Чтение онлайн

Чтобы избежать связанных с этим неудобств, созданных обществом. культура предоставляет "болеутоляющие средства" такие, как развлече-ния, множество заменителей, как-то: эрзац-удовольствия и наркотики.

Выигрышем от двойного подавления (сексуальных и агрессивных влечений) является развитие культурного прогресса, а именно -- в ду-хе Маркса -"культурной надстройки", вроде науки и искусства. Еще одним достижением стал во многих отношениях сомнительный прогресс цивилизации. Сюда относятся все связанные с техническими достижени-ями улучшения материальных и социальных условий общества, вместе с учреждениями общественной безопасности и многочисленными успе-хами в области обслуживания, к которым можно причислить и образо-вание, и наличие свободного времени.

В споре между природой и культурой возникает дилемма, нереша-емая в контексте противоречий человеческой жизни. Если, с одной сто-роны, были бы удовлетворены все сексуальные и агрессивные потреб-ности, как того требует природа, то тогда мы жили бы, как животные, и отказались бы от всех плодов культуры, цивилизации и прогресса. Если же, с другой стороны, мы подчинимся всем требованиям культу-ры, будем строго придерживаться норм морали и этики и соблюдать все запреты судебных инстанций и государственного контроля, тогда, сле-дуя неизбежной логике, мы все заболеем, поскольку в этом случае при-родное естество в нас будет целиком и полностью подавлено.

Господствующие общественные отношения в связи с географичес-кими, историческими, производственными и политическими условиями принципиально изменчивы и в соответствии со степенью подавления инстинктивной природы могут расцениваться как более или менее сво-бодные и "великодушные" или более или менее подавляющие и запрети-тельные. Читатель вполне может и сам оценить современное общество, в котором он живет. Лично я придерживаюсь того мнения, что до сих пор управлять людьми в тех областях, где должно иметь место критическое сознание и личное решение, пытаются с помощью запретов. Но осуждать то или иное общество столь же малоэффективно, сколь и пытаться -как это делают, например, марксистские социологи -- приписать ответствен-ность за вызванные культурой "неудобства" исключительно капита-листической общественной структуре. Конструктивным в этом смысле надо полагать разграничение, введенное Гербертом Маркузе (1955), при котором различаются неизбежное подавление и совершенно не обя-зательное "сверх-подавление", о котором далее мы еще поговорим.

3. Психоаналитическое исследование предрассудков и проблемы меньшинств

Предрассудки -- это "предварительные" мнения или мнения, кото-рые мы, не проверяя, перенимаем у других. В случае соответствия дейст-вительности. подобные мнения избавляют нас от усилий оценивать все самим. Основное качество мнения заключается в том, что оно коллектив-но разделяется многими людьми, например, суждение о том, что хороша лишь собственная группа, а другая, напротив, плоха. Деструктивным примером расовых предрассудков может служить точка зрения, согласно которой хороша только арийская раса, а все прочие, напротив, плохи. Предрассудки с легкостью могут приводит к "дурной бесконечности", по-этому имеет смысл коснуться вкратце природы их возникновения.

Для объяснения предрассудков много сделал критический подход, разработанный в исследованиях Хоркгеймера в 1963 г. Предрассудки не возникают без механизма проектирования, без упомянутых нами в гла-ве VI. 2.1. проекций в отношении кого-либо как одной из возможностей (защитные механизмы) обойти свои трудности, приписав их другому че-ловеку или группе. То же самое происходит с качествами, которые мы не оцениваем в себе самом и поэтому проектируем на других. Далее эти "плохие" качества переживаются нами, как присущие другим людям, и увязываются с чувством освобождения: " Мы же не такие". Под словам "мы" понимается и выражается то. что этим бессознательным механиз-мом пользуются целые коллективы. Как и члены терапевтической груп-пы, они объединяются, не зная об этом сознательно, объединяются на основании того, что "мы -- хорошие, а другие -- плохие". Такое опас-ное деление на две части может зайти столь далеко, что участники подобного объединения не будут обращать никакого внимания на реаль-но существующие различия и выстраивать свой шизофренический мир.

Некоторые читатели вспомнят, вероятно, о расовом заблуждении национал-социализма, подобном коллективной психопатологии целого народа, который по собственной воле объявил себя выше других народов и собственные сложности, неприятные представления и чувства кол-лективно спроецировал на национальные меньшинства. Согласно Рудольфу М. Левенштейну, на примере антисемитизма можно разли-чить разнообразные корни этого ужасающего предрассудка:

1. Религиозные корни, которые исходят из исторического развития отношений между христианами и евреями, а также из амбивалентности христиан в их отношении к богу.

2. Ксенофобические корни, следуя которым все чуждое рождает страх и неприязнь.

3. Экономические корни , заключающиеся в ощущении зависти неимущих по отношению к имущим и

4. Политические корни, посредством которых предрассудками людей манипулируют уже независимо от них, для достижения целей политических. И тут снова на ум приходит трагический пример нацио-нал-социализма.

Если вспомнить материал по теории личности (гл. V). то в каждом из нас присутствует более или менее латентная агрессивность, которая всегда доставляет нам много хлопот, и поэтому с легкостью проециру-ется на других. Сегодня эти "другие" -- иностранцы вообще, или опре-деленные иностранцы, или опять-таки евреи, которым, поскольку они являются меньшинствами, приписываются собственные дурные, злые или просто нежелательные свойства.

Пока люди так переменчивы в самих себе, находясь под постоянным давлением напирающих инстинктивных влечений, с одной стороны, и обременительных требований этических норм, с другой, необходимость отдельного или коллективного использования защитных процессов будет сохраняться всегда.

В этом отношении осуществляться могут только следующие ме-роприятия:

– - постоянно ставить под вопрос собственное, пусть и мучительно приобретенное равновесие, "перепроверка себя";

– - проверять "на реальность" собственные представления об опре-деленных меньшинствах;

– - рассматривать собственные идеалы сквозь ответ на вопрос, не существуют ли они ценой других;

– - при экстремальной недооценке других, чувстве ненависти и осуждении думать об искаженных проекциями предрассудках и заме-нять предрассудки личными критическими мнениями.

4. Вклад А. и М. Мичерлих в решение актуальных процессов в ФРГ

Если мы зададимся вопросом, почему в истории немецкого народа между 1933 и 1945 гг. имела место столь жестокая реальность, почему были убиты миллионы людей, а еще больше. человек пострадало, ощутило себя чужаками среди своего народа, тогда нам следует обратиться к работам Александра и Маргареты Мичерлих, которые позволяет дать ответ на некоторые вопросы. Это ответы, которыми, разумеется, не исчерпываются все исследования предрассудков.

Как мог такой вождь вызвать подобное восхищение, если при разум-ном подходе его устные и письменные заявления явственно показывали, что им преследуются цели, не выдерживающие сколько-нибудь серьез-ной критики? Не должны ли были как раз здесь вступить в действие все те критические функции, которые были перечислены в предыдущем параграфе? Мы должны подозревать, что господствовавшее повсемест-но восхищение, охватившее даже интеллектуалов, действовало как при-родное бедствие, как наводнение, срывающее любые плотины. В пода-вляющем большинстве критические функции были отключены. Отвеча-ющая реальности оценка отношений не была уже более возможна. Если же мы вспомним то, что установил Фрейд в своей работе " Неудовлетво-ренность культурой", а именно значительные, остающиеся неудовлет-воренными, сексуальные и агрессивные желания, тогда в духе психо-аналитического учения о защите мы можем прийти к выводу, что пода-вленные во множестве сексуальные потребности, обратились к вождю в форме восторженной влюбленности, в то время как подавленные агрессивные импульсы проецировались на этнические меньшинства, например, на евреев.

Не стоит удивляться, что при подобной предыстории после войны люди коллективно отрекались от дел и чудовищных злодеяний того времени, даже при условии личного неучастия в них. Они точно так же, как и иные неприятные составляющие, вытравились из сознания путем защитного механизма "отрицания". Признание реально про-изошедших преступлений было бы невыносимо, поскольку это озна-чало бы признание собственной вины. Это значило бы также испытать стыд по отношению к народам, у которых в истории не было подобных эксцессов. Результатом защиты было, с одной стороны, бегство в активную деятельность по восстановлению разрушенного, с другой -- депрессия и фатализм.