Чтение онлайн

Энтони Датчет улыбнулся и продолжил голосом с успокоительной интонацией:

– Вас ожидает темный час, но он пройдет. И далее наступит период безмятежности. Остерегайтесь чужаков, но помните: вам суждено стать женой чужака. Ваши владения будут обширны, и вы познаете мир маленьких лугов и мычания коров. В этом ваше счастье. Жаль, что я не могу обещать всем того же…

Последние слова он произнес очень тихо, и, хотя его тон не менялся, у всех остался неприятный осадок.

Хиромант немедленно откланялся. Джайлз и Марлоу рассчитались с ним, дивясь тому, что он запросил совсем пустяковую сумму.

Его машина скрылась на узкой дороге. Проезжая мимо сада, она издала странный свист. Этот свист повторился семь раз, все слабее и отдаленнее. Мистер Кэмпион, Джайлз и Марлоу прислушивались к нему.

– Семь раз, – сказал Джайлз. – Семь Свистунов. Выходит, скоро настанет конец света.

– Выходит, что мы наконец-то одни, – с облегчением произнес мистер Кэмпион. – Мои уважаемые друзья Джордж и Генри, а также их сыновья с большим успехом сыграли роль полицейских. Этой ночью никто больше не проедет по Страуд-стрит без нашего ведома. Наши славные парни стоят вдоль дороги через каждые пятьсот ярдов. И стоит только объявиться незнакомцам – что ж, это Совиная пятница, – нарушителей будут преследовать, сами понимаете.

Они, смеясь, направились к дверям, но на пороге столкнулись с Бидди. Позади нее стояли судья Лоббетт и его дочь, а возле них маячила полная старушка, которая, очевидно, вошла через черный ход. Бидди была бледна, в ее карих глазах плескался неподдельный страх. Она протянула что-то брату, сказав:

– Джайлз, посмотри на это. Элис только что принесла.

Молодой человек взял у нее скомканный листок бумаги и большое старомодное кольцо, сверкнувшее в его руке.

– «Джайлз и Альберт, приходите одни», – медленно прочитал он, и внезапно на его лице промелькнул испуг. – Святой Свитин! – пробормотал он, часто задышав. – Это его кольцо! Он ни за что не расстался бы с ним, если только…

Эти слова заглушил звук, который отчетливо донесся до них через открытое окно. То был резкий и безошибочно узнаваемый в ночном воздухе звук выстрела.

Старуха пронзительно вскрикнула. Ее лицо, словно высеченное из красного песчаника, застыло от ужаса, маленькие черные глазки расширились. Внезапно она поспешила к двери. Но мистер Кэмпион остановил ее, положив руку ей на плечо:

– Постойте, Элис. – Он был неестественно спокоен, его лицо ничего не выражало. – Сперва пойдем мы, Джайлз и я.

– Нет, лучше пойду я! – Старуха, дернув плечом, сбросила руку Кэмпиона. – Говорю вам: пускай пойду я!

– Останься здесь, Элис, – мягко попросила Бидди, выступив вперед. – Останься. Он пишет, что Альберт и Джайлз должны прийти одни.

В конце концов Элис позволила увести себя обратно в комнату. Судья Лоббетт стоял между своими детьми с непроницаемым выражением лица. Изопель прижалась к нему. Марлоу смотрел серьезно, готовый по мере необходимости к любым действиям.

– Пойдем. – Мистер Кэмпион тронул Джайлза за плечо.

Больше ни минуты не медля, они вместе покинули дом.

Жилище пастора располагалось посреди зеленой лужайки в стороне от дороги, переходящей в длинную неухоженную гравийную дорожку, которая была обсажена густым кустарником и высокими деревьями. Приблизившись, молодые люди увидели, что дом погружен в темноту, но входная дверь под козырьком, увитым плющом, распахнута.

– Позволь мне пойти первым, – тихо сказал мистер Кэмпион Джайлзу. – Кто знает, что ждет нас там…

Джайлз неохотно отступил, но возражать не стал. Кэмпион вошел в темный дом один. Какое-то время он находился внутри, но вскоре вновь появился на крыльце. Джайлз мельком увидел его лицо в лунном свете.

– Идем, старина, – тихо позвал мистер Кэмпион, и Джайлз понял, что это – ответ на вопрос, который был у него на устах.

Двое мужчин медленно вошли в дом. Кабинет старого пастора был единственной освещенной комнатой, и то только благодаря ураганному фонарю, принесенному из Дауэр-хауса. Фонарь стоял на тяжелом письменном столе, проливая рассеянный свет во все углы мрачного помещения – большого, прямоугольного, с камином в одном конце и эркером – в другом. Вдоль стен размещались книжные полки. Письменный стол располагался параллельно камину, а ветхое кожаное кресло пастора было сдвинуто так, словно его хозяин только недавно покинул его. За каминной решеткой тускло светился огонь.

Джайлз с тревогой огляделся.

– Где?.. – начал он, и Кэмпион молча указал на дверь рядом с камином.

Она вела в крошечную гардеробную, которую рачительный предок пастора обустроил рядом с кабинетом, вспомнил Джайлз. Дверь гардеробной была прикрыта, а из-под нее на потертый коричневый линолеум сочилась тонкая темная струйка крови.

Джайлз толчком распахнул дверь. Чиркнув спичкой, высоко поднял ее. Мерцающий свет на мгновение заполнил крошечное пространство и погас. Рука, держащая спичку, упала. Затем он медленно закрыл дверь и повернулся к Кэмпиону:

– Там его старое ружье. – Лицо Джайлза было очень бледным, и он нервно облизывал губы.

Кэмпион кивнул:

– Во рту – привязал веревку к курку. Обычный способ.

Джайлз опустился на стул.

– Самоубийство? Боже мой… Святой Свитин, старина…

Кэмпион стоял, уставившись на закрытую дверь.

– Зачем? – пробормотал он. – Ради чего, во имя всего святого?!

Шаги в коридоре заставили обоих вздрогнуть. На пороге появилась экономка Элис Брум. Ее черные глаза вопросительно уставились на молодых людей.

– Он застрелился?! – тут же взорвалась она возгласом. – Я видела, что старое ружье исчезло, но никогда бы не подумала… О Господи, смилуйся над его душой! – Она упала на колени там же, где стояла, и закрыла лицо руками.

Вид беспомощной женщины привел Джайлза в себя. Они с Кэмпионом подняли ее и вместе повели к креслу возле стола. Но та отшатнулась, как испуганная овца.

– Только не сюда! Я не буду сидеть в нем! – истерично запричитала она. – Это кресло покойника!

То, как суеверие прорвалось сквозь горе, неприятно поразило их. Они усадили ее в другое кресло, у камина. Там она и осталась, тихонько рыдая и пряча лицо в ладонях.

Кэмпион взял ситуацию в свои руки:

– Послушай, Джайлз, нам понадобятся врач и полиция. Как я понимаю, в деревне нет ни того ни другого, не так ли?

– Нет. – Джайлз покачал головой. – Придется вызвать старого Уиллера из Херонхоу. Ближайший бобби тоже там. Кэмпион, это ужасно. Зачем он это сделал? Ну зачем?..

Мистер Кэмпион указал на письмо, прислоненное к чернильнице рядом с фонарем. Имя адресата было выведено старомодным почерком Свитина Куша: «Генри Топлисс, эсквайр».