Чтение онлайн

— Мы разговорились, она нашла в моем плей-листе свои любимые музыкальные группы, и мы договорились сходить на концерт «Биффи Клайро». А перед этим встретились у нее дома. Да, виновна. — Арецу сделала рукой жест, словно клялась на воображаемой Библии. — О’кей, признаю, что скрыла это от тебя, но из добрых побуждений. Когда сегодня вечером я увидела твою фотографию на странице Ночи вне закона, вспомнила снимок, который мне как-то раз показала Джул, когда по радио играли Fast Forward. Она сказала, что когда-то это была твоя группа, и мне стало любопытно, как ты выглядишь. А когда сегодня я поняла, что Оц выбрал именно тебя, была уверена, что тем самым он номинировал самого себя. В смысле, ты, отец моей подруги, это не может быть случайностью. Ты и есть режиссер. Ты хочешь собственными глазами увидеть мои мучения.

— Вряд ли, — подумал Бен и произнес это вслух.

— А я думаю, так и есть. Моя теория заключалась в том, что ты чувствуешь себя преследуемым, потому что я попросила Джул помочь мне в поисках Оца.

— Я? Преследуемым? Да у тебя не все дома.

Он посмотрел на Баху, который бережно гладил медленно приходящую в себя чешку.

Арецу настаивала на своем.

— Как ты знаешь, я поддерживала с Оцем контакт только по телефону. Он звонил мне сам, всегда со скрытого номера.

— И что?

— Однажды Джул объяснила мне, что у нее на работе есть возможность определять такие номера. Немногие знают это, но полиция, телефонные компании и кол-центры видят, кто им звонит, даже если ты включаешь антиопределитель номера. Поэтому я дала Джул свой сотовый, чтобы выяснить это.

— У нее получилось?

Бен почувствовал покалывание в пальцах, как после слишком длинной барабанной дроби.

— И да и нет.

— Что это значит?

Арецу вздохнула.

— Она выяснила один номер, да, и, возможно, это номер Оца. Но на него невозможно дозвониться. Он отключен, вне зоны действия сети или постоянно занят. — Арецу подула через оттопыренную нижнюю губу себе прямо в нос. Привычка, которая говорила о том, что она совсем недавно остригла волосы и раньше сдувала так челку со лба. — Я так часто пыталась дозвониться, что знаю его наизусть.

Бен взял свой телефон, открыл список контактов и сохранил номер, который ему продиктовала Арецу. Потом он его проверит. При условии, что для него вообще наступит «потом», чтобы сделать звонок.

— Когда это было? — спросил он.

— Что ты имеешь в виду?

— Когда именно Джул дала тебе этот номер?

— Десять дней назад. Незадолго до…

Арецу в ужасе зажала рот рукой. Иногда мы не замечаем самых очевидных взаимосвязей и обстоятельств.

Джул хотела помочь своей подруге найти мистического хакера. Вскоре после того, как его номер телефона был раскрыт, она падает с крыши.

— Почему Оц так с ней поступил? — тихо спросила она.

— По той же причине, почему номинировал нас. Мы слишком приблизились к нему.

Бен устало потер глаза, и ему послышался звук входящей эсэмэски, но дисплей его телефона был темный.

«О господи, неужели это связано?»

Оц опасался, что его разоблачат и тем самым сорвут Ночь вне закона. Поэтому он пытался убить Джул, пока она не разыскала его в Сети. Арецу он номинировал, чтобы ее нейтрализовала толпа. А Бен попал в список жертв потому, что не желал смириться с мнимой попыткой самоубийства дочери, а начал задавать вопросы, ответы на которые рано или поздно привели бы к Оцу.

— Возможно, — сказал Бен.

Пастор поднялся и подошел к столу, за которым они сидели.

— О’кей, о’кей. Признаюсь, что не понял и половины из того, что вы оба только что говорили. — Баха прочистил горло. — Но мое знание человеческой природы подсказывает мне, что вы не злые люди, а беглецы, которые от безысходности приняли неправильные решения, как и я сам когда-то. Поэтому я не буду вас сейчас удерживать. Но прошу немедленно принять еще одно решение, здесь и сейчас.

— Какое?

Он показал им свой сотовый.

— Моя подруга, врач, здесь. Она только что прислала эсэмэску, что стоит у ворот. За углом творится настоящий ад. Вас разыскивают. Когда моя подруга увидит девочку и вас обоих, она позвонит в полицию.

— О’кей, понимаю. — Бен кивнул. — А запасной выход есть?

Арецу едва заметно покачала головой, глядя на столешницу, но Бен знал, что она думала: «Еще раз туда я не пойду».

— Да, у нас есть запасной выход, — ответил пастор.

Телефон Бена зазвонил. Скрытый номер.

Его руки задрожали, как часто бывало, когда он знал, что потерял контроль.

— Куда вы пойдете? — еще раз спросил Баха.

— Вероятно, это я сейчас и узнаю, — сказал Бен и ответил на звонок.

— Ну, отдохнули?

В трубке раздался холодный гнусавый голос, и в отголосках своих воспоминаний Бен услышал хруст сломанных костей. Увидел, как с лакированных туфель капает темная кровь.

— Боюсь, ваше короткое пребывание в церковном убежище подошло к концу.

Бен задался вопросом, почему он не понял раньше, с кем имеет дело. С парнем в костюме. Нагеленным мачо, который носил свой однобортный пиджак как доспехи в уличных боях.

— Что с моей дочерью? — спросил Бен. Он вышел из сакристии и подал знак Арецу следовать за ним. Баха однозначно дал им понять, что они не могут здесь оставаться.

— Все хорошо, — ответил парень, голос которого приобрел теперь и лицо. Хотя его вечерние туфли произвели на Бена более сильное впечатление. — Пока, — уточнил шантажист, которого Бен про себя называл «лобстером», из-за омара, выгравированного на запонках. — Пока у нее все хорошо, потому что я еще разговариваю с вами, хотя вы сделали все, чтобы я оборвал общение, Беньямин.

— Вы заманили меня в ловушку.

Слева от Бена находился вход в церковный зал. Проход справа вел к винтовой лестнице.

— Ловушка? Это скорее было одолжением, — рассмеялся парень. — Я знаю много мужчин, которые мечтали бы попасть к Леди Нане.

— Да. Вы знаете много извращенцев, в этом я уверен.

— Боюсь, быдло считает извращенцем вас, — засмеялся шантажист.

«А травлю — оправданной».

— Вы психически больной!

Это было целью психопата, и он ее достиг. Рядом с винтовой лестницей Бен заметил маленькую деревянную дверь с темной табличкой «Выход» над ней. Он обернулся, но Арецу сзади не было. Связь с шантажистом тоже прервалась. Во всяком случае, Бен ничего больше не слышал.

— Алло?

Он убрал телефон от уха и взглянул на дисплей. Интернета по-прежнему не было, но сигнал сотовой связи был хороший. Значит, разговор все-таки не оборвался.

— Алло? — снова сказал Бен, потом его бросило в холод.

— Хотите, чтобы вашу дочь рвало кровью?

— Что?

— Хотите услышать ее предсмертные крики боли, потому что даже морфий ей не поможет?

— Я…

— Хотите, чтобы у нее кишки полезли наружу? Хотите, чтобы я положил трубку, и все это произошло? Вы этого хотите?