Чтение онлайн

– Я ничего не делала, – сказала я, опуская руку, и фотографии вернулись на свои места, заслонив ту, которую я так пристально рассматривала.

– У меня есть кое-какие дела, – сказала Эллен и бросила на меня суровый взгляд, давая понять, что мое любопытство не осталось незамеченным. – Я налью вам еще по стакану лимонада, а потом вы уйдете.

Эллен подошла к кухонному столу и, встав к нам спиной, добавляла лед в кувшин. Я поймала себя на мысли, что думаю, о каких именно делах шла речь и с кем она разговаривала у двери, но заставила себя сосредоточиться на причине, по которой пришла сюда.

Мне нужно было только имя.

– Еще один стакан лимонада, – возразила я, пока она наливала. – И фамилию семьи, которая усыновила ребенка Аны.

Эллен села и сделала большой глоток из своего бокала.

– Девочка.

Сначала я подумала, что она обращается ко мне. Ну, или к Сэди-Грэйс. Однако следующие ее слова все прояснили.

– Это была девочка, – произнесла Эллен. – Она родилась на рассвете. Если бы это я давала ей имя, то назвала бы ее Дон [45] .

«Ближе к делу», – подумала я. Но почему-то в моей голове слова звучали как-то невнятно. Буквы растягивались. Внезапно я почувствовала, что у меня двоится в глазах. Я попыталась позвать Сэди-Грэйс. Возможно, у меня получилось, я не была уверена.

Зато я была уверена в другом – Сэди-Грэйс, сидевшая напротив, рухнула со стула.

Я попыталась встать, ухватившись за стол, но только опрокинула лимонад.

Лимонад.

Я вспомнила, как Эллен стояла к нам спиной. Как добавляла в напитки что-то, что я приняла за лед.

– Что…

Я не могла устоять на ногах. Я чуть не упала. Перед глазами все расплывалось, с краев подбиралась темнота.

– Почему ты…

– Потому что, – раздался голос из коридора, – я попросила ее об этом.

По линолеуму зацокали каблуки, их обладательница направилась ко мне.

Я упала. Эллен подхватила меня под мышки. Я даже не почувствовала, как она опустила меня на пол.

Я едва могла разглядеть человека, стоявшего надо мной. Моргнула, пытаясь сфокусировать взгляд хотя бы на мгновение.

– Ты сама во всем виновата, юная леди, – сказала мне тетя Оливия. Затем она повернулась к Эллен. – Спасибо за помощь, мама.

Шарлотта, Лив, Джулия и парни

Лето перед выпускным классом

Двадцать пять лет назад

Лив отвезла Трину туда, откуда та приехала, и, вернувшись, поприветствовала Шарлотту улыбкой и приказом:

– Помоги мне разгрузить машину, Шар!

Вскоре стало ясно, что Шарлотта должна была помочь выгрузить туристическое снаряжение стоимостью как минимум несколько тысяч долларов.

– Я пытался отговорить ее, – сказал Джей Ди, вытаскивая из машины палатки и спальные мешки. Он поехал вместе с Лив отвозить Трину.

Шарлотта спросила себя, с чем бы еще Лив могла вернуться, если бы отправилась одна.

– Ты был за рулем? – тихо спросила Шарлотта, помогая разгружать вещи.

– Конечно, – ответил Джей Ди. – Еще не хватало, чтобы ее арестовали за вождение в нетрезвом виде. Лив сейчас сама не своя, Шарлотта.

Шарлотта хотела согласиться, но вспомнила, как Лив бросилась с обрыва, как она демонстрировала свою власть над Триной, а потом передумала и решила, что они могли бы стать подругами.

Это была классическая Лив Тафт.

Джей Ди был слишком очарован ею, чтобы заметить это.

Шарлотта проснулась посреди ночи и обнаружила, что Стерлинг исчез. Он был рядом с ней, когда они засыпали.

Он поцеловал ее.

Сердце Шарлотты забилось быстрее уже только от одной мысли об этом. Она села и поняла, что пропал не только Стерлинг. Джулия спала поверх своего спального мешка. Томас дрых рядом с ней.

Но вот Джея Ди, Стерлинга и Лив нигде не было видно.

Шарлотта встала. Было темно, но луна ярко светила над головой. Она услышала шум.

Где-то в районе утесов.

Пожалев, что у нее нет с собой фонарика, Шарлотта пошла на шум. Раздалось хихиканье и еще один, безошибочно узнаваемый звук.

Щеки Шарлотты вспыхнули, и она быстро развернулась на каблуках. То, чем занимались там Джей Ди и Лив, ее не касалось.

Но возвращаясь к своему спальному мешку, она налетела прямиком на Джея Ди.

Я очнулась в темноте. Сначала я подумала, что у меня что-то со зрением, но, когда глаза привыкли, поняла, что на дворе глубокая ночь. Мне потребовалась секунда, чтобы сфокусировать зрение, и еще больше времени, чтобы мой мозг смог это переварить. Тусклый лунный свет над головой позволил мне с трудом разглядеть и в конце концов осознать, где я нахожусь.

Яма.

Я чувствовала запах земли вокруг себя, но не чувствовала ее на своей коже. Я лежала на спине, глядя в небо. Я ничего не чувствовала, кроме своего лица. Я не могла пошевелиться.

– Сойер, ты здесь?

Поворачивать голову было то же самое, как плыть по цементу. Мне удалось слегка наклонить ее, этого не хватило даже на то, чтобы коснуться щекой земли подо мной.

– Здесь.

– Я не чувствую своих ног, – затараторила Сэди-Грэйс высоким голосом. – И рук. И локтей. И лица. И…

Сэди-Грэйс была самым неподходящим человеком, с которым можно было бы проснуться в полубессознательном состоянии. Она на пятьдесят процентов состояла из неконтролируемой болтовни и на пятьдесят – из совершенно неуместного оптимизма.

Когда тетя Оливия пришла нас проведать, я не сомневалась, что она начнет болтать без остановки и выдаст нас. Но Сэди-Грэйс вела себя тихо. Я слышала шаги тети Оливии, а затем звук удара лопаты о землю.

Я ждала, что она бросит землю в яму. Что моя правильная, чопорная, педантичная тетя правильно, чопорно и педантично похоронит нас заживо.

Но этого не случилось.

Через минуту или две она бросила лопату и ушла. Я же вернулась к своим попыткам справиться с ситуацией – и с Сэди-Грэйс. Все это время я не переставала думать о том, что тетя Оливия назвала Эллен «мамой».