Чтение онлайн

Пароход уходил на север, чтобы скрыться в начавшемся там густом снежном заряде. Капитан понимал, что место судна теперь известно противнику. В момент нападения лодки Веронд приказал начальнику радиостанции Г. А. Рудневу послать в эфир на английском и русском языках радиограмму с указанием координат места боя. Поэтому надо было поскорее уйти от этого места. Пароход через некоторое время вошел в полосу льдов, чтобы обезопасить себя от подводных атак врага.

Дальнейший переход до самой Исландии проходил в условиях жестокого шторма и частой пурги. Пароход обледенел и двигался с трудом. В фьорд Акурейри он пришел 18 января, а затем, обогнув Исландию, вошел на рейд Рейкьявика.

Представители советской военной миссии и британского военно-морского командования поздравили капитана и героический экипаж с победой над немецкой подводной лодкой. 26 января 1943 г. В. М. Веронд в донесении подробно изложил ход боя, а его результаты оценил так: «Считаю, что попаданием двух трехдюймовых снарядов лодка если и не была потоплена, то повреждена настолько сильно, что от преследования и повторных атак вынуждена была отказаться» {185}. Помощник капитана по военной части младший лейтенант А. А. Чуланов, [235] управлявший артиллерийским огнем «Ванцетти», в своем рапорте утверждал, что «по знакам падения снарядов», их разрывам подводную лодку следует считать потопленной {186}. О том, что она была уничтожена, свидетельствуется в ряде статей и книг, увидевших свет в военное и послевоенное время. В официальных же источниках сделан вывод, что в результате прямого попадания снарядов 75-миллиметрового орудия парохода «Ванцетти» фашистская подводная лодка была лишь сильно повреждена, поскольку в немецких документах о потерях флота Германии во второй мировой войне нет данных о потоплении подлодки в районе острова Медвежий 5 января 1943 г. Но как бы там ни было, в этой смертельной схватке с грозным фашистским кораблем победителем вышел экипаж советского торгового судна.

Все 20 транспортов Северного и Мурманского морских пароходств, вышедших поодиночке из портов советского Заполярья в течение второй половины декабря 1942 г., прибыли в Исландию, затратив 12-14 суток. Оттуда в составе союзных конвоев они направились с экспортными грузами в Великобританию и США, где встали на ремонт.

В январе 1943 г. из советских северных портов в одиночное плавание на запад отправились еще шесть транспортов. Два из них - «Красный партизан» и «Уфа» - стали жертвами нападения противника. О том, как погибла «Уфа», точных сведений нет. О «Красном партизане» известно лишь то, что уже в районе острова Медвежий он подвергся налету вражеских самолетов и, очевидно, там и затонул от их ударов.

20 февраля 1943 г. в Кольский залив доставил 3500 т военных грузов пароход «А. Марти». Возглавлял его Б. М. Хирхасов, бывший капитан балтийского парохода «Майя», откомандированный на Север. Транспорт прошел самостоятельно из порта Лох-Ю (Шотландия) с заходом в Рейкьявик. Во время рейса бушевал жестокий шторм. Палуба, надстройки до такой степени обледенели, что пароход катастрофически терял остойчивость. И только благодаря высокой морской выучке капитана и титаническим усилиям всего экипажа удалось сколоть и искусственной качкой судна сбросить за борт значительную часть 100-тонного ледяного нароста. [236]

Когда «Л. Марти» достиг района острова Медвежий, штормовой ветер стих. С улучшением видимости значительно возросла вероятность встречи с врагом. Его самолеты появились вскоре же. Пароход уже был готов к бою: артиллеристы и пулеметчики стояли у орудий и пулеметов, находилась наготове специально созданная группа подачи боеприпасов. Враг преследовал неотступно, но экипаж успешно отражал его атаки, а 17 февраля в схватке с фашистскими бомбардировщиками один из них был сбит.

За мужество и стойкость, проявленные в этом трудном рейсе, 13 членов команды «А. Марти», в том числе капитан Б. М. Хирхасов и помполит С. П. Казанков, были награждены орденами и медалями.

Всего за период с августа 1942 г. по февраль 1943 г. в обоих направлениях северо-западного морского пути одиночные переходы с экспортно-импортными грузами совершили 27 советских и 13 союзных транспортов. Семь из них погибли {187}; несколько англо-американских судов по разным причинам возвратились в Исландию, не завершив рейса.

В дальнейшем, когда оборона союзных конвоев стала достаточно надежной, самостоятельные плавания транспортных судов на коммуникации северные порты СССР - Исландия прекратились. А на океанских путях между Владивостоком и западными портами США они продолжались до конца войны. Несколько транспортов стали здесь жертвами «неизвестных» подводных лодок. В некоторых случаях это были японские субмарины, нарушавшие условия нейтралитета, которого Япония обязалась придерживаться в отношении Советского Союза, в иных - американские. С мая 1942 г. по февраль 1943 г. от их ударов погибли пароходы «Ангарстрой», «Микоян», «Кода», «Ильмень». Два последних потопила американская подводная лодка «Софиш», оперировавшая у юго-восточного побережья японского острова Кюсю {188}.

Нападения на суда своего союзника - СССР командование военно-морских сил США объясняло тем, что командиры-подводники ночью, при плохой видимости не могли в перископ точно определить опознавательные знаки, рассмотреть отличительные огни и поэтому ошибочно принимали советские транспорты за японские. [237]

Суда Дальневосточного пароходства, направлявшиеся в американские порты, с согласия японских властей пользовались проливом Лаперуза, что значительно сокращало им путь. Зимой, когда пролив замерзал, а ледоколов по ряду причин в Охотском море не оказывалось, они выходили из Японского моря через восточную сторону Корейского пролива (Цусимским проходом). Пользоваться незамерзающим Сангарским проливом, наиболее близким от Владивостока и удобным для сообщения с Тихим океаном, японцы не разрешали. Таким образом, чтобы выйти в океан, надо было обогнуть Японию с юго-востока, следуя проливом Осуми вдоль побережья острова Кюсю по фарватеру, указанному японскими властями.

13 февраля 1943 г. из Владивостока направился в Соединенные Штаты Америки за военными грузами пароход «Кола» (капитан Л. М. Соловьев). На его борту находились 73 человека - экипаж, а также пассажиры, в числе которых были моряки, отправлявшиеся за океан для приемки судов, и члены семей работников советских представительств в США. Следом за «Колой» начал переход транспорт «Ильмень», а потом один за другим оставили порт еще несколько судов. Все они должны были обогнуть Японию с юго-востока.

Ко времени выхода в рейс «Колы» и «Ильмени» пролив Лаперуза уже целый месяц был скован льдом. Военно-морское командование американского Тихоокеанского флота, конечно, знало об этом. Бывший командующий подводными силами США вице-адмирал Ч. Локвуд после войны в своих мемуарах напишет, что «русские воспользовались морским путем через Цусимский пролив… не поставив нас в известность» {189}. Но американцам было известно, что в навигации 1942 г. советские торговые суда, направлявшиеся из Владивостока в США, зимой, если не было мощных ледоколов, проходили через Цусимский пролив и далее обходили Японию с юга. И вот теперь в такой же ситуации транспортам Дальневосточного пароходства предстояло следовать через Корейский пролив. В январе этим маршрутом уже прошел пароход «Комсомольск». Штаб советского Тихоокеанского флота не был извещен, что путь вдоль юго-восточного побережья Японии опасен в военном отношении, что вблизи Кюсю находится позиция американской подводной лодки.

Спустя два дня после выхода в рейс пароход «Кола» [238] в южной части Цусимского пролива был остановлен японскими кораблями. Только после трехчасового допроса ему разрешили следовать дальше. А в ночь на 17 февраля судно подверглось у юго-восточного берега Кюсю внезапной атаке из-под воды. Взорванное двумя торпедами, оно через 2-3 минуты затонуло. Уцелевшие и оказавшиеся за бортом моряки, выбиваясь из сил, поплыли в сторону выброшенных в море взрывной волной шлюпок и спасательных плотов. В это время в 300-350 м от них всплыла подводная лодка. В течение 10 минут она оставалась вблизи них, но на помощь не пришла.