Чтение онлайн

По словам госпожи Лонто и других, когда Айт Эоду, второй приемный сын Айта Югонтина, патриарха клана, был убит по приказу своей сестры Айт Мадаши, у него осталась жена, которая не стала по нему горевать. Брак Эоду не удался по нескольким причинам, в том числе потому, что он был неисправимым бабником. Может, вдова и оплакивала бы его, если бы его не убили голым в квартире любовницы – он оскорбил жену даже в смерти. Она вернулась к родителям, отказалась от фамилии мужа и воспитывала четырехлетнего сына под девичьей фамилией – Кобен.

Кобены были крупной семьей не особенно высокого статуса в Горном клане. В их рядах насчитывалось почти два десятка Зеленых костей, включая нескольких Кулаков, многочисленных Пальцев, нескольких учителей, врача и монаха. Другие члены семьи были Барышниками среднего звена или Фонарщиками с мелкими предприятиями, либо занимали другие уважаемые позиции, связанные с деятельностью клана. Кое-кто называл членов семьи скаредными и упертыми, поговаривали, что храбрости у них больше, чем ума. Однажды их звезда наконец-то взошла, когда одна из Кобенов вышла замуж за Айта, но после гибели Эоду семья посчитала везением, что брак оказался негодным, и дала понять новому Колоссу, что всегда недолюбливала ее брата.

Кобен Атошо, урожденный Айт Ато, был единственным племянником Айт Мады. Он почти не помнил покойного отца, и любовь к нему мальчику не прививали. Сейчас ему исполнилось девять, в предстоящем году он оканчивал начальную школу и собирался поступать в Ви Лон для обучения боевым искусствам. Семья Кобен надеялась, что с этой вехой Колосс признает мальчика внуком Айта Ю и своим потенциальным наследником, а значит, возрастет и престиж Кобенов внутри клана.

Два главных препятствия для их устремлений носили фамилии Иве и Фен. Семья Фенов была меньше Кобенов, но самой богатой на Кеконе. Патриарх, Фен Сандолан, был крупнейшим судовладельцем страны. У него было три сына и три дочери, старший сын – уважаемый Кулак высокого ранга. Фен Сандо имел серьезное влияние в деловом мире и не боялся при необходимости критиковать собственный клан.

Семья Иве была не такой многочисленной, как Кобены, и не такой богатой, как Фены, но Иве Калундо только что стал Шелестом Горных. Ему было тридцать шесть, он давно дружил с Колоссом и работал вместе с Айт Мадой еще в ее бытность Шелестом. Семья Иве лелеяла мысль, что Айт считает своим преемником Шелеста. Это помогло бы его родне поправить дурную репутацию. Они не были сильны в нефритовых способностях, но подвержены Зуду, как злосчастная семья Аун, и подозревались в пристрастии к «сиянию».

Шаэ растолковала ситуацию за столом после воскресного семейного ужина.

– Айт столкнулась с требованием разъяснить линию преемственности в клане, но по понятным причинам этого избегает. Мальчику из Кобенов всего девять, еще слишком рано, чтобы судить о его способностях, и Айт не принимала участия в его воспитании. Иве Калундо только что заступил на пост. Айт уж точно планирует долго пробыть Колоссом и хочет оставить вопрос о преемнике открытым, объявление наследника лишь подорвет ее власть, усилив другую семью.

Хило покатал незажженную сигарету между пальцами и прищурился, размышляя.

– Ты сказала, что Дору считал притязания Кобенов самыми серьезными.

– У остальных мало шансов, – ответила Шелест. – Фены богаты и влиятельны, но не имеют законных оснований для таких притязаний, к тому же Айт им не благоволит – они не спешили присягнуть ей, когда она стала Колоссом, и поддерживали ее брата, пока это было возможно. Ей нужны деньги и поддержка Фенов, но вряд ли она допустит их к руководству кланом.

Шаэ глотнула чая и подвинула остаток десерта Вен.

– Семья Иве, с другой стороны, предана Айт и не станет с нами говорить, если мы попробуем закинуть удочку. У Иве Калундо крепкая репутация, но его отец умер от Зуда, а в семье есть наркоманы на «сиянии». Многие в клане не согласятся передать руководство такой семье.

Кен почесал лоб и нахмурился.

– Имеет значение только мнение Колосса, – заявил он. – Если Айт доверяет Иве настолько, что сделала его Шелестом, и он ее не подведет, возможно, ей будет плевать, что говорят другие семьи.

– Возможно, – медленно повторила Шаэ, – но у Кобенов больше людей и серьезнее связи с семьей Айт.

Власть в кланах Зеленых костей необязательно передается по наследству, но по историческим и культурным традициям обычно оставалась в рамках семьи.

– Мальчик не в кровном родстве с Айтом Ю или Айт Мадой, – вставил Тар, раскинув руки. – Если это самые серьезные притязания, они все равно выглядят охренительно слабыми.

– Вот почему это не очевидный вывод, – сказала Шаэ. – Но я понимаю, из-за чего Дору предложил заключить альянс. Если мы наладим отношения с Кобенами, это может усилить их позицию, когда они заявят, что под их руководством мир между кланами продлится. А если Кобены окажутся на нашей стороне, Айт дважды подумает, прежде чем начать открытую войну с нами. – Шелест сердито фыркнула. – В качестве средства обороны это имеет смысл.

Вен осмотрела сидящих за столом. А потом обратилась к мужу, мягко, но уверенно:

– Дору был хорошим стратегом. Он явно много размышлял над тем, как объединить кланы. – Она прикоснулась к колену Хило. – Именно этого он добивался, когда строил козни за спиной Лана: объединения. Значит, теперь мы знаем, чего делать не следует, если хотим иного.

Кен, Тар и даже Шаэ удивились, что Вен вступила в разговор, но Хило одобрительно улыбнулся.

– Похоже, старый хорек Дору в конце концов оказал нам услугу. – Он повернулся к Шаэ. – Найди способ встретиться с Феном Сандоланом.

Анден привык к рутинной жизни в Порт-Масси. Летние дни удлинились, началась жара и духота, хотя по большей части город все равно оставался бесцветным и затянутым тучами. Неожиданно для самого себя Анден подружился с однокурсниками и познакомился с некоторыми соседями Хианов. Он еще дважды видел Зеленую кость на велосипеде – один раз тот катил в противоположном направлении по другой стороне улицы, а во второй раз стоял на углу и разговаривал с тремя молодыми людьми, когда Анден проезжал мимо на автобусе.

Андена одолевало любопытство, он хотел задать этому человеку тысячу вопросов. Когда он упомянул о встрече Хианам, они сказали: «А, так это Даук Коруцзон. Он собирается учиться на юриста, и мы все им гордимся. Да, конечно, он Зеленая кость, настоящий кеконец. Сколько здесь Зеленых костей? По соседству? – Господин Хиан пожал плечами. – Тридцать? Сорок? Кто знает».

Анден был потрясен. Шаэ училась в Эспении, но никогда не упоминала о людях, носящих нефрит. Он подозревал, что она никогда не сталкивалась с ними, живя в общежитии университетского городка Виндтона, где не было значительной кеконской диаспоры. Население Порт-Масси в двадцать раз больше, чем в Виндтоне, это крупный центр торговли, и здесь можно встретить людей, кухню и товары из всех частей света.