Чтение онлайн

— Теперь у нас есть имя, — сказал Арчер. — Хорошо. Береги себя.

— Я стар, — Зейн вздохнул снова, еще глубже. — Я думаю, что Корвас тоже стар. Он старше любого из нас. Он сказал, что он хочет, чтобы это закончилось.

— В любой момент, — сказал Екко. — Как только мы его найдем, все закончится.

— Его джинн слишком силен. Это украло… — Руки Зейна стали вздрагивать, как будто он вспомнил об ударах. — Он забрал моего тшуву. Я чувствовал демона, как его оторвали от меня, и потом он ушел. Просто ушел.

Стало тихо от его слов.

— Но нет никакого шанса остановить Корваса, — сказал Зейн. — Он нашел способ разорвать Завесу и освободить всех демонов ада.

— Боже мой, — сказала Сера.

Зейн кивнул.

— Бог не сможет ничего сделать, кроме как открыть ворота и послать большую армию в ответ.

Арчер потер лицо рукой.

— Да, это было бы концом. Он сказал, что его армия трупов сосредоточена возле Завесы, но он говорил, тогда когда меня били, так что было трудно сосредоточиться на его словах.

От тальянов в дверном проеме пошли вопросы.

— Как он это сделает?

— Разорвет Завесу?

И громче.

— Что могут сделать мертвые? Никто не пройдет Завесу с той стороны.

Арчер напрягся. Сера подняла свою голову, с фиолетовым оттенком в глазах.

— Фактически, мы можем.

Глава 20

Сера, как и предполагалось должна стать главным ключом, чтобы порвать Завесу. Плохо, что ее демон ослабил барьер между царствами, но теперь остается только гадать, что это шутка или издевательство. Корвас хотел использовать ее в собственных целях.

— Хорошо, значит, конец уже близко.

Она отодвинула пугающие мысли. Она даст свободу панике, но позже.

Она поглади бровь Зейна, необращая внимание на кровь, сочившуюся из нее.

— Вот именно, — шептал Зеун. — Ты будешь петь снова?

Она вздохнула и наблюдала за его вздохом.

— …Наступила ночь уже, пора засыпать

Дома, в гнезде, что с перьями мягкими.

Ясные глазки пора закрывать.

Позволь луне занять твои часы

Позволь увидеть твои сны …

Она тихо прочла стихи, вспоминая свою мать, поющую ее младшему брату, в утробе. Когда он родился, она была уже в депрессии, и больше не пела. Сера отказалась от горьких воспоминаний, которые сжимали ее горло.

…Спи, птенчик мой, в тиши ветвей.

Тихонько вздохни, и усни побыстрей

Спи крепко, мальчик мой, не тревожься.

Мой поцелуй с утра разбудит тебя. .

Она сказала последнюю строчку. И истратила весь воздух в легких «все еще человеческих» легких. Несмотря на большое количество мускулистых тальянов, воздух был холодным и пустым. Сера прижала заднюю часть своей руки к глазам, затем положила пальцы на шею к Зейну.

Его сердце остановилось.

— Он мертв, — сказал Екко.

Как один, все мужчины выпрямились. Ропот пронесся, через них. Удивление, печаль, гнев? Сера не могла сказать. Она чувствовала тоже самое. Когда-то ее работа была в том, чтобы сообщить семье о смерти, помочь им это принять, и потом уже все это переходит в добрую память.

Но не на сей раз. Когда дорожка из последних часов вела к концу мира. Она встала слишком резко и ее голова закружилась. Рука на ее локте подхватила ее.

Конечно, Арчер.

— Пойдем, — сказал он. — Тебе надо поспать. Просто обычный сон и все станет немого проще.

Она пробовала улыбнуться, но не смогла.

— Это выход, — он сказал.

— Что случиться теперь с ним?

— У нас есть место за городом. Когда-то его хотели использовать под ферму, но Нил запустил его. Зейн будет похоронен там. — Он остановился у двери в пустую спальню. — Здесь спокойно.

Сера увидела в его темных глазах, частые потери.

— Многие похоронены там?

— Могилы не помечены, и трупы тальянов быстро разлагаются. Кто знает, сколько там похоронено, сколько погибло в сражениях, большинство людей не знают об этом или вообще не поверят в это? — Гнев вокруг него зажигал фиолетовый свет в глазах.

Она коснулась его рукава. Она знала, что пламя сейчас несется по его метке. Она зашла в комнату.

— Зайди внутрь.

Фиолетовый мерцал в его глазах и смешивался с замешательством.

— Что?

Она немного отстранилась.

— Я не хочу оставаться одна.

Она думала, что он сбежит. Технически, по законам печали, опровержение приходило перед гневом.

Он не двигался.

— Что это изменит?

— Ничего. Это не проблема или вопрос. Я просто не буду одна сегодня вечером, и ты тоже.

— Уже не вечер, а утро. — Он вздохнул еще глубже, чем Зейн последний раз, но тем не менее зашел внутрь и закрыл дверь.

Он снимал с ее одежду, как будто он не делал этого никогда раньше, расстегивая молнию с предельной концентрацией. Он прижимался губами к каждому открытому дюйму ее плоти.

Она срывала с него рубашку нетерпеливыми руками и обнажила его грудь. Но когда она достигла застежки его джинс, он схватил ее за запястья.

— Медленней, — бормотал он. — У нас есть время.

У них не было даже часа темного времени. Но его вялая нежность украла у нее дыхание, заставила ее забыть, о чем она собиралась сказать, и о чем не хотела говорить.

Он отвел ее в ванную и, наконец, сбросил свои джинсы. Не включая свет, он включил душ, и пар заполнил небольшую комнату. Влияние ее демона увеличилось, и она могла видеть в темноте, его аура была серебристо-зеленая со сверкающими огнями.

Там где они касались, друг друга вспыхивал золотой огонь, он внес ее под струю воды.

— Как ты меня видишь? — спросила она с любопытством.

— Как загадку, которую, я никогда не смогу разгадать.

— Я имею в виду цвет. Это зависит от тальяна?

Он успокаивал ее.

— Я не знаю. Я даже не знаю, что такое обязательство тальяна, и какое оно имеет отношение к нам. — Он повернул ее и прижал к своей груди, позволяя водному потоку падать на них обоих.