Чтение онлайн

– Ты не в том положении, чтобы ставить условия.

Оправдываться за отношения с Хэин было бессмысленно – это только подольет масла в огонь. Задеть его, говоря о профессиональных качествах, тоже не выйдет. Дэёну уже приходилось уничтожать улики на месте преступления, и сделал он это превосходно.

Но у Тэгона все еще оставался один козырь в рукаве. Мотив. О Дэён, когда напивался, ничего не помнил. И в тот вечер все шло по плану: он был пьян. Нужно было любой ценой поколебать его уверенность.

– Я не единственный, кто причастен к убийству Ким Хангёля. Вы правда ничего не помните? – глаза его все еще были закрыты, но он не чувствовал никакого движения.

– Кто еще, кроме тебя, был в офистеле?

Дэён вздрогнул. Получилось, Тэгон был уверен, что нашел брешь в броне Дэёна. Оставалось лишь выбраться живым из этой переделки. За годы в политике он научился безошибочно играть на человеческой психологии, и особенно хорошо умел уговаривать эмоциональных людей.

– Вы ведь сами постучались в мою дверь. Неужели вы были настолько пьяны, что ничего не помните?

– Я стучался к тебе?

– Да, потому что Хэин была здесь.

Тэгон почувствовал, как участилось дыхание Дэёна. Ему удалось задеть его.

– В тот день вы ничего не сделали. Просто наблюдали за тем, как умирает Ким Хангёль. Ради Хэин. Теперь мы все в одной лодке.

– Ты хочешь сказать, что Хэин просто наблюдала за тем, как ты убиваешь Ким Хангёля?

– Да. Так что она все равно что сообщник преступления. Предлагаю вам прекратить и просто начать сотрудничать. Я предоставлю вам возможность управлять всем миром.

Он был детективом, а людей, которые действительно способны совершить убийство, не так уж много. Пришло время пойти на компромисс и подкинуть ему основательную причину согласиться.

– В заметках моего телефона есть инструкции по входу в систему в качестве администратора.

Дэён порылся в его карманах и достал мобильный телефон, кошелек и флешку. Через некоторое время Тэгон услышал, как он постукивает пальцами по экрану.

– Теперь власть в ваших руках, так зачем же рисковать и убивать меня? Не факт, что на этот раз вам удастся замести все следы. Теперь все по-другому.

– Ладно.

– Я нужен вам для процветания «Твоего секрета».

– Открой глаза.

Он будет жить. Тэгон открыл глаза. Сквозь защитные очки на него смотрели красные от усталости глаза. Мужчина снова поднял молоток.

– Подождите! Даже если вы убьете меня, остается еще Хэин. Или вы планируете убить нас обоих? И надеетесь выйти после этого сухим из воды?

Тэгону вновь удалось задеть Дэёна. Его рука замерла в воздухе.

– В тот день я не открывал дверь.

Свет исчез вместе с глухим стуком. За ним последовало еще несколько сильных ударов, но Тэгон уже не чувствовал никакой боли.

– Даже если бы открыл – я не могу оставить в твоих руках поводок, за который ты пытаешься меня держать.

Кабинет начальника следственного управления располагался в конце коридора на первом этаже полицейского участка Ёнсан. Дэён шел по темному коридору, из закрытых кабинетов пробивался слабый свет. Голос шефа Ана эхом отдавался в голове Дэёна.

– Начальник отдела узнал, что ты выключил камеры во время допроса На Тэгона. Я не думаю, что он закроет на это глаза. Что бы то ни было, сразу признавай вину, не старайся оправдываться.

– Не думаю, что он будет слишком уж зол, в конце концов, я помог найти ДНК Ким Хангёля.

– Он давно точит на тебя зуб, сам же знаешь. Если вдруг получишь дисциплинарное взыскание, я потом отдельно с ним поговорю. Просто выслушай его, признай ошибки, извинись и сразу же уходи. Только не нарывайся. Ты ведь не пил?

– Я бросил.

Руки Дэёна теперь не дрожали. Он больше не чувствовал тревоги, прекратил нервничать. И все благодаря На Тэгону.

Дэён постучал в дверь кабинета начальника отдела. Увидев его, тот жестом пригласил войти. Как и всегда, он заставил встать его прямо перед своим столом, как школьника, которого собираются наказать.

– Ты что, совсем с ума сошел?! Какого черта ты выключил камеры видеонаблюдения?

– У меня не было выбора. Он сказал, что будет молчать, пока не придет адвокат, если я не выполню его требование, я указал это в рапорте.

– И что, ты хоть что-то из него вытянул? Нет! Ни черта!

– Он заявил, что просто решил воспользоваться ситуацией, потому что сильно беспокоился из-за ухода Чан Воншика из партии.

– Я в курсе, я читал твой рапорт. И ты просто взял и отпустил его?

– У нас не было оснований для задержания.

– А обвинить его в подделке документов или воспрепятствованию работе полиции, выпросить ордер и хорошенько его прижать ты не догадался? Тебе надоело быть детективом?

– У его адвоката ни единого проигранного дела. Даже если бы мы получили ордер, у нас бы ничего не вышло.

– Поэтому ты просто решил отпустить его? Зачем ты выключил камеру? Он что-то тебе предложил взамен, я прав?

– Нет.

– Что тогда? Думаешь, у тебя получится меня обхитрить?

Дэён не знал, что ответить.

– Ты хоть понимаешь, насколько наше начальство заинтересовано в этом деле? И ты решил вот так все похерить? Как теперь ты собираешься поймать убийцу Ким Хангёля?

– У нас пока нет зацепок, может потребоваться время.

– Такой как ты просто не имеет права быть детективом. Я отправлю тебя к патрульным, будешь разнимать пьяных дебоширов.

– Сейчас я занимаюсь расследованием дела, которое кажется мне действительно стоящим.

– О чем ты? Насколько оно серьезное?

Начальник отдела быстро смягчился. Он снял колпачок с ручки, и написал в блокноте «Внутреннее расследование, вторая группа», затем подчеркнул эти слова. Дэёну приглянулся золотой наконечник перьевой ручки.

– У меня есть информация о том, что кто-то из высокопоставленных сотрудников полиции совершил акт сексуального насилия над потерпевшей, – сказал Дэён.

Выражение лица начальника изменилось. Но он сделал вид, что не услышал ничего особенного, и лишь постучал пальцем по столу.

– Ты считаешь, что это сопоставимо по масштабам с делом об убийстве? Если ошибешься и заденешь кого не надо, прилетит даже руководству. Нам всем тогда не поздоровится.

– Говорят, этот похотливый ублюдок не только сливал информацию следствия, но и получал интимные услуги от подозреваемых. А среди них, по слухам, были и несовершеннолетние.