Чтение онлайн

Миссис Метьярд взвыла от негодования.

И со звоном захлопнула дверь.

А я теперь точно знала, что должна делать.

Миссис Метьярд забыла запереть наш подвал, и я смогла легко добраться до входной двери в магазин.

Смогу ли я вскрыть замок? Мне удалось открыть дверь в подвал при помощи иголки, но и замок там был довольно маленький и хлипкий. Здесь понадобится что-то посерьезнее: пинцет или перочинный ножичек. А может, что-то из моих инструментов для корсетов?

Если я только смогу вырваться на свободу, то сразу побегу к полицейским и все им расскажу. Приведу их к угольной яме, к телу Мим. Тогда она хотя бы будет похоронена по-человечески. И они посадят миссис Метьярд за решетку в два счета. Она не успеет причинить вреда моей маме.

Но хватит ли мне смелости?

Дрожа всем телом, я заставила себя встать и одеться. Мой первый корсет, мое драгоценное детище… Он, конечно, слишком маленький для девушки пятнадцати лет, но я не могу его тут оставить. Я завернула в него корку хлеба и то, что осталось от рыбки Мим, а затем спрятала все это в небольшой мешочек.

Безумие! Наверняка было безумием идти на такой риск! Но все же я делала это, словно кто-то руководил мною. Не прекращая дрожать от страха, я направилась за инструментами в свой закуток. На некоторых лезвиях все еще виднелись следы крови Мим. И эта кровь поможет мне! Если у меня получится, мы сбежим обе!

Взяв инструменты, я вернулась в торговый зал. Сердце мое готово было выпрыгнуть из груди, голова раскалывалась, в ушах стоял какой-то звон.

Но тут я кое-что заметила!

Кейт взяла из коробки тот корсет, что я приготовила ей в подарок!

По моему лицу пробежала тень злорадной улыбки.

Мне ни разу не доводилось входить в этот дом через парадную дверь торгового зала, но сейчас я намерена покинуть его именно так. Я выбрала длинный нож с тонким лезвием. Вставила его кончик в замок. Механизм оказался сложным, ведь этот замок должен был защищать торговый зал от воров. Не то что ржавый старый хлипкий замочек на двери в наш подвал. Я начала вертеть ножом в разные стороны. Послышался скрежет металла, но я никак не могла понять, получается у меня что-то или нет.

Ладони вспотели, и рукоятка ножа легко проворачивалась в них. Внезапно нож выскользнул из рук и полетел на пол, чуть не угодив мне в ногу. Сверкнув лезвием, он вонзился, дрожа, прямо в ковер.

Я взяла другой инструмент, напоминающий небольшое шило (им я обычно пробивала петли в корсетах), и снова стала ковырять им замок. Пот лил с меня градом. Но обратного хода уже не было. Когда миссис Метьярд вернется домой, она обязательно заметит царапины на замке и сразу поймет, что я пыталась сделать, даже если я вернусь в подвал прямо сейчас.

Крак!

Дверь внезапно поддалась и приотворилась. Холодный воздух ворвался в торговый зал. Пустая улица, по которой ветер гнал пыль, словно ждала меня. И она показалась мне такой огромной…

Я стояла на пороге магазина и часто дышала. Да, здесь было ужасно, но бежать отсюда в полную неизвестность тоже страшно.

Но я должна! Там же мама!

Дверной колокольчик весело зазвонил, празднуя мою свободу, когда я переступила через порог. Шел мелкий дождь, пронизывая воздух еле заметными диагональными нитями. Повозки громыхали по мостовой мимо редких прохожих. Слава богу, из-за угла не появился молочник мистер Браун и не поймал меня.

Я медленно побрела по улице, дрожа от холода и страха. Куда же мне идти? Я с трудом сдерживала шаг, стараясь не привлекать к себе внимания, словно я обычная девушка, бредущая куда-то по своим делам. Но при этом вздрагивала от любого громкого звука.

Я миновала нашу церковь и оказалась там, где никогда раньше не была. Все дальше я уходила от реки, от моего старого дома на Форд-стрит и от школы. Я прожила в Оакгейте всю жизнь, но не знала, где находится полицейский участок, так что мне придется просто брести по улицам и искать его, пока не сотру ноги в кровь.

Наверное, я прошла около мили, когда тротуар внезапно закончился на одном из перекрестков. Дворники давно не убирали улицу. Чтобы перейти на другую сторону, мне придется наступить в грязную лужу. А что делать?

Я сошла с тротуара. Ноги тут же оказались по щиколотку в жидкой грязи. Я не знала, куда мне дальше идти. Было так холодно, что пальцы начали неметь. Но все равно это было прекрасно: я была свободна! И шла, куда вели меня ноги, и благословенный дождь орошал мое грязное, но улыбающееся лицо. Даже цоканье лошадиных копыт показалось мне сладчайшей музыкой.

Но внезапно до моих ушей долетел какой-то непонятный шум.

И он становился все громче…

Прямо за моей спиной раздалось ржание лошади.

Обернувшись, я увидела несущийся на меня двухколесный экипаж. Лошади были все в пене, а из-под их копыт разлетались комья грязи. В последний момент я отпрыгнула в сторону, благодаря Бога, что не попала под колеса повозки.

Я все еще возносила эту молитву, когда услышала свист кнута и лицо обожгла боль. Я споткнулась, упала и уронила корсет.

Звуки до меня с трудом долетали, но я все же догадалась, что экипаж резко затормозил. Лошади остановились, открылась дверь, и я услышала знакомый голос:

– Вот она! Вот эта мерзкая тварь!

Цепкие пальцы с шершавой кожей схватили меня и поставили на ноги. Сквозь заливавшую глаза кровь я опять увидела ее лицо.

– Мы успели вовремя, – торжествовала миссис Метьярд. – Эта неблагодарная скотина собиралась сбежать!

Надо рассуждать трезво, без капризов и суеверий! Я уже давно дома. Сижу за своим столом, снова разбираю бумаги, а Уилки привычно скачет в клетке. Но все равно мне до сих по как-то не по себе.

Я пытаюсь написать ответ сэру Томасу. Получаются в основном кляксы. Уже который раз откладываю очередной лист и начинаю заново. Ох, как же это тяжело – писать отказ сэру Томасу. Ведь если бы я не была влюблена в Дэвида, то с радостью приняла бы его предложение. И мама – если б была жива – очень была бы рада видеть меня женой брата своей лучшей подруги.