Чтение онлайн

В тот же день А. А. Иоффе в письме к Г. В. Чичерину отмечал, что линия по созданию ЛитБел ССР достаточно удачная, так как «белорусский и литовский национализм будут в значительной степени один другого нейтрализовать» [16, л. 13]. Кроме этого, этот план станет действенным средством решения всех территориальных споров, которые существовали между ЛССР и БССР.

В январе 1919 г. НКИД РСФСР выступил с инициативой созыва представителей советских республик для решения спорных территориальных вопросов. При этом окончательное решение, как отмечал народный комиссар иностранных дел Г. В. Чичерин, принадлежало ЦК партии. Итогом заседания 25 февраля 1919 г., в котором принимали участие уполномоченные РСФСР, УССР, ЛитБел ССР, стало единогласное решение о передаче части украинских и белорусских территорий в состав Гомельской губернии РСФСР. ЛитБел ССР передавала Речицкий уезд Минской губернии и Дисненский уезд Виленской губернии. Руководство ЛитБел ССР также согласилось с временным (до выяснения позиции Советской Украины) подчинением органам власти РСФСР Мозырьского уезда Минской губернии и Пинского уезда Гродненской губернии [267, с. 168].

В ЦК РКП(б) существовал план созыва конференции, которая должна была бы решить все спорные территориальные вопросы, которые существовали между Беларусью, Литвой, Латвией, Украиной и Польшей. Первоначально планировалось ее созвать в Москве, затем местонахождение было изменено на Минск. Однако, данная конференция могла начать свою работу только после того, как все заинтересованные стороны выскажут свои территориальные претензии и представят необходимую доказательную базу. 25 января 1919 г. А. А. Иоффе рекомендовал срочно созвать отмеченную конференцию. Такое решение стало итогом существующих территориальных претензий Польши к Беларуси (Белостокский и Бельский уезды Гродненской губернии), Литвы (часть Виленской, Гродненской и Ковенской губерний), существующей ситуации на границе, которая в «любой момент может создать casus belli» [16, л. 3–5]. Планировалось, что в конференции примут участие представители Польши, а также советских республик Латвии, Литвы, Беларуси и Украины, члены ЦК КРПП.

Согласно донесению полномочного представителя РСФСР в Литве и Беларуси Д. Ю. Гопнера от 17 января 1919 г., накануне произошла его встреча с А. Ф. Мясниковым по вопросу решения территориальных споров, которые существовали между ЛССР и БССР. Итогом этих переговоров должна стать конференция, созыв которой полномочный представитель РСФСР советовал провести в Минске или Двинске под его присмотром. На нее планировалось пригласить представителей от Литвы, Латвии, Беларуси, Украины. Среди территорий, которые могут вызвать «огромные разногласия» указывались Ошмянский, Лидский, Гродненский, Белостокский уезды [31, л. 35].

Проект созыва отдельной конференции (смешанной комиссии), которая бы решила все спорные территориальные вопросы находит свое отражение и в ноте Временного революционного рабоче-крестьянского правительства Литвы и ЦИК Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов Беларуси от 16 февраля 1919 г., направленной правительству Польши [78, с. 74–76]. В ней, кроме желания мирным путем решить все разногласия, указывалось о существовании «неразрывной связи между советскими социалистическими республиками (Россией, Латвией, Эстонией (Эстляндией), Украиной, Литвой и Беларусью), которые решили создать со всех этих Республик единую федеративную социалистическую советскую республику».

26 января 1919 г. на адрес Народного комиссариата иностранных дел РСФСР, и лично для Г. В. Чичерина, В. И. Ленина, Я. М. Свердлова, И. В. Сталина поступила докладная записка от представителей Временного рабоче-крестьянского правительства – Д. Ф. Жилуновича, А. Г. Червякова, В. С. Фальского, В. Л. Дылы, Ф. Г. Шантыра, И. И. Пузырёва,

A. И. Квачанюка, Герушевича. В ней представители БССР выступили открыто против выделения, со следующим присоединением Витебской, Смоленской и Могилевской губерний к РСФСР. Данный шаг «коренным образом изменяет политическую ситуацию и не позволяет благоприятно решить белорусский вопрос». Кроме этого, указывалось, что существование сильной Белорусской Советской Республики «уничтожит все анексионистско-империалистические стремления Польши, Литвы и Украины, которые находятся под опекой Антанты» [18]. Также обращалось внимание, что отмеченное решение РСФСР нарушит «объявленные принципы независимости и суверенности республики, негативным образом скажется на жизненных интересах белорусского пролетариата и крестьянства» [18].

В конце января 1919 г. на Минской губернской партийной конференции была принята резолюция за подписями членов Бюро И. И. Рейнгольда, Р. П. Найдёнкова, B. Г. Кнорина, где высказывалось недоверие представителю ЦК РКП(б) А. А. Иоффе, размещалось требование отзыва его из Беларуси. Серьезные упреки в администрировании были сделаны и в адрес Я. М. Свердлова. В ответ на это решение через несколько дней на адрес ЦБ КП(б)Б от ЦК РКП(б) за подписью И. В. Сталина поступила телеграмма, в которой отмечалось, что ЦК партии выказывает полное недоверие деятельности Иоффе, а от Рейнгольда, Найдёнкова и Кнорина, которые подписали резолюцию, принятую Минской губернской конференцией, требовалось «подтверждение доказательствами обвинения в национализме Иоффе, так как иначе «будут притянуты к ответу за клевету» [235]. Однако ЦК РКП(б) вынужден был учитывать негативное отношение советско-партийного руководства Беларуси и Литвы к деятельности А. А. Иоффе. Поэтому позже, при формировании руководящих органов ЛитБел ССР, И. В. Сталин в телеграмме в Вильно, адресованной советскому правительству Литвы и Беларуси, сообщал о позиции ЦК РКП(б), что «на кандидатуре Иоффе не настаиваем, пусть будет Циховский» (имелась в виду должность председателя президиума ЦИК ЛитБел ССР).

2-3 февраля 1919 г. в Минске прошел I Всебелорусский съезд Советов. Большая часть делегатов приехала на съезд из Минской губернии (121 человек). 25 делегатов направила в Минск Виленская губерния, 11 – Гродненская, 10 – Могилевская. 7 человек представляли на съезде организации беженцев. Представители Витебской и Смоленской губерний выехать в Минск отказались, что вызвало недовольство у Председателя ВЦИК РСФСР Я. М. Свердлова, который представлял на съезде ЦК РКП (б). Под его принуждением Смоленская губерния направила в Минск 49 человек, однако представители Витебской губернии на съезд выехать отказались. I Всебелорусский съезд Советов подтвердил акт самоопределения Беларуси на советской основе, принял Конституцию БССР. Делегаты съезда высказали желание находится в тесном союзе с РСФСР и обратились ко всем советским республикам с предложением срочно начать переговоры об установлении федеративной связи между ними и Советской Россией. Съезд также санкционировал передачу в состав РСФСР Витебской, Смоленской и Могилевской губерний и юридически оформил объединение Советской Беларуси с Советской Литвой, ссылаясь на необходимость организации сопротивления контрреволюции и общность экономических интересов республик.

Протоколы заседаний ЦК РКП(б), переписка большевистских лидеров, директивы и указания, которые поступали из Москвы руководству ССРБ и ЛССР, свидетельствуют, что в ЦК РКП (б) были более значительные причины (кроме внешнеполитических) для объединения Литовской и Белорусской советских республик. Исходя из документов, которые стали известны историкам совсем недавно, не последнюю роль в создании ЛитБел ССР имел территориальный вопрос. Создавая ЛитБел ССР, ЦК РКП (б) решил и ряд других достаточно близких проблем. Председатель ЦИК РСФСР Я. М. Свердлов, раскрывая белорусским коммунистам ночью перед I Всебелорусским съездом Советов мотивы объединения республик, отмечал, что важным «мотивом создания единой Белорусско-Литовской республики является стремление ЦК сохранить эти республики от проявления в них националистическо-шовинистических стремлений». Создавая ЛитБел ССР, большевистское руководство рассчитывало уничтожить так называемый региональный сепаратизм, как в форме Западной области, или в виде ССРБ. Так как ни руководство области в лице Облисполкомзапа, ни белорусские коммунисты, которые входили в состав правительства ССРБ, не пользовались полным доверием ЦК РКП (б).

После объединения ЛССР и БССР, А. А. Иоффе, согласно его переписки с Г. В. Чичериным, сосредоточил свое внимание на так называемой «местной работе», планировал наладить «правительственную работу», «заняться налаживанием границы». 22 февраля 1919 г. он сообщал членам Политбюро РКП (б) о необходимости срочного создания военного округа, который бы совпадал с границами республики. Этот шаг являлся целесообразным из-за быстрого передвижения польских войск с Юго-Западного (направление Львова) на Северо-Западный фронт (направление Гродно-Вильно) [16, л. 24]. Кроме этого Иоффе обратил пристальное внимание на распространение агитационной литературы на территорию Польши.

Формирование государственных органов ЛитБел ССР находилось под пристальным контролем ЦК РКП (б). Назначение на все ключевые должности в правительстве ЛитБел в обязательным порядке проводилось после подтверждения кандидатуры в ЦК РКП (б) или с санкции представителя ЦК. Подробные отчеты об организационных мероприятиях в связи с формированием государственных органов власти ЛитБел ССР помещались в сообщениях представителя ЦК РКП (б) А. А. Иоффе, который регулярно передавал их в Москву. Основываясь на этих сообщениях, ЦК РКП(б) утвердил кандидатуру К. Г. Циховского в качестве председателя ЦИК ЛитБел и В. С. Мицкевича-Капсукаса – председателем СНК республики. Ключевые комиссариаты возглавляли: наркомат по иностранным делам – В. С. Мицкевич-Капсукас, внутренних дел – 3. И. Алекса-Ангаретис, государственного контроля – С. И. Берсан, образования – Ю. Ю. Лещинский, военных дел – И. С. Уншлихт. В процессе формирования государственного аппарата, центральных и местных органов власти руководство ЛитБел столкнулось с острой кадровой проблемой. Частично кадровый дефицит был вызван тем, что представитель ЦК РКП (б) А. А. Иоффе не желал включить в состав литовско-белорусского правительства на высокие должности бывших деятелей Облисполкомзапа. Как сообщал в письме В. И. Ленину и в Народный комиссариат иностранных дел РСФСР Я. С. Милецкий, также представитель ЦК РКП (б) в Литве и Беларуси, виленские коммунисты с желанием приглашали в правительство ЛитБел представителей интеллигенции. Такие действия вызвали сильное недовольство среди областных представителей, и стали причиной резкой резолюции, которая была вынесена Минской губернской партийной конференцией 2 апреля 1919 г. [198, л. 36].

В помощь А. А. Иоффе из Москвы в Вильно был направлен С. С. Пестковский. Кроме этого, еще к приезду А. А. Иоффе для организации работы на территории Литвы и Беларуси был направлен Д. Ю. Гопнер. Он, как полномочный представитель РСФСР в Литве и Беларуси (скорей всего имел полномочия от Народного комиссариата национальностей) находился на этой должности с декабря 1918 г. В начале февраля 1919 г. А. А. Иоффе поставил вопрос о целесообразности нахождения Д. Ю. Гопнера в Вильно. В ответ, Г. В. Чичерин объяснил функции последнего: «так как Иоффе должен оставаться в тени, Гопнер может связываться с некоторыми элементами белорусского общества, с которыми контакт Иоффе нежелателен. Он посвятит себя всем видам агитации». Также народный комиссар иностранных дел РСФСР напомнил о функции Д. Ю. Гопнера по информированию ЦК РКП (б) о ситуации в белорусском правительстве [30, л. 8]. Именно поэтому предложение о выдвижении А. А. Иоффе на пост главы ЛитБел ССР, которое было озвучено на заседании ЦБ КП(б)Б 1–2 февраля 1919 г. Я. М. Свердловым, И. И. Найденковым, не было поддержано центральным руководством. Кроме того, срочно в Вильно был направлен К. А. Машицкий, который присутствовал на заседании ЦБ КП(б) Б 2–3 февраля 1919 г., в качестве представителя так называемого «дипломатического корпуса» [220, с. 93].