Чтение онлайн

Бан отвернулся, дрожа от усталости и печали. Риган заслуживала лучшего. Лис был разведчиком и шпионом, магом, умевшим видеть, но он не мог больше ей помочь – разве что разыскать собственную мать или какую-то другую ведьму, которая знала больше о том, как собирать и разбирать на части. Бан в одиночестве пошел вниз по мысу, к глубоким утренним теням Белого леса. Жажда привела его к роднику, который он знал, а затем сон назвал его имя голосом ветра и корней.

Он позволил бы затащить себя под землю, чтобы восстановиться, как всегда, в объятьях деревьев, но прежде чем он их достиг, земля под ногами задрожала. Сухая золотистая трава просыпалась, шевелясь и шепча: Белый лес трепетал, кланяясь восходу солнца и юго-востоку.

Поднимая лицо к утреннему небу, Бан услышал вожделенное имя на ветру, яркое, как звезда, словно весь остров его приветствовал.

– Элия, – сказал Иннис Лир. – Элия вернулась домой.

Проснитесь! – завизжал ветер.

Проснитесь! Проснитесь! Проснитесь!

Резкий крик отшвырнул листья на себя и на стены Дондубхана, заставил дребезжать ставни и добавил слова-удары в хаос, разбудивший Элию.

– Что? – Она громко ахнула и снова спросила на языке деревьев.

Далеко они забрали его, он уйдет навсегда, ты должна идти сейчас, идти, идти.

Она могла почувствовать его имя в панике ветра.

Бан.

Вскочив с постели, Элия схватила платье, натянула ботинки на босые ноги и выбежала за дверь. Она побежала через узкий черный зал Дондубхана, слыша тяжелые завывания ветра, уклоняющегося от рано поднявшихся слуг.

Женщина дернулась назад перед Элией, и принцесса споткнулась. Женщина – жена одного из слуг, ее имя застыло на кончике языка Элии – взяла девушку под локоть и покачала головой.

– Ваше высочество, что вы делаете, пожалуйста, помедленнее. Вы как дикое существо, и такое поведение вам уж точно не поможет.

Элия задыхалась и тяжело дышала, дергая ее за руку, но женщина уставилась на голову Элии, водила глазами вверх и вниз, и Элия приложила руку к своей голове. Ее волосы наполовину торчали из ночного колпака, в котором она часто спала. У девушки была старая привычка ковыряться в нем во сне. Ее платье перекосилось и развязалось на талии. Кивнув, Элия быстро завязала его, закрыв оба бедра, довольная, что, по крайней мере, ее ночная рубашка была длинной и из теплой ткани. Женщина – Ри, так ее звали – вытащила ленту из волос и предложила Элии.

– Спасибо, Ри, – поблагодарила Элия, затаив дыхание. Она увидела улыбку Ри. Приятно быть узнанной. Элия опять понеслась в зал с поднятыми вверх руками, скидывая колпак и закручивая непослушные кудри, быстро превращающиеся в болезненный узел с этой единственной лентой.

Девушка ворвалась в переднюю палату Дондубхана и взглянула вверх: облака разрезали небо на розовые и бледно-голубые пятна с последними мгновениями рассвета. Она прислушалась, и ветер сказал: Лошади.

Элия поспешила через внутреннюю стену к длинной второй палате, где располагались казармы, построенные напротив внешней стены, рядом с которыми находились конюшни. Она быстро пробежала по утрамбованной земле, там, в воротах, что вели под крепостные стены и в болота, находились Эрригал и ее отец, а также Рори и дюжина слуг в зимней синей одежде. Все одеты и готовы к путешествию, за исключением Лира, на котором был халат темно-синего цвета.

– Бан, – прошептала Элия, увидев его наконец. Она была сейчас всего лишь темной фигурой в тени Бана.

Ветер развевал знамена, свисавшие с зубцов над головой.

Она здесь, она здесь…

Бан оглядел широкое тело своего отца и увидел Элию.

Элия не заботилась о последствиях: она побежала и бросилась к нему. Бан отчаянно ее обнимал, крепко держа девушку.

– Я не знал, – быстро прошептал он ей на ухо. – Прости меня. Я должен был тебя предупредить.

– Нет, – сказала она, хватаясь за Бана. – Почему ты уезжаешь?

– Элия, остановись, – скомандовал ее отец, положив руку ей на плечо и сжимая его.

Девушка покачала головой и уткнулась лицом в шею Бана.

– Позволь принцессе уйти, мой своенравный сын, – весело приказал Эрригал, словно все было лишь смешной ошибкой. – Вы расставались и раньше. Здесь нет никаких отличий.

Бан пошевелился, ослабляя хватку, но Элия прижалась щекой к его щеке. Нет, – шептала она на языке деревьев. – Мой.

Король дернулся к Элии.

– Сейчас же, дочь, – сказал он властным голосом.

– Это другое, – сказала она, слегка отклонившись. Девушка заглянула в глаза Бана. В них загнанно металась боль, и Элия знала, что была права.

– Мальчик идет в Ареморию, – сказал король Лир, – чтобы присоединиться к дружинникам – своим двоюродным братьям. Это хорошая позиция для бастарда, особенно с такими звездами. Это лучшее, на что он может надеяться в этом мире, и вы оба должны ценить такое мое решение.

– Слишком далеко! Он не сможет слышать островной ветер. – Элия кружилась вокруг лица отца. – Он часть Иннис Лира, отец. Не отсылай его. Пусть присоединится к слугам и учится среди своего собственного народа.

Лир сморщил нос.

– Мои слуги благословлены звездами, а этот мальчик – нет. Его незаконное рождение и опасные звезды оскорбляют нас. Он должен быть подальше, чтобы положить конец влиянию его звезд на тебя. Ваши звезды заслуживают большего от вас обоих.

Ужас отразился на ее лице.

– Отец! – Элия вздохнула, широко раскрыв глаза. Она никогда прежде не понимала, как глубоко ее отец презирал Бана.

– Вы ревнуете, – тихо сказал Бан. – Элия не любит вас больше всех и не ненавидит червечары, поскольку вовсе не трусиха.

Король шагнул вперед, подняв руку, и Элия бросилась между ними: отцом и Баном, который, пригнувшись, ждал взрыва боли.

Этого не произошло.

– Отойди от него, – сказал Лир настораживающе мягким голосом.

Страх прошел по крови Элии, заморозив ее и заставив замолчать.

Бана оторвали от нее. Эрригал потащил его к лошади.

– Давай-ка, мальчик, – прорычал он, пытаясь поднять Бана.

Лир взял Элию за шею и обнял ее.

– Это правильно, – сказал он. – Луна Хвостатого дракона слишком близка к Калпурлагху в день твоего рождения, слишком близка к базовым корням – это влияние может погубить тебя. Это отравляет твое сердце. Оно может отравить весь остров.