Чтение онлайн

А когда выяснилось, что все это работает недостаточно быстро и нам с Джейкобом по-прежнему не дают покоя призраки событий прошлого года, Лори решила, что необходимо прибегнуть к более сильнодействующему средству.

— А почему бы нам куда-нибудь не съездить? — оживленным тоном предложила она однажды вечером за ужином. — Устроим себе небольшой семейный отпуск, как раньше.

Это была одна из тех лежащих на поверхности идей, которые тем не менее становятся откровением. Ну разумеется! Едва она произнесла это вслух, мы поняли, что непременно должны куда-нибудь поехать! И как мы раньше до этого не додумались?! Мы едва не подпрыгивали от возбуждения.

— Потрясающая идея! — воскликнул я. — Нам просто необходимо проветриться!

— Сменить обстановку!

Это Джейкоб.

Лори вскинула кулаки и потрясла ими в воздухе, в таком возбуждении она пребывала.

— Меня уже просто тошнит от всего этого. Ненавижу этот дом. Ненавижу этот город. Ненавижу это ощущение, как будто я в ловушке, которое не покидает меня весь день. Я готова уже уехать куда угодно.

Мне помнится, что мы все втроем немедленно бросились к компьютеру и в тот же вечер решили, куда поедем. Наш выбор пал на курорт под названием «Вейвз» на Ямайке. Никто из нас ничего о нем не слышал и ни разу в жизни не бывал на Ямайке. Это решение мы приняли исключительно под влиянием веб-сайта, который поразил нас в самое сердце беззастенчиво отфотошопленными фотографиями пальм, белоснежных песчаных пляжей и лазурного океана. Они были настолько идеальными и настолько откровенно неправдоподобными, что мы просто не смогли устоять. Это было бесстыдное завлекалово. На фото смеялась парочка: она, стройная и загорелая, в бикини и парео, и он, с тронутыми сединой висками, но при этом с атлетическими кубиками мышц на животе. Зачуханная мамаша семейства и менеджер средней руки, словно по мановению волшебной палочки преобразившиеся на курорте в юную нимфу и горячего мачо, какими всегда видели себя в своих мечтах. На снимках был гостиничный комплекс в сплошных ставнях и террасах, раскрашенный в яркие цвета и одним своим видом наводивший на мысли о сказочной карибской деревне. Из окон отеля открывался вид на каскад заполненных бирюзовой водой бассейнов с фонтанами и барами прямо на бортиках. На дне каждого бассейна мерцал логотип «Вейвз». Вода переливалась из одного бассейна в другой, пока этот водопад не достигал края невысокой скалы, откуда на лифте можно было спуститься на изогнутый в форме подковы пляж с чистейшим белоснежным песком, а за ним вдали голубая океанская гладь сливалась с безбрежной небесной синью, так что линия горизонта оказывалась размыта и возникала безупречная иллюзия того, что «Вейвз» находится где-то на другой, не круглой, в отличие от матушки-земли, планете. Это был тот сказочный мир, в который мы так жаждали сбежать. Нам не хотелось ничего, что было бы даже отдаленно реалистичным; нельзя поехать в Париж или Рим и ни о чем не думать, а сейчас мы стремились именно к этому. Тут же, в «Вейвз», казалось, ни одна мысль не способна выживать слишком долго. Ничто не должно было портить это райское блаженство.

Самое поразительное в этой эмоциональной манипуляции было то, что она действительно сработала. Мы в самом деле воплотили фантазию туриста о том, чтобы оставить все свои беды и невзгоды, равно как и прежних себя, позади. Мы и впрямь перенеслись в другой мир душой и телом. Не сразу, разумеется, мало-помалу. Но мы почувствовали облегчение в ту же самую минуту, как забронировали тур, целых две недели в этом тропическом раю. Еще легче мы ощутили себя, когда самолет оторвался от взлетной полосы в Бостоне, и совсем легко нам стало, когда мы вышли из самолета на нагретый солнцем бетон в маленьком аэропорту в Монтего-Бей и ощутили на своем лице теплый тропический бриз. Мы мгновенно почувствовали в себе перемену. Мы были странно, необъяснимо, исступленно счастливы. Изумленно переглядывались, точно спрашивая друг друга: неужели все это правда? Неужели мы в самом деле… счастливы? Вы скажете, что мы пребывали в плену иллюзий, ведь наши проблемы отнюдь не стали менее реальными. И это, разумеется, правда, ну и что с того? Мы заслужили отдых.

Джейкоб начал широко улыбаться еще в аэропорту. Лори сжимала мою руку.

— Это настоящий рай! — сияла она.

Мы вышли из терминала и направились к микроавтобусу, рядом с которым стоял водитель с табличкой с логотипом «Вейвз» и списком гостей. В шортах, футболке и резиновых шлепанцах, выглядел он не слишком презентабельно, но широко улыбался нам, щедро пересыпал свою речь восклицаниями «Все путем!» с неподражаемым ямайским выговором и вообще всячески демонстрировал радушие. «Все путем», — твердил он снова и снова, пока и мы тоже не поймали себя на том, что повторяем эти слова. Он, без сомнения, разыгрывал это расслабленно-туземное представление уже в тысячный раз. И бледнолицые отдыхающие, включая и нас тоже, с радостью на него клевали. Все путем!

Поездка на микроавтобусе заняла примерно часа два. Мы тряслись по ухабистой дороге, которая тянулась вдоль северного побережья острова, приблизительно повторяя его очертания. Справа радовали глаз буйной зеленью склоны гор, слева синело море. Бедность, повсеместно царившую на острове, трудно было не заметить. Мы проезжали мимо полуразвалившихся домишек и жалких лачуг, сколоченных из обломков древесины и гофрированных листов кровельной жести. По обочинам дороги бродили оборванные женщины и истощенные ребятишки. Туристы в микроавтобусе всю дорогу помалкивали. Бедность местных жителей была ужасающей, и приезжие не хотели закрывать на это глаза, но в то же время все приехали на отдых с целью хорошо провести время, и в том, что остров беден, не было их вины.

Джейкоб, который устроился на широком сиденье в задней части автобуса, обнаружил, что на соседнем месте сидит девочка примерно одних с ним лет. Она была симпатичная и умненькая на вид, и вскоре они уже осторожно болтали. Джейкоб отвечал коротко, как будто каждое его слово — динамитная шашка. По лицу его расплывалась улыбка. Перед ним была девушка, которая ничего не слышала об убийстве и даже, похоже, не подозревала о том, что имеет дело с ботаником, который шарахался от девчонок и не отваживался даже смотреть им в глаза. Впрочем, это совершенно не мешало ему беззастенчиво пялиться на грудь этой отдельно взятой девчонки. Все это было настолько восхитительно нормальным, что мы с Лори изо всех сил старались не смотреть в их сторону, чтобы, не дай бог, ничего не испортить.

— А я-то думал, что в этой поездке мне обломится секс раньше, чем ему, — прошептал я ей на ухо.

— Я бы пока не стала сбрасывать тебя со счетов, — отозвалась она.

Когда наш микроавтобус наконец добрался до «Вейвз», мы проехали через величественные ворота, мимо ухоженных клумб, на которых цвели красные гибискусы и желтые бальзамины, и остановились под навесом перед главным входом в отель. Улыбчивые носильщики мигом расхватали наш багаж. Они были одеты в униформу, в которой сочетались элементы британского военного обмундирования — пробковые шлемы, начищенные до ослепительной белизны, черные брюки с широкими красными лампасами по бокам, — и яркие цветастые рубахи. Это было чумовое сочетание, как нельзя лучше подходящее солдатам курортной армии, армии приятного времяпрепровождения.

Мы получили ключи от нашего номера у портье за стойкой в лобби и обменяли деньги на местную валюту, имевшую хождение исключительно на территории «Вейвз», маленькие серебряные монетки, именовавшиеся песчаными долларами. Солдат в пробковом шлеме подал нам по приветственному бокалу ромового пунша, про который я могу сказать вам лишь то, что в него входил гренадин (он был ярко-красного цвета) и ром, после чего я немедленно заказал второй точно такой же, сочтя это моим патриотическим долгом перед псевдогосударством «Вейвз». Я дал солдату на чай, не знаю уж, сколько именно, ведь о курсе песчаного доллара по отношению к американскому представление имел самое смутное. Похоже, чаевые оказались щедрыми — тот немедленно сунул монетку в карман и произнес: «Все путем», без всякой логики, но с крайне довольным видом. Начиная с этого места мои воспоминания о первом дне нашего пребывания становятся несколько расплывчатыми.

И о втором тоже.

Прошу прощения за дурашливый тон, но правда заключается в том, что мы чувствовали себя отчаянно счастливыми. И свободными. Теперь, когда напряжение наконец-то нас отпустило, мы вдруг как-то слегка поглупели. Понимаю, что речь идет о вещах довольно невеселых. Бен Рифкин все же погиб, пусть и не от руки Джейкоба. Да и самого Джейкоба спасло лишь крайне своевременно случившееся второе убийство, организованное, так сказать, богом из тюрьмы, — этот секрет знал я один. И разумеется, несмотря на то что обвинение с нашей семьи было снято, в глазах общественности мы все равно оставались виноватыми в чем-то нехорошем и потому не имели никакого права быть счастливыми. Мы крайне серьезно отнеслись к строгому наказу Джонатана никогда не смеяться и не улыбаться на публике, чтобы никто, упаси бог, не подумал, что мы недостаточно серьезно относимся к ситуации, и, упаси бог, не решил, что мы не раздавлены. Теперь же мы наконец выдохнули и, измотанные, чувствовали себя пьяными даже тогда, когда вовсе ничего не пили.

Первые несколько дней по утрам мы отправлялись на пляж, а послеполуденное время проводили у одного из многочисленных бассейнов. Каждый вечер в отеле устраивали какое-нибудь развлекательное мероприятие. Это могло быть музыкальное шоу, или караоке, или конкурс талантов для гостей. Каков бы ни был формат, ведущие считали своим непременным долгом заставить веселиться до упаду всех до единого, чтобы никто не остался неохваченным. Они нараспев взывали к нам со сцены со своим ямайским выговором:

— А теперь все дружно па-то-па-ем и па-хло-па-ем!

И все собравшиеся с максимальным воодушевлением топали, хлопали и свистели. А после непременно были танцы. Тут уж без ударной дозы пунша было совсем никак не обойтись.

Мы ели как на убой. Шведский стол тут был за завтраком, за обедом и за ужином, и вся семья отъедалась за месяцы недоедания. Мы с Лори спускали наши песчаные доллары на пиво и пинаколаду. Даже Джейкоб впервые в жизни попробовал пиво.

— Неплохо, — провозгласил он с видом знатока, но до конца так и не допил.