Чтение онлайн

— Да, мистер Энсайн очень к ней внимателен, — коротко ответила мисс Белинда. — Приятный молодой человек, достойный успеха.

— Вы… хотите сказать, что он был у вас в Гротвеле? — спросил Сильвестер, не отнимая глаз от газеты.

— Был. Думаю еще несколько свиданий и дело будет решено.

Газета зашелестела в руках Сильвестера, но голос его был спокоен, когда он сказал:

— Так она благосклонно принимает его внимание?

— Она прикалывает к груди его цветы и сама сияет как цветок при его приближении. Я не сомневаюсь, что все это закончится свадьбой. Мистер Энсайн некрасив собой, но он обладает такими выдающимися человеческими качествами, что наверняка сделает Поолу счастливой.

— Он добрый человек, — сказал Сильвестер.

— А это самое главное в характере того, кто женится на Пооле, — заметила мисс Белинда, — открытый, веселый нрав, чистая совесть и прошлое без темных страниц такими качествами должен обладать тот, кто свяжет свою судьбу с нашей чистой и чувствительной Поолой. Не так ли, мистер Сильвестер?

Объявления в «Трибуне», вероятно, были чрезвычайно интересны в это утро, судя по тому, с каким затруднением Сильвестер отвел от них глаза.

— Человек, за которого Поола выйдет, — сказал он наконец, — должен быть и добр, и ласков, и чист, тот, кто не имеет этих качеств, не должен жениться на ней, — прибавил он таким тоном, что даже бесстрашная мисс Белинда не нашлась что сказать.

В эту минуту вошла Поола.

— Счастливого Рождества, — сказала она своим нежным голосом, знаете ли вы, что на улице идет снег? Теперь у нас есть все, что нужно для такого дня.

— Да, все, — ответила мисс Белинда, бросив значительный взгляд на стол.

Поола проследила за ее взглядом, увидела вазу с цветами и поспешно взглянула на Сильвестера.

— Мистер Энсайн, по-видимому, одарен даром ясновидения, — заметила непринужденно мисс Белинда. — Не могу понять, как он узнал, что мы здесь.

— Я написала ему в моем последнем письме, что, по всей вероятности, мы проведем праздники у мистера Сильвестера, — объяснила Поола просто, но с румянцем на лице. — Я это сделала, потому что он хотел приехать в Гротвель на Рождество.

Наступило молчание, потом Сильвестер встал и, заметив с вежливым спокойствием: «Очень милый знак внимания», пошел в столовую. Поола пошла за ним, опустив голову, а мисс Белинда позади с видом успешного дипломата.

Завтрак прошел как-то церемонно. Что-то гнетущее наполняло воздух, что даже живой разговор мисс Белинды разогнать не мог. По просьбе Сильвестера она села на главном месте за столом, и только она одна могла есть с аппетитом. Она никогда не видела Уону на этом месте, а Поола и Сильвестер не могли забыть грациозную фигуру, когда-то сидевшую на этом месте.

Первая трапеза над могилой, все равно как бы давно ни была она вырыта, всегда очень тяжела. Кроме того, Поола чувствовала какое-то внутреннее напряжение. Она не могла дождаться, когда сможет уйти и остаться одна. Конец завтрака оказался облегчением для всех. Мисс Белинда пошла наверх, задумчиво качая головой, Сильвестер опять сел читать газету, а Поола подошла к букету, стоявшему на столе в библиотеке, но остановилась на половине пути. При Сильвестере она не смела подойти к этому деликатному доказательству привязанности другого человека. Вдруг Сильвестер сказал:

— Почему вы не посмотрите на ваш прелестный подарок, Поола?

Она вздрогнула, быстро взглянула на Сильвестера и подошла к столу, потом вдруг повернулась и торопливо подошла к Сильвестеру. Он все еще читал, но Поола видела, что рука его дрожит, хотя чистый профиль лица казался спокоен и холоден.

— Мне не хочется этого делать, — сказала она.

Он повернулся к ней.

— Сядьте, Поола, — сказал он, — я хочу с вами поговорить.

Она повиновалась.

— Поола, я хочу задать вам вопрос, — начал он голосом твердым, но спокойным. — Что подумали бы вы о человеке, который умышленно вошел в прекрасный сад, выбрал самый прелестный цветок и унес его в темницу, чтобы он изливал свое благоухание среди холода и темноты?

— Я подумала бы, — отвечала Поола, — что этот человек поступил хорошо, если цветок своим благоуханием мог утешить того, кто сидит в тюрьме.

Сильвестер вдруг отвел от нее глаза и взглянул на огонь в камине.

— Следовательно, минутная радость может извинить убийство? — воскликнул он. — Бог и ангелы с вами не согласятся, Поола.

Голос его дрожал, и Поола задрожала тоже, но промолчала.

Прошло несколько минут. Никто не шевелился.

Наконец тихим, дрожащим голосом Поола заговорила:

— Разве это убийство, если цветок любит темную тюрьму более, чем дневной свет? Он торопливо встал.

— Да, — сказал он, отступая назад, как будто не мог вынести взгляда ее глаз. — Цветы живут солнечным светом. Тот, кто захватывает такое сокровище, делает это с риском для своей жизни.

Она так же поспешно встала, и он спросил ее ласковым тоном, что он может сделать для того, чтобы она весело провела этот день.

— Ничего, — ответила она, опустив голову. — Я, думаю, что пойду к Сисилии.

У него вырвался вздох.

— Экипаж будет для вас готов, — сказал он. — Надеюсь, что счастье вашей приятельницы наполнит ваше сердце и сделает этот день очень приятным для вас. Да благословит Господь ваше юное и нежное сердечко, милая Поола!

Грудь ее тяжело поднялась, большие черные мягкие глаза бросили быстрый взгляд на его лицо, потом она отступила на несколько шагов и спокойно вышла из комнаты. Поола как будто унесла с собой всю его жизнь, но он не пошевелился и вздохнул глубоко, когда, обернувшись к столу, увидел, что она унесла с собою безмолвное свидетельство любви и преданности другого более счастливого человека.

Человек думает, что он силен, кладет фундамент, строит стены, забывая о ветрах и наводнениях, которые могут уничтожить его строение. Когда твердою рукой Сильвестер вырвал из своего сердца единственную радость, которую мог доставить ему свет, он думал, что борьба окончена и победа одержана.

А она даже и не началась. Он это понял, когда Поола приехала от мисс Стьюйвесант. Выражение ее лица показалось ему странным и он поинтересовался у нее не встретила ли она у мисс Стьюйвесант кого-нибудь из своих прежних знакомых.

— Да, — отвечала она, покраснев. — Там был мистер Энсайн.

Сравнительно легко удержать свою руку, чтобы не схватить сокровище, которое вожделеешь, но гораздо труднее смотреть, как другой выхватывает это сокровище и уносит его на ваших глазах. Сильвестер смог взять себя в руки и не показать эмоции, охватившие его при этом известии. Счастье, так неожиданно встретившееся ему на его одиноком и мрачном пути, рискует скрыться от него навсегда. Если в его жизни были темные страницы, они уже давно стерлись из памяти, а будущее обещало светлые надежды. Человек его лет еще способен на сильные чувства. Ему казалось, что он только начинает жить. Действительно, с этой прелестной женщиной жизнь начнется для него снова, что же мешает ему удовлетворить свои стремления? Боязнь заслужить порицание света? Ах! На свет ему наплевать. Почему же он колеблется? После стольких лет одиночества и тщетных исканий, ему представляется шанс получить великое блаженство, не воля ли это небес?