Чтение онлайн

Грандиозный план Элизабет не сработал. Найти ключ, затаиться и ждать — вот что она планировала. Ключ они нашли, но тот тут же пропал. Кто-то его прикарманил: или Рон, или Конни. Она понимает, зачем это Конни, но даже ее острый как бритва ум не в состоянии понять, зачем это Рону.

Где они сейчас? Увидев запись с камеры, где они разошлись в разные стороны, Элизабет обрадовалась. Значит, Конни его не убила. Впрочем, она вполне могла пойти за ним и убить его потом.

Джоанна сидит в кресле — на месте главаря. Раньше Элизабет сама бы села в кресло. Но Джоанна заслужила. Ведь это она нашла запись, на которой Холли и Дэйви тайно встречаются, хотя никто из них об этом не упомянул. Это должно что-то значить.

Ключа от биткоинов у них нет, но открытие Джоанны тоже важно. Дэйви Ноукс что-то знает и умалчивает об этом. Им еще предстоит выяснить, он ли убийца Холли, и именно поэтому они явились к нему почти в полночь.

Столько вопросов пока без ответов. Кто убил Холли, где Ник Сильвер, зачем Дэйви Ноукс и лорд Таунз спускались в Крепость на прошлой неделе? Возможно, пора получить на них ответы.

В кармане Элизабет жужжит телефон: сообщение от Донны. «Прости, Донна, придется подождать, мы распутываем сложное дело». Странно: впервые они распутывают дело, в котором не участвуют ни Донна, ни Крис.

— Веселая компашка собралась, — говорит Дэйви Ноукс. — Начнем со светской беседы?

Джойс воспринимает его слова как приглашение:

— Я тут смотрела «Старую рухлядь»…

Но Джоанна, видимо, не зря уселась в почетное кресло. Она берет управление на себя:

— Зачем вы с Холли Льюис встречались в Крепости утром в четверг?

Элизабет не стала бы спрашивать так в лоб: надо же сначала прощупать почву. Поэтому она всегда брала с собой Джойс: та хорошо умела вести светские беседы, а Элизабет никогда не отличалась этим навыком. Но Джоанна добилась большого успеха в своей сфере; возможно, в мире хедж-фондов просто принято не ходить вокруг да около, а сразу говорить начистоту.

— Сразу к делу, значит, — отвечает Дэйви.

— Вопрос простой, — говорит Джоанна.

«Подобный подход тоже бывает эффективным», — думает Элизабет и вспоминает, как однажды пассажир пронес через таможню в Хитроу чемоданчик с обогащенным ураном и доставил его в лондонский отель. Когда они его выследили, то как раз применили прямой подход, потому что преступная группировка могла завладеть ядерным оружием и топтаться вокруг да около просто не было времени. Допрос был очень прямым и жестким. Но Элизабет не уверена, что с Дэйви Ноуксом следует вести себя так же.

Дэйви с любопытством смотрит на Джоанну.

— Не понимаю, почему это вас касается, — говорит он.

Кажется, Дэйви согласен с Элизабет.

— Я пустил вас в свой дом, — продолжает Дэйви. — Уже очень поздно, а вас очень много. Если бы вы не привели с собой этого красавчика, я был бы очень зол.

Он указывает на Ибрагима, и тот отвечает:

— Это все увлажняющий крем.

— А как же без него, — говорит Дэйви.

Ладно, Элизабет, включи мозги и думай.

— Вы правы, — говорит Элизабет. — У Джоанны к вам несколько вопросов, и все мы хотим услышать ответы, но, учитывая обстоятельства, возможно, вы сами хотели бы сначала нас о чем-то спросить? Прости, Джоанна.

Элизабет уважительно кивает в сторону почетного кресла. С людьми надо быть осторожнее. Но Джоанна не обижается и не возражает — она понимает. Она умна, умеет считывать ситуацию и не против, чтобы кто-то другой применил иной подход. Джоанне свойственна не только прямота и жесткость, но и глубокая эмпатия — тут она пошла в мать. Неудивительно, что у нее столько денег.

— Спасибо, — обращается Дэйви к Элизабет, и в тот же миг Джоанна перестает быть главарем, это звание переходит к Элизабет, сидящей между сонной бывшей медсестрой и профессором университета в разных носках. Ибрагим ей подмигивает.

— Биткоины случайно не у вас? — спрашивает Дэйви.

— У нас, — отвечает Элизабет.

— Вы узнали оба кода?

— Да, — кивает Элизабет.

— Но как?

— Мы применили несколько приемов, — объясняет Ибрагим. — Немного воображения, немного грубой силы. А может, нам просто повезло? Осмелюсь сказать, в нашем деле без удачи просто никуда. Но я пришел к выводу, что тем, кто усерднее трудится, везет больше.

Он, кажется, очень доволен своей речью, и Элизабет за него рада.

— И где сейчас эти биткоины? — спрашивает Дэйви. — Вы планируете их продать?

— А вы заинтересованы в покупке? — Джоанна снова вступает в разговор. Хороший вопрос.

— Я? Нет, — отвечает Дэйви. — Но я хотел бы убедиться, что они в безопасности.

«Мы все этого хотим», — думает Элизабет.

— Они в безопасности, — отвечает она.

Дэйви поворачивается к Джойс:

— Вы, кажется, что-то упоминали о «Старой рухляди»?

— Сегодня кто-то притащил на передачу викторианские порнографические открытки, — говорит она. — Я, правда, пропустила, за сколько их продали.

Телефон Элизабет жужжит. Снова Донна.

— За пять штук, — отвечает Дэйви. — Я досмотрел до конца, так как не хотел пропустить «Вечерний Юго-Восток».

— А мне пришлось поставить «Юго-Восток» на паузу: приехали эти двое. — Джойс кладет руку Полу на плечо. — Это мой зять.

— Как мило, — говорит Дэйви. — У него есть имя?

— Пол, — отвечает Пол.

— Оказывается, надо было нажать на кнопку с двумя параллельными черточками, — говорит Джойс.

Элизабет замечает, что Джоанна начинает нервничать. Иногда излишняя прямота вредит, но и чересчур отвлекаться от темы не стоит.

— Еще вопросы? — спрашивает Джоанна.

— Значит, продавать биткоины вы не будете, — говорит Дэйви, — а какой у вас план?

Элизабет снова берет управление на себя:

— Хотим использовать их как приманку, найти убийцу Холли и выяснить, что случилось с Ником Сильвером.

— Что ж, я могу помочь и с первым, и со вторым, — говорит Дэйви.

«Деньги — хорошая страховка, — думает Элизабет, — но если Дэйви Ноукс решит их всех прикончить, деньги его не остановят».

— Давайте я заварю нам чай, — предлагает Дэйви. — Джойс, хотите помочь мне на кухне? Заодно обсудим «Вечерний Юго-Восток». Я без ума от Майка Вэгхорна.

Джойс не приходится упрашивать — она встает, опершись на руку Элизабет. Они обе совсем ослабели. Кости торчат.

От Донны приходит третье сообщение.

— Мы вернемся, и я скажу, кто убил Холли Льюис, — говорит Дэйви.

— И расскажете, где Ник Сильвер? — спрашивает Элизабет.

— Этого я точно не знаю, — Дэйви берет Джойс под руку, — но, полагаю, два этих дела тесно связаны.

Рон сидит в темноте и ждет. Свет выключен, шторы задернуты. Любой прохожий бы решил, что никого нет дома, но Рон уверен: за ним следили. Он боится, ведь вдруг? Вдруг?