Чтение онлайн

Легенды уже более ста пятидесяти лет не дают покоя многим поколениям россиян и подданным современного независимого государства Украина.

– Как же ваш род относился к ним? – спросил я Радиславу Капнист во время очередной встречи в харьковском доме скаутов.

– Только недавно я стала рассказывать о родстве Полуботков и Капинистов. Мой предок Василий Капнист был выдающимся русским поэтом и драматургом. Популярность его комедии "Ябеда" была настолько велика, что некоторые выражения превратились в поговорки, стали истинно народным достоянием. Был он и прекрасным переводчиком. Его переводы эпических поэм «Картон» Оссиана, «Илиады» и «Одиссеи» Гомера были сделаны на основании французских переводов. В 1810-е годы Капнист переводил оды Горация с французского подстрочного перевода. Кроме того, он перевел «Слово о полку Игореве» в 1810 году. Им была переведена также комедия. Мольера «Сганарель, или Мнимая неверность». Я уже рассказывала, как Капнисты слились с родом Полуботков. Сын Василия Капниста женился на правнучке гетмана Павла Полуботка. Но широко стало известно о «полуботковском золоте» только в начале XX века. То, что род Капнистов был не причастен к транспортировке бочек в Лондон, не требует даже доказательств. А сколько было маршрутов транспортировки – сколько угодно. Мне более нравится Северный.

И мне тоже, уважаемые читатели. Он проще. А южный через всю Европу, как мне кажется, – это выдумка фантазеров.

Войсковая казна – это вполне реальная и весьма ощутимая сумма, находящаяся в ведении гетмана и генеральной старшины, обеспечивающая, как боеспособность, провиант, содержание войска, так и растущий уровень личного благосостояния вышеупомянутой старшины. Собственно, за канцелярскою тяжбой с Коллегиею Малороссийской о судах неправедных и поборах необоснованных стояла прежде всего забота гетманской администрации о сохранении за собой именно права собирать всевозможнейшие налоги и разнообразные подати с казачества и прочего люда, то есть, забота и о себе, и о пополнении казны. По издавна заведенному порядку сюда же, в войсковую казну, поступала и половина от конфискованного золота, и наиболее ценные трофеи, воинская, стало быть, добыча.

Но казну Войска Запорожского царская следственная бригада Ушакова в Малороссии не нашла.

И по описям и протоколам допросов тоже было ясно, что казна войсковая обнаружена не была.

Итак, ее искали изо всех сил, но не нашли!

А может быть искали сундук или бочки не там, где надо? Может быть Золотая Скарбница был закопана под каким-нибудь дубом в яру или в огороде отдаленного полуботоковского родственника, человека верного?

В традициях казаков и гайдамаков именно таким образом было хоронить деньги и воинскую добычу.

Теперь сосредоточимся на новом этапе поиска золота Полуботка.

Наконец-то, на сцене поисков напрямую появляется род Капнистов!

Следует особо подчеркнуть, что Василий Васильевич Капнист, будучи родственником Полуботков, получил в наследство дом в селе Михайловка. В нем «сиживала» жена Павла Леонтьевича в трудные времена его ареста.

Так вот новый владелец дома Василий Васильевич Капнист высказывал многим удивление о прочности, глубине и обширности подвальных помещений этого дома. Среди многочисленных стен, закоулков и коморок этих каменных погребов не представляло труда замуровать и несколько сундуков, и человека живого, свидетеля, предположим, неугодного, и даже коня оседланного в полный рост. Так поэтически рассказывал Василий Васильевич своим друзьям.

Но императорские сыщики не разбирали подвалов. Не размуровывали потайного хода царские служители. А простого миноискателя им надо было ждать еще два с половиною века. Не говоря уж об ультразвуке, рентгене, инфракрасном излучении и прочих научных премудростях наших дней…

Об особенностях полученного в наследство пугачевского дома Василий Капнист задумался, но сопоставил ли он эти особенности с необходимостью обеспечить особую скрытность Казацкой Скарбницы? Первое, на что бросили взгляд императорские «Шерлоки Холмсы», на имения Полуботока. А может быть были и другие нетрадиционные места сокрытия? Кто ответит ныне на этот вопрос?

Настал XX век. История «Золота Полуботока» обрела широкую известность в 1907 году, когда профессор Александр Рубец опубликовал 20 ноября в петербургской газете «Новое время» № 11384 объявление:

«Александр Иванович Рубец, бывший профессор С.-Петербургской консерватории считает своим долгом довести до сведения лиц, состоящих в близком или дальнем родстве с Павлом Леонтьевичем Полуботоком, исправлявшим должность гетмана Малороссии в 1722–1724 годах, что после смерти названного гетмана Полуботока остался значительный капитал в Лондонском государственном казначействе, положенный им туда сроком до востребования. Капитал этот наследниками П.Л. Полуботока не истребован, и в настоящее время возрос до 80 миллионов фунтов стерлингов или до 800 миллионов рублей.

Полагая, что право на истребование означенного вклада в виду его бессрочности («до востребования») наследниками не утрачено и возможно, но, сознавая, что одному человеку это не по силам, я почтительнейше и усердно прошу всех с нижепоименованными фамилиями прибыть в город Стародуб Черниговской губернии 15 января 1908 года для совместного и всестороннего обсуждения мер по законному истребованию из Лондонского Государственного Казначейства капитала Полуботки.

СПИСОК НАСЛЕДНИКОВ: Полуботки, графы Гудовичи, Кулябко-Корецкие, Рубцы, Лизагубы, Синегубы, Сологубы, Немирович-Данченки, Старосельские, Гамалеи, Рашевские, Трипольские, Бонч-Осмоловские, Булацели, Бороздны, Борковские, Дунин-Барковские, Почеки, Подольские, Тризны, Тропины, Тычины, Лазаревские, Лошинские, Лосины, Золотаренки, Ханенки, Миклашевские, Дорошенки, Щербаки, Чарнолуцкие, Аржаво-Чижевские, Шандриковские, Ширай, Чесноки, Искры, Гудим-Левковичи, Тарновские, Самоквасовы, Самойловичи.

Список этих фамилий был составлен в 40-х годах прошлого столетия по поручению Лондонского государственного казначейства, через агентов, приезжавших с этой целью в Россию. Присовокупляю, что до осуществления предполагаемого мною съезда гг. наследников, я ни в какую переписку по сему делу входить не буду и на запросы отвечать не стану. А. Рубец».

Следует заметить, что Рубцы – одна из знаменитых фамилий Гетманщины. Историк Вадим Моздалевский в своем капитальном «Малороссийском родословнике» (четырехтомник 1908–1914 годы, Санкт-Петербург, Киев) собрал хронологические сведения о многих видных деятелей этого семейства, и заняли они много страниц, восходя корнями к самому началу Гетманщины. В четвертом томе были помещены сведения и о семействе Рубцов. Многие поколения предков Александра Ивановича Рубца гнездились на Черниговских землях. Достаточно вспомнить, что именно один из Рубцов во второй половине ХVIII века был послан старшинами в Петербург к императору Петру I с прошением от казачьего войска на избрание нового гетмана.

Объявление в столичной газете «Новое время» (№ 11384 от 20 ноября 1907 года) прочитали многие жители Российской империи. Сразу же поползли слухи, домыслы, сплетни, распространяясь на всю Россию.

Съезд наследников Павла Полуботпка состоялся с разрешения Черниговского губернатора 15–16 января 1908 года в городе Стародубе. Приехали представители полуботоковского рода из Москвы, Киева, Харькова, Полтавы, Чернигова, Хабаровска, Читы, Одессы, Саратова, Кронштадта, Донского региона. Всего более шестисот человек.

На нем Александр Иванович Рубец, показывая объемистую черную папку, набитую бумагами, рассказал о том, что он обнаружил запись рассказа английского шкипера, который вез в 1720 году из Архангельска в Лондон двух молодых казаков (Андрей и Яков? – С.А.) и их дядьку-наставника (? – С.А.).

Пассажиры, как утверждал шкипер, еле втащили на судно тяжелые бочонки. По прибытии в Лондон они попросили шкипера проводить их до конторы Ост-Индской компании.

В бочонках оказалось 200 тысяч золотых червонцев, и один из казаков, представившийся сыном Павла Полуботко Андреем (ошибка Рубца? – С.А.), внес их в Ост-Индскую компанию на хранение. Вклад был принят на следующих условиях: 4 % годовых с начислением процентов на проценты, на него не распространялись правила конфискации за давностью лет, и получить вклад мог либо сам Павло Полуботок, либо его наследники, либо лица, ими назначенные.

Закончив речь, Александр Иванович потряс увесистой папкой:

– В ней все золото наказного атамана!

Поднялся гвалт. На папку Рубца устремили взгляды не только наследники, но и к этой же папке с самого начала были прикованы и взоры многочисленных соглядатаев, филеров, агентов. Да и просто досужих авантюристов, не преминувших воспользоваться случаем пронюхать поживу. Этот кожаный тугобокий предмет из поля внимания своего не теряла вся полуботоковская рать наследников и им сочувствующих.