Чтение онлайн

Я тем временем прошел несколько кварталов, обосновался в довольно невзрачном пабе, а точнее, во дворике рядом с ним. В меню заведения – о чудо! – была не только рыба, но еще и хоунид – менее крупная версия местного тяглового животного. Мясо хоунидов, вероятно, нежнее, чем у обычных хоунов. Я решил, что мне здесь уже нравится…

– Слушайте, никто не заметил, как называется этот город?

– «Первая Остановка», – ответил Гарфилд. – И нет, я не шучу. Если у этих существ и есть воображение, то на названия городов оно не распространяется.

– Ну, может, название у города действительно не очень, но я готов закрыть на это глаза, потому что в нем есть… бифштекс!

– Что? Где?

Я объяснил им, как добраться до паба, и продолжил с удовольствием поглощать еду. Через несколько минут ко мне присоединились остальные; они заказали то же, что и я – блюдо, которое квинланцы называли «сухопутное мясо». Гарфилд постоянно ухмылялся, и в конце концов мне пришлось спросить, что его так развеселило.

– Список под названием «квинланцы очень похожи на людей» продолжает расти, – ответил он. – Я увидел взрослую квинланку, которая выгуливала своего… э-э-э… домашнего питомца. На бедняге была вощеная бумага…

Гарфилд обвел вокруг головы рукой.

– «Конус позора»? На нем был «конус позора»?

– Ага, – усмехнулся Гарфилд. – На меня аж ностальгия нахлынула.

– Я нашла библиотеку, – сказала Бриджит. – Сегодня займусь ею.

– Мы пойдем по барам, – ответил я. – И послушаем, что там говорят.

– Устроим три прогулки по барам. Нам следует держаться порознь.

– Билл, с этим ты слегка опоздал. – Я указал на стол, за которым сидели мы вчетвером.

Билл беспомощно поднял руки вверх.

– Бифштекс. Он позвал нас.

Я ухмыльнулся и доел остатки соуса, макая в него кусок хлеба.

Когда день подошел к концу, мы встретились в нашем номере, внимательно следя за тем, чтобы никто не видел нас вместе.

– Нашли что-нибудь интересное? – спросил я.

Мои опасения подтвердились. Билл и Гарфилд покачали головами: прогулка по барам ничего не дала.

– Я узнал гораздо больше, чем нужно, о повседневной жизни квинланцев, но история со Скивом, возможно, была просто счастливой случайностью.

– Или этот город настолько заурядный, что Сопротивлению он вообще не нужен, – добавил Гарфилд.

– Кое-какие общие сведения я добыла, – сказала Бриджит. – Ну, как бы. Тут многое связано с мифами. История о сотворении мира гласит, что изначально аборигены жили в стране под названием Квин, у которой не было границ, но ее пространство было ограничено. Квинланцы заселили ее целиком и начали воевать за землю, и поэтому Анек – видимо, какой-то бог – решил положить конец войне, и поэтому изменил мир так, чтобы у него появились границы и бесконечное пространство. Но квинланцы привыкли сражаться, поэтому он отнял у них оружие, лишил их мудрости и рассеял.

– Круто, – сказал Билл. – «Конечный, но безграничный» – это же описание сферы. Вряд ли у них есть правильное описание топополиса, но, возможно, они еще не полностью исследовали его.

– Миллиард миль… – Я покачал головой. – Неудивительно.

– История интересная, но она не объясняет технологическую отсталость местных жителей, – заметил Гарфилд. – Думаете, они добровольно ее выбрали? Или эта добровольность была принудительной?

– Это все еще не ясно, – пожала плечами Бриджит. – Нужно как следует покопаться в библиотеке. Живое общение тоже помогает, но лишь до определенного предела: если ты не в курсе общеизвестных фактов, квинланцы начинают тебя подозревать.

– Подозревать? Серьезно?

Бриджит кивнула.

– Я, очевидно, не могла их об этом спросить. Может, они думают, что ты из Администрации и проверяешь их знания, либо ты правительственный агент, который пытается узнать их настроения.

– Или и то, и другое, – сказал я. – Мы же не знаем, как далеко простирается власть Администратора.

– Я тоже это заметила. В моих исследованиях много белых пятен, но я уверена, что квинланцы живут так уже сотни лет. Администратор, как называют этого индивидуума или группу, поддерживает порядок, рассеивая всех, кто нарушает правила – например, пытается выйти за установленные пределы развития технологий. Но в остальном Администратор старается не вмешиваться.

– Тут есть Сопротивление, и, значит, время от времени Администрация все-таки вмешивается. – Я задумчиво постучал по подбородку. – А про других сотрудников Администрации что-нибудь известно? Какие-то учреждения у них есть?

– Пойми, многое из этого я прочитала между строк, поэтому за точность ручаться не могу. Но нет, они – не официальная часть иерархии. Обычно их называют «Команда». Не ясно, то ли они живут среди местных жителей, то ли отдельно, и это наводит меня на мысль о том, что возможны оба варианта: в одной части страны они – наемники, в другой – бойцы Команды на зарплате.

– Ух ты! Отличный анализ, Бриджит, – сказал Билл. – Итак, если считать группу, которая хотела замочить Скива, теперь мы знаем про три фракции: Администрация с Командой, Сопротивление, а также местные, которые не хотят иметь ничего общего с первыми двумя. Теперь вся эта история в Галене уже не кажется такой запутанной.

На следующее утро мы обсудили нашу стратегию. Оказалось, что других библиотек в Первой Остановке нет. Бриджит ворчала и корчила гримасы, но все мы понимали, что этого следовало ожидать – город был не маленький, но, похоже, захолустный. Бриджит, что неудивительно, хотела сразу его покинуть.

Наведя справки, мы узнали, что ближайший и самый крупный из соседних городов – это Три Лагуны. Он находился на следующей речной системе, Утопии – в устье соединявшего их притока. Я немедленно поставил на голосование вопрос о том, чтобы отправиться туда, – ведь при этом у меня появится шанс изучить, как в «Небесной реке» соединены реки, текущие в противоположных направлениях.

– Нам срочно нужно перестать платить авансом, – пожаловался Билл. – По крайней мере, до тех пор, пока мы не поймем, надолго ли задержимся в городе. Мы уже переплатили столько, что хватило бы на месяц.

– Бухгалтер сказал свое слово, – буркнул Гарфилд, кивая в сторону Билла.

Билл оскалился, но промолчал.

В кои-то веки мы покинем город, словно солидные и совершенно заурядные квинланцы. А про заглядывание в повозки даже шутить не будем. Мы дошли до пристани, прыгнули в воду и, следуя указаниям местных, решительно поплыли к южному берегу реки.

Подобравшись поближе, мы сформировали «квинланский плот» и позволили течению нести нас. До притока, который местные называли «Гронк», оставалось еще двенадцать миль; а по нему мы попадем в главное русло южной реки – Утопии. А пока что у нас была хорошая возможность погреться на солнышке и подумать.