Чтение онлайн

– Это моя самая любимая песня.

– Правда, странно, – спросил мужской голос, узнав который сестра Кеттл вздрогнула от неожиданности, – что для комедии написали такие грустные любовные песни? Ты согласна, Роуз? Роуз, милая…

Сестра Кеттл предусмотрительно тренькнула велосипедным звонком и вошла в розарий сквозь проем в живой изгороди. Посмотрев направо, она увидела мисс Роуз Картаретт и доктора Марка Лакландера, глядевших друг на друга с таким обожанием, что все было ясно без слов.

Мисс Картаретт срезала розы и складывала их в корзину, которую держал доктор Лакландер. Густо покраснев, он воскликнул:

– Господи боже! Добрый вечер!

Мисс Картаретт тоже смутилась и покрылась нежным румянцем.

– Здравствуйте, сестра. Добрый вечер!

– Добрый вечер, мисс Роуз, добрый вечер, доктор, – поздоровалась сестра Кеттл. – Надеюсь, вы не против, что я решила срезать дорогу и пройти через усадьбу. – Посмотрев на доктора, она вежливо объяснила свое появление: – Тут у девочки абсцесс…

– Ах да, верно! – кивнул доктор Лакландер. – Я недавно осмотрел ее. Речь о дочке вашего садовника, Роуз.

Они оба заговорили с сестрой Кеттл, которая благожелательно им внимала. По натуре сестра и сама была романтической особой и с удовольствием наблюдала за волнением на лице доктора Лакландера и смущенной робостью – на лице девушки.

– Сестра Кеттл, – торопливо объяснил доктор, – настоящий ангел и согласилась подежурить сегодня ночью у постели деда. Даже не знаю, что бы мы без нее делали.

– И по этой самой причине, – подхватила сестра Кеттл, – лучше мне поторопиться, а то, боюсь, могу опоздать на дежурство.

Те улыбнулись и кивнули. Сестра расправила плечи, бросила шутливый взгляд на свой велосипед и продолжила путь через розарий.

«Если они не влюблены, – думала она, – то кого тогда можно назвать влюбленным? Надо же! А я-то и понятия не имела!»

Получив заряд бодрости, как после чашки хорошего крепкого чая, она направилась к домику садовника – своей последней остановке на пути в Нанспардон.

Проводив взглядом фигуру в форменном платье медсестры до выхода из розария, Роуз Картаретт и Марк Лакландер переглянулись и нервно рассмеялись.

– Сестра Кеттл – потрясающе хорошая женщина, но в данный момент ее присутствие было явно лишним, – заметил Лакландер. – Наверное, мне лучше уйти.

– А разве ты не хочешь дождаться моего папы?

– Хочу, конечно, но время поджимает. Понятно, что я вряд ли чем смогу помочь деду, но меня там ждут.

– Я обязательно все передам папе, как только он вернется. И он сразу отправится к вам.

– Мы были бы очень признательны. Дедушке это крайне важно. – Марк Лакландер посмотрел на Роуз поверх корзины цветов и неуверенно начал: – Роуз, милая…

– Не надо! – остановила она. – Пожалуйста, не надо!

– Нет? Ты против? Но почему?

Та неуверенно взмахнула рукой, хотела что-то сказать, но промолчала.

– Что ж, – не унимался Лакландер, – я хочу, чтобы ты знала о моем намерении просить твоей руки. Я очень тебя люблю и полагал, что мы составим чудесную пару. Неужели я заблуждался?

– Нет, – ответила Роуз.

– И я это знаю! Мы созданы друг для друга! Ради всего святого, скажи, что тебя смущает? Только не говори, что любишь меня как брата – я в это ни за что не поверю!

– Я этого и не говорю.

– Тогда в чем же дело?

– Я не могу обручиться с тобой, не говоря уже о том, чтобы выйти замуж.

– Так я и думал! – воскликнул Лакландер. – И теперь это услышал! Господи боже, еще эта корзина с цветами! Пожалуйста, давай присядем на эту скамейку и поговорим – я не уйду, пока не выясню, в чем дело.

Она прошла за ним, и они устроились на скамейке, поставив у ног корзину с розами. Он взял ее за руку и снял садовую перчатку.

– Скажи мне честно, – требовательно спросил доктор, – ты меня любишь?

– Не нужно на меня кричать. Да, люблю.

– Роуз, милая, я просто очень боялся услышать «нет»!

– Пожалуйста, выслушай меня, Марк. Я знаю, что ты не согласишься ни с одним моим словом, но я прошу тебя выслушать.

– Хорошо. Я знаю, что ты собираешься сказать, но… пусть будет по-твоему.

– Ты сам видишь, как у нас все устроено. Я имею в виду – дома. Ты наверняка видел, как для папы важно, чтобы я все время была под рукой.

– Ты так забавно выразилась… Будто речь о маленькой девочке, которая постоянно должна находиться в поле зрения. Ладно, твоему папе нравится, чтобы ты была постоянно рядом. Но разве брак этому помеха? После свадьбы мы, наверное, половину времени будем проводить в Нанспардоне.

– Все гораздо сложнее. – Роуз замолчала и, отодвинувшись от доктора, сложила руки на коленях. На ней было длинное домашнее платье, волосы зачесаны назад и собраны в пучок на затылке, но одна непослушная прядь все-таки выбилась и падала на лоб. Девушка почти не пользовалась косметикой, но при ее красоте это было и не нужно. – Все дело в том, что второй папин брак оказался неудачным, – пояснила она. – Если я его сейчас оставлю, то жизнь потеряет для него всякий смысл. Я серьезно.

– Глупости! – неуверенно возразил Марк.

– Он никогда не мог без меня обойтись. Даже когда я была маленькой, он всюду таскал меня за собой вместе с няней и гувернанткой. Во все поездки и даже за границу. И после войны, когда выполнял особые поручения то в Вене, то в Риме, то в Париже. Я даже в школу никогда не ходила, потому что сама мысль, что я где-то в другом месте, была для него невыносимой.

– Но это неправильно! Ведь это так обедняло твою собственную жизнь!

– Нет-нет, как раз наоборот, честно! Моя жизнь была очень интересной! Я видела, слышала и узнала намного больше самых разных чудесных вещей, чем другие девочки.

– И все-таки…

– Нет, это было потрясающе!

– Тебе следовало предоставить больше самостоятельности и возможности принимать решения самой.

– Но дело вовсе не в запретах! Мне позволялось делать почти все, что только заблагорассудится. А когда мне предоставили самостоятельность – посмотри, что из этого вышло. Папу направили с миссией в Сингапур, а я осталась в Гренобле и поступила в университет. Его все никак не отпускали обратно… а потом я узнала, что он там не знал, чем себя занять… и в конце концов встретил Китти.