Чтение онлайн

Сид велел водиле Гарри ехать на площадь Св. Георгия.

— К Барбаре, что ли? — спросил Лео.

Сид кивнул.

— Я могу подбросить вас двоих к подземке, а если хотите, можете подождать в машине. Как хотите.

— Нет, сегодня мы туда не едем, — негромко проговорил Винс.

— Почему это? — требовательно спросил Сид.

— Потому что у нас проблема.

— Какая еще проблема? Ты же знаешь, я веду бизнес и у нас не бывает проблем.

— Знаю, шеф. Но сейчас одна все-таки есть. Этот парень, Брайан Спинкс.

— А, этот! Дерьма кусок!

— Во-во.

— Винс, ты ведь знаешь, что такое симфония, правда?

— Симфония, Сид? Знаю, как не знать.

— Мы все действуем согласованно, каждый делает что должен и когда должен, и в результате получается такая вещь — музыка. А когда мы действуем несогласованно, получается раздрай и никакой музыки.

— Ты это здорово подметил, — сказал Винс и, зевнув, подумал, как все-таки Сид любит кругло выражаться и как давно он, Винс, мог бы стать богатым человеком, если б ему приплачивали за то, что он все это слушает, хоть по паре пенни за раз.

Помолчав, Сид хлопнул кулаком по ладони и сквозь зубы процедил:

— Я так и знал, что с этим Брайаном Спинксом лучше не связываться.

И я тебе это говорил, подумал Винс. Я тебе это говорил, но ведь ты никогда не слушаешь.

Какая уж тут, к чертям собачьим, симфония!

Винс работал на Сида уже пятнадцать лет — с тех самых пор, как отслужил в армии. Нельзя слишком долго засиживаться на одной работе, а тем более на такой. Он выдохся, и это было понятно. Романтики оказалось с гулькин нос. Работа у Сида стоила Винсу женитьбы, и он не хотел, чтобы она стоила чего-то еще.

Тогда он принял «деловое предложение» Сида и думал, что не пройдет и полугода, как он сумеет твердо встать на ноги. Но прошло уже немало лет, а он так ничего и не добился или, как сказала его невеста, ни к чему не прибился.

Рабочему пареньку с Друри-лейн такая работа когда-то казалась большой удачей, но к чему это его привело?

Сожительница Брайана Спинкса открыла дверь полуподвальной квартиры в Кентиш-Тауне, и тут ее толкнули в живот. Затем последовал удар в лицо, а самого Брайана схватили за загривок, выволокли по ступенькам на улицу и впихнули в забрызганный грязью фургон, который сразу же покатил вверх по Лейтон-роуд.

К тому времени как фургон добрался до Йорквей, Брайан был связан по рукам и ногам, бечевка больно впилась в запястья и лодыжки. Повязка на глазах тоже не прибавляла ему уверенности.

По правде говоря, Брайан хотел совсем иначе отметить свой тридцатый день рождения. Они с Джун собирались взять в прокате пару фильмов и ужин из китайского ресторанчика и просто спокойно посидеть вечерком. Такого они никак не предполагали.

— Что все это значит? — возопил Брайан, узнавший своих похитителей. — Что я такого сделал?

Фил-Костолом ткнул Брайана в шею сигаретой и процедил:

— Ты поломал Сиду музыку, вот что ты сделал. Ну и не рыпайся.

Вопль Брайана заглушила сирена проезжавшего мимо патрульного автомобиля, высланного расследовать попытку налета на индийскую лавчонку где-то на Каледониан-роуд.

«Мерседес» мчался на восток вдоль набережной.

— Всегда найдется какое-нибудь дерьмо, вроде Спинкса, которому больше всех надо. От этого уж никуда не денешься, верно? — заговорил Сид.

Лео промычал что-то в знак согласия.

— Дурья башка, — сказал Винс, по-прежнему думая о море и об Уэльсе.

Фургон въехал в ворота пункта по приему металлолома. На заборе красовалась горделивая надпись: «Торговля цветным металлом. ООО «Альбион» (1947)». Фургон встал на погрузочной площадке, и Фил с помощниками — водилой Кенни и Тощим — взвалили Спинкса на тележку и, подкатив к лифту, подняли на второй этаж.

— Я ничего не сделал, — успел крикнуть Брайан до того, как водила Кенни пнул его под ребра.

— Ты нарушил правила, приятель, — сказал Фил. — Ты нарушил правила.

«Мерс» въехал во двор ООО «Альбион». Первым из машины вышел Винс. Оглядевшись по сторонам, он дал знак Сиду и Лео. Вместе они пересекли погрузочную и зашли в лифт.

Сид отворил дверь того, что некогда было приемной председателя, и кивнул ожидавшей его троице.

— Славно, ребята, славно, — сказал Сид, подходя к Спинксу, раздетому донага и буквально распятому лицом к стене на двух устрашающего вида крюках.

Спинкс с трудом повернул голову и проговорил:

— Здрасьте, мистер Би. Тут вроде как ошибка вышла.

— Никакой ошибки. — Сид сердито сплюнул. — Ты не только занялся тем, на что я не давал тебе разрешения, но еще и вздумал доить два моих клуба.

— Я? Что вы, мистер Би, это не я!

— Ты, ты. Винс подсчитал, что мы из-за твоей неуемной жадности чуть не десять штук потеряли. Так что придется тебя, парень, выпороть. Понял меня? Сейчас Фил тебе пропишет.

В воздухе щелкнула плетка из бычьей кожи. Эхо прокатилось по комнате и по коридору, где внезапно к нему присоединилось гулкое громыханье, и через мгновение в комнату ворвался запыхавшийся водила Гарри.

— Что такое? — повернулся к нему раздраженный Сид.

Гарри перевел дух и выпалил:

— Телефон, босс… Очень срочно. Ваша супруга.

Сид глянул на Гарри, потом на Винса, и они вышли из комнаты. На спину Брайана со свистом опустилась плетка.

Мириам Блаттнер сидела на кожаном диване с телефонной трубкой в одной руке и сигаретой «Мальборо» в другой, ее ярко-красные накладные ногти блестели в свете бра. Ноги ее лежали на кофейном столике а-ля Людовик XV, а мыслями она была на пляже в Майами, куда собиралась отправиться на неделе вместе с сестрой. Сестра была замужем за вечным неудачником, подвизавшимся на задворках шмоточного бизнеса, — этот шлимазл недоделанный, как называл его Сид, будет мыться, а умыться забудет.

— Сид? Нет, у меня все в порядке… Звонили из полиции… Не знаю, вроде бы из Кента, из Маргейта… да… это насчет Лайонела… он умер. Я записала имя и телефон. Позвони им… это какой-то констебль… Нашли сегодня утром… Я что-то в этот момент делала и всего не упомню. Позвони им сам.

Сид закурил сигару и принялся мерить шагами двор. Винс сидел в машине и звонил в полицейский участок Маргейта.

Новость не укладывалась у Сида в голове. Лайонел мертв? Как это может быть? В последнее время он немного располнел, но здоровье у него всегда было отменным. Ведь он в жизни ничем не болел. Силен как бык. Даже еще сильнее. Может, это что-то другое? Может, автокатастрофа? Упал с лестницы? Отравился чем-нибудь в ресторане? Но чтобы от этого… умереть? Нет, Лайонел на такое не способен. Нет-нет. Не может быть, чтобы он умер. Это, наверное, какая-то ошибка.