Чтение онлайн

Беверли мельком взглянула в зеркало заднего вида:

– Что нужно этому придурку? Я же еду на максимально разрешенной скорости.

Зал обернулся, чтобы посмотреть через заднее стекло, и увидел старый широкополый желтый «Понтиак». Водитель продолжал сигналить, но внезапно свернул на соседнюю полосу и, замедлившись, поравнялся с их машиной. У Зала перехватило дыхание.

Мужчина и женщина в «Понтиаке» были его родителями.

На них была та же одежда, в которой их похоронили десять лет назад, но выглядела она так, словно только что вышла из модного ателье. Отец сидел за рулем, неподвижный и собранный, как всегда, держал руки на руле в положении «десять и два», глядя строго вперед. А мать, напротив, смотрела на Зала через пассажирское окно, ее лицо расплылось в безумной улыбке. Она смеялась, а ветер, врывающийся в открытое окно, развевал ее волосы, придавая ей вид невесты Франкенштейна.

«Что, черт возьми, здесь происходит?» – пронеслось в голове у Зала. Автоинспекция была не просто всепроникающим правительственным агентством, державшим под контролем каждого водителя и каждую семью. Она могла воскрешать чертовых мертвецов.

Зала накрыло чувство беспомощности. Как они вообще собирались противостоять чему-то настолько могущественному? И все же у них были разрешения, чтобы попасть в тренировочный лагерь. А у него и Бернарда – доступ к системе департамента. Они не могли превзойти их в силе, но могли ударить их же оружием. Возможно, именно поэтому их преследовали.

«Понтиак» резко рванул вперед, перестроился на их полосу и тут же затормозил.

Если бы за рулем был Зал, аварии было бы не избежать. Но Беверли либо обладала молниеносной реакцией, либо ожидала чего-то подобного: она плавно ушла на соседнюю полосу, затем еще одну, а затем на выделенную для пассажирского транспорта. Понтиак рванул за ними, разгоняясь, явно намереваясь пойти на таран. Но в последний момент между ними, пронесшись по той же полосе, вклинился наглый водитель на «БМВ». Удар был оглушающим – «Понтиак» врезался в него. Беверли выжала газ, оставив разбитые машины позади.

– Что это было? – спросила она.

– Мои родители, – ответил Зал.

И никто не задал уточняющих вопросов.

Теперь каждая машина, мимо которой они проезжали или которая обгоняла их, казалась потенциальной угрозой. Стоило им покинуть столичный регион, как из ниоткуда появился полугрузовик, ринувшийся на них. Беверли пришлось выжать из машины максимум, и только крутой подъем дал им шанс вырваться вперед. Позже, на другом шоссе, мотоциклист, лавируя зигзагами, едва не заставил их остановиться прямо на дороге.

Лагерь находился в нескольких часах езды от любого города. Следуя карте, они свернули с шоссе на необозначенный съезд и продолжили путь в какой-то глуши по цепи все более узких дорог, петлявших между холмами и разветвлявшихся среди густого леса.

– По крайней мере, здесь еще есть сотовая связь, – сказала Вайолет, мельком взглянув на экран телефона.

– Интересно, как далеко… – пробормотала Розита, изучая карту на обратной стороне своего разрешения.

Ответ нашелся сам собой: за очередным поворотом перед ними внезапно выросли массивные ворота. Не совсем Парк Юрского периода, но веяло той же пугающей значимостью – будто ворота возвели не только для того, чтобы кого-то впускать, но и чтобы не выпускать обратно. По обе стороны от входа бетонная стена терялась в зарослях, уходя в глубину леса. Впереди, чуть в стороне от ворот, виднелась небольшая сторожка. Когда они приблизились, Зал заметил на ее двери официальный герб Департамента автотранспорта. На дорогу вышел человек в форме. Пистолет в кобуре выглядел скорее предупреждением, чем формальностью.

Беверли плавно притормозила и опустила стекло.

– Простите… – начал охранник. – Это частная территория.

– У нас есть разрешения, – твердо сказала Беверли, протягивая ему документ. – Пропустите нас.

Он взял бумагу, пробежался по ней глазами и вернул обратно, его лицо оставалось странно непроницаемым. Зал задумался: неужели они первые, кто воспользовался таким пропуском?

Мужчина скользнул взглядом по машине, задержался на каждом из пассажиров:

– У всех есть разрешения?

Они кивнули.

– Посторонние машины за ворота не пропускаем, – сухо сказал охранник.

Он указал на три свободных места у бетонной стены.

– Припаркуйтесь там, выходите и предъявите документы.

Беверли направила машину на указанное место. Они вышли и подошли к караульному помещению. Они поочередно передали охраннику свои бумаги. Тот внимательно изучил каждую, затем молча проставил печати и вернул документы владельцам. Затем нажал кнопку, и массивные ворота начали медленно раздвигаться.

– Проходите.

Тодд проснулся с отчаянной потребностью помочиться, но использовать подгузник, который ему надели перед сном, он и не думал. Он терпел, сжимая мышцы до дрожи, и ждал, пока его наконец освободят. Прошло немало времени, прежде чем появился самодовольный молодой человек с резкими чертами лица и светлыми волосами. Он лениво расстегнул замок на браслете, приковывавшим Тодда к кровати.

– Доброе утро, Три-Четыре-Один-Пять-Семь-Девять.

Тодд промолчал. Как только он оказался на свободе, тут же бросился в ванную, едва опередив другого пленника, который, похоже, имел ту же цель. Приведя себя в порядок, Тодд посмотрел в зеркало над раковиной.

Вчера вечером после ужина его увели от остальных в офис, где два невыразительных бюрократа из ДТС попросили вычитать какой-то текст. Он снова наотрез отказался, но сам факт этой просьбы дал ему понять: они знают, кто он такой, и пытаются задобрить его, задевая самолюбие. Это заставило Тодда задуматься, не предпринимаются ли снаружи попытки найти его. Он не был таким уж знаменитым, но был достаточно известным, чтобы его исчезновение не осталось незамеченным. Наверное, Розита уже подняла шум. Тодд усмехнулся про себя: если Кайла узнала, что с ним случилось, она наверняка использует это в своих целях. Может, ему даже не нужно бежать. Может, все, что остается, – ждать. Но рассчитывать на это было слишком рискованно.

Надев комбинезон, он вышел через двойные двери в столовую общежития. Дэнни уже был там. Мальчик выглядел ужасно. Он молча пристроился рядом с Тоддом в очереди.

– Три дня, – произнес он тихо. – Уже три дня никаких новостей.

– Может, это даже к лучшему, – осторожно ответил Тодд.

– А может, ее принесли в жертву. Чтобы преподать какой-то другой группе… урок.

– Хочешь, я узнаю?

– Нет! – Дэнни испуганно огляделся по сторонам. – Может, они только этого и ждут. Если я не буду задавать вопросов, может, они просто оставят ее в покое, где бы она ни была.

Тодд кивнул, не сказав ни слова. В глубине души он сомневался. Скорее всего, ноги сестры Дэнни все еще заживают или их состояние ухудшилось. Возможно, она была в больнице. Или в лазарете. Или где-то еще, куда здесь отправляют пострадавших.

Или же она умерла.

Тодд понимал, что и это нельзя исключать. Но он ничего не сказал Дэнни. Они просто молча присоединились к троим другим, которые сидели за дальним столом. Это были люди, которых объединяло общее желание сбежать. Один из них, старик по имени Пурвис, уверял, что провел здесь в плену уже много лет. От одного этого заявления Тодд содрогнулся. Как такое возможно?