Чтение онлайн

Однако, за что попал Полуботок в Петропавловку? Увы, его арест – закономерный итог деятельности любого коррупционера. Павло Леонтьевич зарвались – одними из первых в Украине начали мухлевать с выборными технологиями. Причем, сразу по крупному.

Наказной гетман бомбардировал Петербург мешками писем. Их авторы требовали срочного проведения в Украине новых «свободных» выборов и безальтернативного избрания на них Полуботка. В Петербурге письма проверили. И изумились наглости своего верноподданного. По словам доцента Донецкого университета кандидата исторических наук Сергея Барышникова, «Полуботок массово сфальсифицировал письма в поддержку себя. Согласно питерской проверке из 9 тысяч этих посланий подлинных оказалось… чуть больше ста».

Не кажется ли вам, уважаемый читатель, что выборная технология XVIII века перекочевала в наш XXI век!

Вскрылись и другие нарушения по службе – прежде всего, многолетнее мздоимство в Черниговском полку.

В мае 1723 Полуботок и его два главных помощника Савич и Черныш были вызваны в Петербург, где они подали челобитную Петру I об отмене новых стеснительных порядков. Этим они очень разгневал царя.

Петр I велел Полуботка с товарищами посадить в Петропавловскую крепость и послал в Малороссию Румянцева произвести следствие о челобитных, подававшихся Полуботоком от имени народа. Вот тогда-то и выявилось мухлевание с челобитными.

Имущество Полуботока было конфисковано.

В то же время Тайная канцелярия планомерно и настойчиво одного за другим допрашивала всех арестованных украинцев, доискиваясь не только правды о конфликте с Коллегией Малороссийской, но и о казне Войска Запорожского, находившейся в ведении наказного гетмана, но сыскной бригадой Румянцева не обнаруженной.

А казна та должна была быть по расчетам делопроизводителей немалой. И нужда в ней была превеликая. Однако, никто ничего вразумительного сказать не мог, не помогали и пытки. А старик Леонтий Полуботок, так и вообще молчал, усмехался только в усы. Да и занемог он к тому же – не больно с таковым и поговоришь.

Изношенный коррупцией и подорванный долголетним злоупотреблением горячительными напитками организм претендента на булаву не выдержал. В разгар следственных экспериментов Полуботок переселился в Петропавловской крепости в мир иной.

Петр І в гневе направил в поместье Полуботка специальную комиссию, чтобы конфисковать его имущество. Но, к удивлению ревизоров царя, всё наследство гетмана пропало.

Куда оно делось? Легенд было много. И родились они сразу после смерти наказного атамана. О его сокровищах рассказывали в Петербурге, Москве, в Малороссии, за рубежом.

Императрице Екатерине I донесли, что свои сокровища Полуботок мог переправить в Германия или в Англия. По приказу императрицы туда отправился князь Меньшиков, но вернулся с пустыми подводами. Полуботоквскими драгоценностями интересовались императрицы Елизавета и Екатерина II.

О них сочиняли стихи Гавриил Романович Державин и Василий Васильевич Капнист. О том, что Василий Капнист не мог не знать о «золотых бочках Полуботка», должно было быть ясно кое кому, ведь Капнисты слились с родом Полуботков, когда сын поэта Василия Капниста женился на правнучке наказного гетмана.

До нас дошли две легенды о этих золотых бочках. Они изложены в монографии «Золото гетмана Полуботока: миф или реальность», выполненной в соответствии с темой кафедры украиноведения Донецкого национального университета экономики и торговли имени М. Туган-Барановского: «Гетманщина в составе Российской империи». Ее автор К.А. Романенко.

И в книге «Сокровище» киевского писателя, сценариста и актера Вячеслава Прокопенко несколько страниц посвящены полуботковским золотым бочкам.

Итак, есть версии о судьбе золота Полуботка. Вот что читаем у Вячеслава Прокопенко в его книге «Сокровище»:

«По первой, основной версии, главным действующим лицом является сын Павла Леонтьевича Полуботка – Яков. Предчувствуя неизбежный своего арест и все его формальные последствия, как то опись и конфискацию имущества, мудрый пан полковник по совету еще более мудрой пани жены полковниковой поступает следующим образом: в середине 1720 года сыну своему Якову поручает он секретную миссию, снаряжает его в дальнюю дорогу на двух крепких возах с четырьмя казаками дюжими в сопровождении.

А везти надлежит восемь бочонков малых, воском крепким залитых. Снарядилась экспедиция в путь и без лишнего шуму отбыла, к морю, стало быть, к Черному. Здесь, на море, где именно, версия не уточняет, но надо полагать, недалеко от дельты днепровской, в районе Очакова предстояло казакам сторговаться с моряками, нанять корабль для путешествия, или в крайнем случае, учитывая серьезность целей, купить его вместе с командою. Уж не знаю, на каких условиях, но Якову Павловичу, по рассматриваемой версии, заполучить судно удалось. И, перегрузив бочонки на палубу, казаки поплыли еще южнее – через Босфор и Дарданеллы, из Эгейского моря в Ионическое, мимо Греции и Сицилии, мимо острова Ла-Валетта, по Тирренскому морю – в Марсель, шумный французский порт. Здесь Якову Полуботку надлежало нанять французские подводы, на них перегрузить бочонки и двигать уже на Север, к Гаврскому побережью, к проливу Ла-Манш, через всю страну от побережья Средиземноморского к Океанскому. Ему и это удалось.

Достигли славные ребята-казаки пресловутого Гавра, сторговались с плывущими к туманному Альбиону моряками и перегрузились на отчаливающий парусник. Скоро и беспрепятственно тайных посланников пана Черниговского полковника вместе с восемью бочонками малыми, залитыми воском, встретила столица могущественной Британской империи. Яков Павлович заглянул без промедления на Ломбард-стрит, где размещались конторы банков английских, выбрал наиболее подходящий банк Ост-Индской компании и с облегчением передал представителям сего банка все восемь бочонков, в которых, как, наверное, следящий за мыслью читатель догадался, воском было залито для вящего камуфляжу и таможенного обману – подлинное червоное казацкой войсковой казны золото. И сумма называется точная – было под воском 200 000 золотых».

То же сообщил в своей монографии К.А. Романенко.

Нам, уважаемые читатели, предстоит узнать о второй версии. Согласно этой версии все тот же Яков Полуботок и все с теми же бочонками, залитыми все тем же воском направляется уже не на юг, а в прямо противоположном направлении – на Север. Цель его – Архангельск, город удалых зверобоев, купцов и мореплавателей заморских. Города этого портового, проехав опять же беспрепятственно всю Россию, Яков достигает. За деньги немалые нанимает корабль и шкипера, который соглашается быть и переводчиком. И с тем шкипером, уже по Баренцеву и Норвежскому и Северному морям плывет Полуботок-младший в Лондон. Дальше все знакомо и легко – тем более переводчик под рукой. Однако, таким образом, шкипер оказывается посвященным в дело. И с ним надо поступать или как со своими собственными казаками, что грустно, или как с джентльменом, умеющим держать слово. Шкипер, – морской волк, оказывается человеком благородным и обещает тайну вклада навечно сохранить. Яков ему доверяет, и прощаются они вполне дружелюбно.

И тут нельзя не заметить знаменательного совпадения, – припоминаете? – все версии об отправке сокровищ в Англию датируются именно 1720-тым годом, то есть именно тем, когда Павел Леонтьевич в качестве наказного гетмана при живом еще ясновельможном гетмане Иване Скоропадском возглавлял украинское войско в строительстве Ладожского канала. Случайно ли такое совпадение? А не тут ли сокрыт ответ на главный наш вопрос, поставленный при рассмотрении всевозможных вариантов транспортировки столь секретного и ценного груза через всю страну и за море? Представьте себе, – санкционированное самим царем передвижение по стране казацких полков, военный многолюдный поход, – какое еще более надежное прикрытие для вывоза ценностей можно было придумать. Ни тебе подорожных, ни тебе проверок, ни подозрений: полная конспирация. В сопровождении двадцати тысяч воинов подвода с золотом абсолютно беспрепятственно и без малейшего риска могла быть проведена через всю Украину и Россию. А дальше Яков мог под видом фуражира или провиантмейстера продолжить путь до Архангельска. Учитывая характер Полуботка и сложившуюся очень сложную для него ситуацию, тут есть над чем нам, уважаемые читатели, задуматься.