"Современная зарубежная фантастика-2". Компиляция. Книги 1-24
Шрифт:
– Слушай, я ни про какие романы не говорил.
Ее лицо превратилось в пустую маску.
– Не хитри. Я вижу, как ты на меня смотришь.
– А кто сейчас назвал мою улыбку очаровательной? – Женщина покраснела, и Кирин добавил: – Может, он… прости, она – хотела, чтобы пророчество не сбылось, и она знала, что ты отреагируешь именно так. Может, ей просто хотелось все испортить. – Кирин откашлялся. – Мне очень приятно с тобой беседовать, но сейчас мы должны уйти.
Женщина подошла к пыльному очагу. Он был огромный, под стать башне – настолько широкий и высокий, что сквозь него могла бы пройти колонна солдат. Она уставилась на него.
– Что ты делаешь?
– Развожу огонь.
– Разве для этого не нужно что-то горючее?
Пока он задавал этот вопрос, в очаге вспыхнуло и разгорелось пламя – сине-лиловое с крошечными зелеными искорками, совсем не похожее на обычное.
– Не важно. Я ошибся. И что теперь?
Женщина села на лошадь и протянула Кирину руку.
– Теперь мы поедем.
Когда он взял ее руку, женщина сказала:
– Меня зовут Джанель Теранон.
Кирин сел позади нее и протянул ей копье.
– Спасибо. Мне хочется только одного: чтобы я это запомнил.
– «Запомнил»?
– Я все забуду, когда проснусь. Мы оба забудем [159] .
Женщина начала что-то отвечать – возможно, хотела возразить, – но умолкла и покачала головой.
– Итак. Зачем нам это пламя? – спросил Кирин.
Она улыбнулась и натянула поводья.
– Я тебе покажу.
Лошадь вскинула голову от возбуждения. Женщина пришпорила ее и, издав яростный, безумный крик, заставила ее прыгнуть в огонь.
159
Я знаю: если Кирин не помнит, что происходило с ним, пока он был мертв, то как я могу об этом писать? Как я могу даже предположить, что было с ним в загробном мире? Все дело в моем колдовском даре, о котором я уже упоминал. Воспоминания сохранились где-то глубоко в сознании Кирина, и к ним можно получить доступ, пусть это и нелегко.
Лошадь приземлилась на холм из костей. Огонь остался позади, и теперь они оказались в другом месте.
Кирин вдруг понял, что они рядом с Разломом.
Он почти ничего не слышал за ревом оползня из камней и обломков. Они падали в обратном направлении, они вылетали из огромной трещины в земле и закрывали собой небо. Каменная стена, которую они создавали, была бесконечной, и он не знал, куда она шла и как строилась. Однако ее вид вызвал у него головокружение: ему показалось, что весь мир перевернулся.
– Пригнись! – Джанель потянула его вниз, пригибаясь в седле. Там, где они были секунду назад, пролетела огромная шаровая молния. С трех сторон до них донесся рев битвы: демоны – конные, пешие, скользящие и танцующие – сражались с людьми, вооруженными копьями, мечами, палицами и луками.
Все инстинкты требовали от Кирина, чтобы он спешился и вступил в бой, но Джанель удержала его.
– Нет! – завопила она, перекрикивая шум. – Перейди через Разлом.
Он посмотрел на нее, а затем на широкую, уродливую трещину в земле. Он видел, как трещина движется, как на другой стороне падают деревья, когда Разлом расширяется.
Он вдруг понял: она не расширяется, а движется. Она двигалась так, словно сам каньон углублялся в саму Страну Покоя.
– Я никогда не смогу его перейти! – крикнул он.
Джанель проткнула демона копьем, и он превратился в облачко света. Она обернулась и посмотрела на Кирина через плечо.
– Тут есть мост. Разве ты его не видишь?
– Что? Какого рода мост… – Он прищурился и посмотрел на Разлом.
Мост действительно был – маленький, скрипучий, полуразрушенный. Он раскачивался от сильного ветра, словно игрушка, попавшая в ураган.
– Вот этот? Ты шутишь?
– Нет! – Джанель повернулась в седле и обхватила Кирина за пояс, заставляя его спешиться. – Если ты видишь его, то можешь по нему перейти. Но здесь мы должны расстаться, ведь я этого сделать не могу.
Лошадь заржала, предупреждая об опасности. Они обернулись и увидели большой отряд демонов-всадников, который направлялся к ним. Было ясно, что они пришли не для того, чтобы напасть на солдат, охраняющих Разлом.
– Пойдем со мной, – сказал Кирин.
– Я не могу… – ответила Джанель. – Я не вижу мост. Ни один демон не может его увидеть.
Он положил ей руку на лодыжку.
– Ты заражена, но превращение еще не завершилось. Что-то его остановило. На самом деле ты – не демон.
Она наклонила голову набок и печально посмотрела на него.
– Нет, я демон. – Она пришпорила лошадь, и та помчалась навстречу врагу.
Пока Кирин спешил к Разлому, до него долетел смех Джанель. Она пронзила одного демона копьем, легко оторвала руку второму и стала размахивать ею, словно палицей. То, как она наслаждалась грубой, неприкрытой жестокостью, напомнило Кирину Ксалтората. Он заметил сходство.
И все же демонов было слишком много: с ними не справится даже дочь королевы демонов. Кирин посмотрел на нее, потом снова на мост.
– Да пошло оно все! Я ведь уже умер, – буркнул он и бросился в бой.
– Ты был должен перейти через мост! – крикнула Джанель чуть позже, когда снова заметила его.
– Без тебя я не уйду! – крикнул он в ответ.
– Я же сказала, что не вижу мост. Что тут неясного? – Она выдернула копье из убитого демона, который уже начал разрушаться.
– Но я-то вижу! Я тебя проведу.
– А зачем мне Страна Покоя? – раздраженно завопила она. – Я же не умерла.
Гул боя немного стих; демоны отступили, чтобы приготовиться к новой атаке.
– Ты уверена? – Наступившая передышка позволяла им говорить, не перекрикивая шум. – Разве ты не должна была уже проснуться?
Джанель с ужасом прижала руку к груди в том месте, где ее прокусили зубы дракона.
– Я почти уверен: если ты умрешь, то перестанешь существовать не только здесь, но и в реальном мире, – сказал Кирин. – То, что я исцелил тебя здесь, не значит, что это повлияло на твое тело. – Он протянул ей руку, и в этот миг земля у них под ногами содрогнулась от чьего-то рева. – Идем. Я переведу тебя на ту сторону.
– Он меня уничтожит…
– Нет, не уничтожит, я уверен! – крикнул Кирин.
Джанель взяла его за руку и соскользнула с лошади.
– Если я умерла, то сделай одолжение – не убивай меня еще больше.
– Я исполню ваш приказ, моя госпожа.
Когда на пригорок забрался огромный демон, Кирин и Джанель помчались к тонкому веревочному мосту.
86: Возвращение
Кирин сел и, задыхаясь, стал втягивать в себя воздух. Над ним склонился Тераэт.