Чтение онлайн

Стив выпрямился.

– Господин, у всех наших сундуков есть петли. И замки. У нас товар только самого высокого качества.

Хм. С одной стороны, это хорошо. С другой стороны, эти штуки, похоже, недешевые. Но тут у меня особого пространства для маневра не было.

Стив ненадолго покинул меня и вернулся с почти идеальным сундуком. Я быстро осмотрел его, открыл и увидел, что он практически точно соответствует моим требованиям.

– Сколько?

– Восемь железных монет и четыре медяка.

Ох. Я позволил своему лицу принять удивленное выражение и на пару секунд застыл.

– Это… э-э-э…

Стив огорчился, поняв, что запросил слишком много.

– Это, разумеется, розничная цена. Однако торговля сегодня идет плоховато, так что…

Я понял намек.

– У меня семь железок и шесть медяков. – Я раскрыл ладонь, показывая ему деньги. – Больше у меня ничего нет. И мне очень нужна эта вещь.

Стив, похоже, испытал облегчение, но попытался это скрыть. Видимо, данная сумма все равно была выше себестоимости.

– Это приемлемо.

Я протянул ему деньги и забрал сундук. Хорошо, что продавец не уперся. Я, возможно, выплюнул бы две оставшиеся монеты – просто чтобы увидеть его реакцию.

На сундуке был симпатичный замок, сделанный из какого-то безумно твердого дерева, которое заменяло квинланцам металл. Возможно, решительно настроенный вор сумел бы его вскрыть, однако мне хотелось, чтобы мой багаж вообще не привлекал внимание воров. Поэтому, вернувшись к своему дереву, я начал втирать в стенки сундука грязь, чтобы лишить его блеска. Через несколько минут в моем распоряжении был уже достаточно замурзанный и потрепанный жизнью сундук. Затем я нарвал сухой травы и выложил ею дно сундука.

Закончив подготовку, я залез на дерево, достал матрицу Бендера из опороченного рюкзака и аккуратно уложил ее в сундук, проверив, что трава упакована достаточно плотно и не сдвинется с места.

Последнего «паука» я поместил в сундук вместе с матрицей. «Паук» – моя страховка. Он изменит сундук так, чтобы его было сложнее вскрыть или украсть. И в худшем случае какой-то вор получит по морде плазменным резаком.

Рюкзак выглядел скверно; куб растянул его, и я не был уверен в том, что он сможет восстановить свою нормальную форму. С ним я бы выделялся из толпы, даже если бы в рюкзаке не лежала матрица. Вздохнув, я несколько раз встряхнул рюкзак и надел его на себя. Без него я буду выделяться еще больше.

Так, осталось разобраться еще с одним вопросом.

– Хью, свободная секунда есть?

– Да, конечно. В чем дело?

– Я собираюсь наняться на корабль матросом. Что мне нужно делать? У матросов есть гильдия или профсоюз?

– Нет, ничего подобного. Гильдия есть, но она в основном нужна для улаживания споров и для определения расценок. И если ты работаешь на корабле, тебя автоматически принимают в гильдию.

– Значит, с работниками хорошо обращаются? Проблем с этим нет?

– Боб, это же квинланцы. Они могут жить на подножном корме. Если кто-то начнет избивать матросов, они все просто уплывут. А может, сначала выпустят злодею кишки. Ты хоть одного квинланца видел?

– М-м-м. Ну да, логично. Они вспыльчивые, мобильные, могут найти еду где угодно и где угодно спать.

– Угу. В таких обстоятельствах создать угнетенный класс сложновато.

– А сколько им платят?

– Половину железной монеты в день. Если кто-то предложит меньше, рычи и уходи.

– Понял. Спасибо.

Это лучше, чем я ожидал. Хью получил работу сразу, так что никаких проблем с этим у меня не возникнет, но любой Боб вам скажет, что закон Мерфи – беспощадная сука.

С сундуком на плече я вышел на берег реки и сразу направился в док. У причала стояло несколько кораблей, но только на одном из них кипела работа. Кто-то разгружал поддоны, и, кроме того, рядом лежал груз, который предстояло погрузить на корабль. Похоже, это лучший вариант для меня – хотя бы потому, что два других корабля выглядели брошенными.

И все же я, хмурясь, осмотрел и их тоже. Они не были пустыми – я заметил ящики на поддонах и тюки – но, что странно, на кораблях я не увидел ни одного квинланца. Однако по третьему сновали матросы, практически бегом выполняя одно задание за другим. Я мельком заметил, что на них не было рюкзаков; правда, на одной квинланке, выкрикивавшей приказы и непристойности, было надето нечто похожее на жилет с карманами.

Квинланка в жилете сделала паузу и заговорила со мной, угадав, что у меня на уме.

– Часть груза привезли поздно. Нам повезло: мы прибыли сюда первыми и подписались везти то, что уже было здесь. Тебе нужна работа?

– Да. Ты нанимаешь?

Она указала на ящики, лежавшие на пристани.

– Этот фег сам себя не погрузит. Хотя лентяи и пьяницы, которым я плачу ни за что, похоже, на это надеются.

Квинланцы, разгружавшие корабль, выругались для проформы, а один даже показал квинланский эквивалент «фака». Но все это было по-доброму.

– Только скажи, и я начну таскать.

– Ага. Берись за работу.

Ну, на более простой вариант и рассчитывать не приходится. Корабли – за исключением тех, которые делали только очень короткие рейсы – почти всегда шли вниз по течению. А на этом сегменте вниз по реке – это на восток, в сторону сегмента, где находился Хребет Гарака.

– Можно я брошу свой сундук?

Она рассеянно указала в угол палубы; ее внимание уже было поглощено следующей проблемой. Я поставил сундук и, немного подумав, снял и рюкзак.

В общем, матрос на квинланском корабле должен иметь сильную спину и слабый мозг. Возьми ящик здесь, поставь ящик там. Смыть, повторить. Мой «мэнни» был значительно сильнее аборигенов, и я не уставал, но опасался перегрева, поэтому особо не напрягался. Время от времени команда делала перерыв минут на пять, чтобы охладиться, и я понял, что эта проблема не только у меня.

Разговаривали мы по минимуму. Мы будем работать до тех пор, пока не перенесем весь груз, так что отлынивать было бессмысленно. Все просто хотели побыстрее закончить.