Чтение онлайн

Внутри помещение оказалось во много раз больше, чем представлялось снаружи. Причину обнаружил Тегид.

— Это одно помещение, — отметил он.

Сотни окон, располагавшихся в стенах, предполагали множество комнат, а на самом деле освещали единственный гигантский зал. Но света все равно недоставало. Его хватало лишь на то, чтобы понять: мы стоим на площадке лестницы, ведущей куда-то вниз. Мы не видели ни пола внизу, ни крыши наверху, и свет наших факелов почему-то почти не разгонял темноту.

Воздух в зале был сырым и холодным — холоднее, чем снаружи. Мы стояли и слушали, наше дыхание облачками висело вокруг нас. Ничего не услышав, мы начали спускаться по ступенькам плечом к плечу с высоко поднятыми факелами. Каждый шаг вызывал эхо, порхавшее во тьме, словно летучая мышь.

— Унылый дом, — пробормотал Бран, и его голос зазвенел в огромной пустоте.

— Даже если развести большой огонь в очаге, будет холодно, — добавил Эмир.

— Но огонь бы не помешал, — сказал Гаранау. — А то темно совсем.

Спустившись на шесть ступеней, мы вышли на широкую лестничную площадку, еще через шесть степеней нас ждала еще одна, а дальше — пол, покрытый черной глазурованной шестигранной плиткой. Плитка поблескивала от влаги, идти по ней было скользко, но мы шли к середине зала, где должно было находиться место для очага.

— Зря ты надеялся, Гаранау, — заметил Тегид. — Здесь нет очага.

Действительно, мы не увидели ни очага, ни жаровни, как в башне. Здесь вообще не было никакой обстановки. Там, где положено быть очагу, в полу была выложена мозаика из маленьких красных, белых и черных плиток, изображающая того же крылатого змея, которого мы видели в башне. Только здесь изображение не было стилизованным, напротив, оно казалось очень реалистичным: извилистые красные кольца мерцали в свете факелов, ярко сверкали красные глаза, за плоской головой виднелись широкие крылья рептилии. А под изображением было что-то написано. Я подумал, что это имя существа. Пока я рассматривал змея, моя серебряная рука послала отчетливое предупреждение.

Теперь, когда глаза привыкли к темноте, я понял, что помещение имеет овальную форму, крышу поддерживают ряды сужающихся колонн, вершин наверху не разглядеть. Прямо напротив входа располагалась вторая круглая дверь, почти такого же размера, как первая. Мы осторожно приблизились к этому дверному проему, он вел в глубокую пещеру, искусно отделанную снаружи прекрасным камнем, но внутри оказался простой неровный каменный туннель. Мне пришло в голову, что весь дворец был всего лишь фасадом для этого единственного входа в пещеру.

— Что ж, — сказал Кинан, с сомнением глядя на туннель, — мы так далеко зашли... Не возвращаться же теперь. Надо посмотреть, что там еще найдется.

— Хочешь посмотреть, что там еще? — заговорил Тегид.

— Ну да. Просвети нас, бард, — сказал Кинан. — Мне воображения не хватает.

— Хорошо, я тебя просвещу. Там живет зверь, чье изображение то и дело попадается нам с тех пор, как мы пришли в Грязную Землю.

— Это который там на полу сидит? — уточнил Кинан, указывая на зал позади нас.

— Тот самый, — кивнул Тегид. — Я думаю, дыра ведет в его логово. А имя ему –Yr Gyrem Rua.

— Красный Змей? — пробормотал Кинан, а воины настороженно переглянулись. — Он тебе знаком?

— Если я не ошибаюсь, — ответил бард, — существо внутри — это то, что Ученое Братство называет Красным Змеем Оэта. — Он наморщил лоб. — А некоторые называют его Вирмом.

— Вирм, значит… — пробормотал Бран, оглядываясь через плечо.

Волна страха окатила меня; теперь я понял, почему дворец состоял всего из одной комнаты и почему бронзовые люди высокой башни почитали образ змея: это был их бог; они приносили ему жертвы. А мы сейчас находились в святилище Yr Gyrem Rua.

— Слушайте, лучше бы нам отсюда уйти, пока можем, — проговорил Бран.

Все молча согласились с ним и уже развернулись к выходу, когда до нас снова донесся крик — тонкий, дрожащий всхлип несчастного младенца.

— Туда ребенок забрел, — выдохнул Кинан и снова повернулся к туннелю. Заглянув внутрь, он покричал ребенку, подождал и, не получив ответа, решительно двинулся в туннель.

Я схватил его за плащ и потянул назад.

— Один ты не пойдешь!

— Тогда идем со мной, брат.

Я повернулся к остальным.

— Оставайтесь здесь, — сказал я. — Мы только заглянем внутрь.

Мы с Кинаном двинулись по туннелю, свет факелов мерцал на влажном красном камне. Навстречу нам шел запах, затхлый и несколько сладковатый, но с привкусом плохо приготовленного мяса.

Еще через десяток шагов я заметил нечто странное на полу тоннеля. Моя серебряная рука внезапно похолодела, и я остановился как вкопанный.

— Что это такое? — выдохнул Кинан, поднимая повыше факел.

Я подошел ближе. Желудок сжался, а рот наполнился желчью. На полу перед нами в луже рвоты лежала полупереваренная голова одного из наших пропавших разведчиков. Лица было не разобрать, но я узнал этого человека.

Кинан хотел было обойти меня, но я положил руку ему на грудь.

— Стой, брат. Это… это Гвейр.

Он сунулся вперед; гнев, печаль и недоверие отразились у него на лице. Взглянув через мое плечо, он выругался.

Гвейру мы уже ничем не могли помочь, так что, обойдя его останки, двинулись дальше. Запах усиливался с каждым шагом. Через некоторое время туннель свернул и стал шире, образовав невысокий грот.

Вот здесь вонь ударила меня в полную силу. Я с трудом сдержал рвотный позыв и сделал еще несколько шагов. Кинан быстро вошел за мной.

В центре грота в каменном полу зияла дыра. Неровные края отверстия были отполированы почти до блеска. Нетрудно было догадаться, как грубый камень приобрел такой стеклянный блеск.

На полу были разбросаны части тел наших пропавших воинов вместе с лошадьми: нога в сапоге, изуродованная голова лошади и несколько копыт, зубы лошадиные и человеческие, ободранная грудная клетка и позвоночник лошади. Были здесь и другие более старые останки, черепа и берцовые кости, обглоданные и потемневшие от времени — их обладатели скончались давно.

Я не выдержал и отвернулся. Жуткий детский плач раздался снова, поднимаясь откуда-то из глубины, и я понял, что кричит вовсе не ребенок, а сам Вирм.

Крепче схватив факел, я шагнул к дыре. Руку пронзило холодом. Кинан поймал меня за плечо.

— Отойди, — рявкнул он резким шепотом и оттащил меня от дыры. — Здесь мы ничего не можем сделать.

Мы вернулись в большой зал. Тегид увидел наши мрачные лица и спросил:

— Ну что? Нашли ребенка?

Кинан покачал головой.