Чтение онлайн

Бабушка Джованни живет у Джованни, а он живет в огромном доме. В воскресенье, после того как мы попали в школу для нормальных детей, Джованни пригласил нас всех к себе, типа поиграть, а на самом деле чтобы расспросить бабушку.

Ходить к Джованни в гости было просто классно. Во-первых, ходить в гости к однокласснику всегда классно. Но главное, потому что мы выяснили, что дома у Джованни есть не только официант, но на кухне еще и повар из ресторана. Повар испек громадный шоколадный торт, и мы все на него накинулись. Поскольку нами занимался официант, родители Джованни не стали нами заниматься, и мы могли делать что угодно, например, объедаться огромными кусками торта.

После этого мы отправились к бабушке. В доме у Джованни целая куча гостиных. В одной из них сидела бабушка, она смотрела телевизор, жевала маленькое сухое печенье и курила сигарету, вставленную в пиратскую подзорную трубу, которая называется мундштук.

Мы закашлялись из-за дыма в комнате, но это было неважно, потому что мы были очень рады поговорить с бабушкой Джованни. Только Арти стал жаловаться на дым, потому что вечно боится заболеть. Он предупредил, что мы все можем задохнуться, и натянул себе на нос свитер. Мы уселись на ковре вокруг бабушки, а она ласково смотрела на нас.

– Ну что, мои милые? Вы, кажется, ведете расследование насчет потопа в вашей школе?

Мы дружно кивнули.

– Бабушка Джованни, – сказала я, – вы, кажется, хорошо разбираетесь в полицейских расследованиях…

– Это правда.

– Нам нужна ваша помощь. Мы не знаем, с чего начать.

Лицо у бабушки стало очень серьезное.

– Надо действовать методично.

Мы дружно кивнули: нам показалось, что это отличная идея, только мы не знали, что значит действовать методично.

– «Методично» – это что значит? – поинтересовался Томас.

– Согласно определенному методу, – ответила бабушка и проглотила печенье. – Полицейские во всем мире, когда ведут расследование, всегда следуют одному и тому же методу.

– И вы знаете этот метод? – спросила я.

– Само собой, – торжествующе сказала бабушка.

И бабушка открыла нам тайный рецепт успешного следствия: у преступника всегда бывает мотив, то есть веская причина совершить преступление. Значит, чтобы найти виновного, надо поставить вопрос так: не кто совершил злодеяние, а почему кто-то совершил злодеяние.

– Кому было выгодно затопить вашу школу? – спросила бабушка.

Хороший вопрос.

Бабушка рассказала, что в сериале, который она недавно смотрела, внучатый племянник убил богатого старика-дядюшку, чтобы получить наследство.

– В ходе расследования, – говорила бабушка, – всех, у кого есть веская причина совершить преступление, называют «подозреваемые». Но какую выгоду мог кто-то извлечь из потопа в вашей школе?

Мы понятия не имели, и тогда бабушка Джованни составила для нас список подозреваемых. По ее словам, следы ведут в двух главных направлениях: либо кто-то из нас решил устроить себе лишние каникулы, либо владелец школы захотел получить страховку (похоже, в детективных сериалах поджечь здание, чтобы получить страховку, – классика жанра).

Мы знали, что никто из нас потопа в школе не устраивал. Нам всем очень нравилось ходить в эту школу, и мы бы никогда так не поступили с мисс Дженнингс. Значит, оставался владелец школы. Кто он такой? И как это выяснить?

Обсудить эти вопросы как следует мы толком не успели, потому что в эту минуту в прокуренную гостиную вошла мать Джованни. Она стала кричать на бабушку за то, что та курит в комнате при детях, и еще накричала на Джованни, потому что теперь его красивая рубашка вся провоняла табаком, а еще она рассердилась на всех нас, потому что мы съели весь торт, а она его приготовила «для гостей».

Я хотела возразить матери Джованни, что мы тоже гости. И что она могла бы просто за нами присмотреть, а не бросать нас на своего официанта. Но я ничего не сказала. Это называется «не высовываться».

У нас на кухне меня перебила мама:

– Бабушка Джованни курит прямо при вас?

– Покуривает, – уточнила я.

– Ты же сама только что сказала, что вы кашляли от дыма, а Арти натянул на нос свитер!

– Мама, ты же знаешь Арти. Он вечно преувеличивает…

– Не знал, что у Мондани личный повар, – сказал папа.

– Да, у них ресторан, но прямо в доме, – объяснила я.

– И все благодаря сортирной подтирке, – пробормотал папа.

– Марк! – рассердилась мама, потому что он сказал грубое слово.

Папа повернулся ко мне и сменил тему:

– Не вижу, какая связь между тем, что ты рассказываешь, и тем, что случилось сегодня в зоопарке.

– Дайте мне дорассказать, тогда поймете…

Назавтра после разговора с бабушкой Джованни мы продолжили расследование в школьном дворе.

Мы начали со списка подозреваемых. Туда мы включили четыре имени: загадочного владельца школы (чтобы получить деньги по страховке), мисс Дженнингс и сторожа специальной школы (оба прямо связаны со школой и, быть может, имели вескую причину хотеть, чтобы она закрылась), а еще главного пожарного (неспроста он так накосячил со своим расследованием).

Мы всё обсудили и сошлись на том, что по факту главного пожарного можно вычеркнуть, потому что он попросту тупой.

Почти точно можно было вычеркивать мисс Дженнингс. Во-первых, она заплакала, увидев разрушенную школу (кто-кто, а мы прекрасно знаем, когда плачут только для вида: у мисс Дженнингс слезы были настоящие), а главное, ей совсем не выгоден этот потоп – только работы прибавилось, пришлось заново оборудовать наш новый класс.

Зато сторожу после потопа и закрытия специальной школы стало нечего делать. Лень – отличный мотив. Правда, в пятницу, то есть прямо перед потопом, сторожу пришлось уйти из школы пораньше и поехать к матери, которая сломала ногу. Если это правда, тогда он невиновен. Бабушка Джованни нам объяснила, что это называется «алиби».

Что касается владельца школы, то жадность – очень сильный мотив (так бабушка Джованни сказала). И никакого алиби у него не просматривается.

В общем, в нашем списке осталось два подозреваемых: владелец школы и сторож. Мы должны были выяснить, кто этот таинственный владелец, и проверить алиби сторожа. Преступник – один из них.

Тут подошел Директор и нас отвлек:

– Здравствуйте, дружочки! Чем занимаетесь?

– Расследованием, – ответила я, потому что никогда нельзя врать.