чем следовало. Кто-то хотел его, или меня, или нас. Нас. Было так удивительно думать, что пару дней назад я ненавидела этого человека всем своим существом. Теперь мы были...

Помолвлена.

Свадьба!

Голубой свет, падающий на горизонт, был электризующим, но я была напугана больше, чем прежде. Я поняла всего через несколько секунд, что дрожу как лист, капли пота стекают по моему лицу. Простыни были влажными от пота. Я была в упадке. Вдалеке раздался еще один гром, вибрации пронзали меня.

Но даже со страхом, пронизывающим меня, как раскаленный добела жар, знойные образы перекатывались из одной стороны моего мозга в другую. Они были грязными, но утешающими.

О нем.

У меня была такая внезапная потребность в нем, вероятно, потому, что он был моим защитником. Бороться с голодом, с желанием было уже трудно. Он оставил меня одну, чтобы я отдохнула, но я не могла выносить темноту. Я перевернулась, хватая ртом воздух. Было поздно, почти три часа ночи. Очевидно, я уснула. Не знаю как, если мне не дали успокоительное.

Не в силах больше выносить страх, я потянулась к лампе у кровати. Щелкнув ею дважды, я поняла, что электричество, должно быть, отключилось. Возможно ли это? Разве у него не было какого-то огромного бытового генератора? Я понятия не имею, но эта мысль все равно не приносила никакого утешения.

Все еще дрожа, я откинула одеяло, колеблясь, прежде чем поставить ноги на пол. Я все еще была несколько дезориентирована в его доме, темнота делала это еще хуже. Когда я добралась до двери, меня охватил другой страх. А что, если что-то не так? Ужас был ощутимым, но я пыталась напомнить себе, что он в то же время иррационален. Всего несколько часов назад я пережила ужасное испытание. Логично, что я чувствовала себя не в своей тарелке. Однако я не могла выносить постоянно меняющиеся тени и одиночество.

Я нерешительно открыла дверь, прислушиваясь к звукам.

Включая выстрелы.

Нервный смех почти вырвался на поверхность. Я открыла дверь шире, понимая, что все тихо. Мертвая тишина. Мне это совсем не понравилось. Могущественный человек подумает, что я глупо себя веду. Он не проявил никаких признаков страха. Настоящий герой. Вздохнув, я заставила себя выйти из своей комнаты, сделав несколько шагов по коридору, когда, казалось, весь дом загрохотал. Я ударилась спиной о стену, пытаясь изо всех сил контролировать дыхание. Я не была склонна к паническим атакам, но именно так это и ощущалось.

Я вцепилась в стену, сползая по ней, словно застряла в каком-то ужасном кошмаре. Может, это именно то, что происходит. Внутри меня было столько тоски, что мой живот свело узлом, но что еще хуже, мои соски болели, ныли до такой степени, что они неприятно давили на футболку, которую я решила надеть. По крайней мере, я так думаю. Теперь я ни в чем не была уверена.

Если бы не несколько вспышек молнии, я бы, скорее всего, упала на задницу, пытаясь пройти по коридору в его комнату.

Его комната.

Мой спаситель.

Мой босс.

Мой запретный плод.

Мой жених.

Перестанет ли это когда-нибудь казаться странным?

Несколько секунд спустя я оказалась прямо перед его дверью. Она была закрыта. Она была заперта? Он пытался не пустить меня? Мне нужно было перестать быть нелепой. Было очень поздно, и нам обоим нужен был отдых, хотя я сомневаюсь, что смогу поспать еще немного. Моя рука дрожала, я попробовала дверную ручку, с легким вздохом облегчения, она была не заперта.

К счастью, дверь не скрипнула, но я даже сейчас чувствовала, что комната полна электричества. Я также мог уловить его запах, его запах был настолько опьяняющим, что мне пришлось на мгновение остановиться. Отчетливые ароматы кедра, сигар, дымного дерева и специй продолжали атаковать мои чувства. У меня кружилась голова, хотя это могло быть только из-за истощения из-за испытаний. Я пыталась придумать что-то адекватное, почему я здесь, кроме как из-за того, что я была напугана, но ничего не приходило в голову.

Еще одна вспышка молнии озарила комнату оттенками неоново-голубого. Это было красиво, но жутко, моя кожа все еще покалывала. Не прошло и нескольких секунд, как я почувствовала, что он знает, что кто-то вторгается в его личную жизнь. Звук скользящих простыней, взводимого пистолета — все это было безошибочно.

«Александр», — выдавила я хриплым, но полным слишком большой похоти шепотом.

«Что случилось? Что-то не так? Ты в порядке?» Его глубокий бархатистый голос послал поток покалывания по всему моему телу, мое нутро нагрелось до точки извержения. Он засыпал меня вопросами, еще одна вспышка за окном подчеркнула тот факт, что он вернул пистолет на тумбочку и направился ко мне. Он беспокоился обо мне. Это было умилительно.

Я ненавидела признаваться в своих чувствах, но, как и во многих других вещах с ним, скрыть что-либо было невозможно. «Я в ужасе. Я не могу согреться. Я не чувствую себя собой. Это кошмар».

Он придвинулся так близко, что я могла чувствовать, как тепло его тела покидает его и вливается в мое. Иногда я забывала, какой он высокий, сегодня ночью тем более, когда я стояла босиком.

«Не волнуйся. Здесь ты в безопасности. Это просто шторм. Мне они тоже не нравятся». Каким-то образом его горячее дыхание пробежало по моей челюсти, почти сразу же поползло вниз по моему позвоночнику.

«Электричества нет».

«Я знаю. Такое случается. Это не означает нарушения безопасности».

Я пыталась не дрожать, но никогда в жизни я не чувствовала себя такой холодной, такой безжизненной. Достаточно было еще одного треска, и я потеряла остатки нервов, бросившись на него, не думая о спасении или о том, что он, возможно, пытается отдалиться от нас.

Он напрягся, каждая мышца его точеного тела напряглась, и я почувствовала, как неровно бьётся его сердце, а также ощутила жгучую потребность, которую мы оба испытывали с момента нашей первой постыдной встречи.