Чтение онлайн

– Мистер Роулинз, – сообщила первая дама, подойдя ко мне. – Знаете, мистер Бакстер очень занят. У него совершенно нет времени.

– Чем раньше он примет меня, тем быстрее сможет вернуться к своим делам.

Ей это явно не понравилось.

– Могу я узнать, в чем заключается ваша просьба?

– Конечно можете. Но понравится ли вашему боссу, что обслуживающий персонал в курсе всех его частных дел?

– Уверяю вас, сэр, – сказала она, едва сдерживая ярость, – о том, что вы хотели бы сообщить мистеру Бакстеру, не узнает никто, кроме меня. Он вас не примет, и вы можете говорить только со мной.

– Нет.

– Боюсь, мы теряем время. Если у вас есть что ему передать, изложите мне, чтобы я могла вернуться к своим обязанностям.

– Ну хорошо, мисс...

Я почему-то решил, что было бы неплохо, если бы мы представились друг другу.

– Что бы вы хотели передать, сэр?

– Я хотел бы передать следующее. У меня есть новости для мистера Тодда Картера, насколько я понимаю, президента вашей компании. Мне дали карточку мистера Бакстера для того, чтобы сообщить мистеру Картеру о деле, порученном мне мистером Де-Виттом Олбрайтом.

– Да? А в чем состоит дело?

– Вы уверены, что хотите узнать это? – спросил я.

– Какое дело, сэр? – Если она и нервничала, я этого не заметил.

– Мистер Олбрайт нанял меня, чтобы я нашел приятельницу мистера Картера, которая его оставила.

Она перестала писать и уставилась на меня поверх оправы своих бифокальных очков:

– Это что, своего рода шутка?

– Насколько я знаю, нет, мэм. Уж если говорить правду, мне было не до смеха с тех пор, как я начал работать на вашего босса. Ни разу.

– Извините меня, – сказала она.

Пожилая дама так резко захлопнула блокнот, что ее помощница вздрогнула. На этот раз она отсутствовала более пяти минут. Наконец в комнате появился высокий тощий мужчина с густой черной шевелюрой и такими же густыми черными бровями в темно-сером костюме. Его глаза прятались глубоко под сенью этих мощных бровей.

– Мистер Роулинз? – Его белозубая улыбка отлично подошла бы мистеру Де-Витту Олбрайту.

– Мистер Бакстер? – Я встал и пожал протянутую им руку.

– Почему бы вам не зайти ко мне, сэр?

Мы прошли мимо двух разъяренных женщин. Я был уверен, что им будет о чем поговорить, как только мы с мистером Бакстером покинем комнату.

Мы вошли в узкий коридор, оклеенный бархатными обоями и устланный ковром. На красивой дубовой двери было выгравировано: "Максим Т. Бакстер. Вице-президент".

Его кабинет оказался маленьким и скромным: хороший, но без претензий ясеневый стол, сосновый пол и окно, выходящее в парк.

– Не очень разумно говорить о делах мистера Картера в приемной, – с легким укором начал Бакстер, как только мы сели.

– Это меня мало беспокоит.

– Вот как? – Это был вопрос, но в тоне прозвучало сознание своего превосходства.

– Я не заслужил ваших упреков, мистер Бакстер. Я и так слишком многим рискую, чтобы заботиться еще и об этикете. Эта женщина в приемной ни за что не пропустила бы меня к вам, если бы...

– Вы могли бы прислать с ней записку, мистер Роулинз. Если вы ищете работу, я мог бы назначить вам встречу по почте...

– Я пришел поговорить с мистером Картером.

– Это невозможно, – сказал он и встал, как будто это могло меня напугать.

Я взглянул на него снизу вверх:

– Почему бы вам не сесть и не позвонить боссу?

– Это уж слишком, Роулинз. Даже очень важные персоны не вмешиваются в дела мистера Картера. Вам повезло, что я нашел время побеседовать с вами.

– Хотите сказать, что бедный ниггер должен был счастлив, когда десятник находит время, чтобы осыпать его проклятиями?

Вместо ответа, мистер Бакстер взглянул на часы:

– У меня деловое свидание, мистер Роулинз. Если расскажете мне, что вы хотели сообщить мистеру Картеру, он позовет вас, если сочтет нужным.

– То же самое сказала мне дама в приемной, а вы упрекаете меня в том, что я распускаю язык.

– Я осведомлен о делах мистера Картера, а дама в приемной – нет.

– Может быть, он и рассказывает вам обо всех своих делах, но то, что я хочу сообщить, пока что неизвестно самому мистеру Картеру.

– И что бы это могло быть? – спросил он, снова опускаясь на стул.

– Вот все, что я могу вам сказать: если он не захочет меня принять, ему, возможно, придется руководить компанией из тюремной камеры.

Я и сам хорошенько не знал, что хотел этим сказать, но Бакстера это потрясло настолько, что он тотчас же поднял телефонную трубку.

– Мистер Картер, – сказал он. – У нас здесь агент мистера Олбрайта, и он хочет встретиться с вами... Уверяет, это срочно. Может быть, вы примете его...

Они еще немного поговорили, а потом Бакстер повел меня вниз по коридору. Мы повернули налево и подошли к темной деревянной двери. Бакстер открыл ее своим ключом, и я увидел за ней маленький, обитый тканью лифт.

– Входите, – пригласил Бакстер.

Движения не ощущалось, слышно было только мягкое гудение мотора где-то под полом. В лифте были скамейка и пепельница, стены и потолок выложены квадратиками из красной бархатистой ткани. В каждом квадратике вальсировала пара – мужчина и женщина, одетые в костюмы французских придворных. При виде подобной роскоши мое сердце учащенно забилось.

У дверей лифта нас встретил маленький рыжий человечек в желтовато-коричневом костюме и простой белой рубашке с расстегнутым воротом. Сначала я решил, что это слуга мистера Картера, но вскоре убедился, что, кроме нас, в комнате никого нет.

– Мистер Роулинз? – Он тронул пальцами редеющие волосы и пожал мне руку. Рукопожатие было мягким, как бумага. И сам он, маленький и тихий, походил больше на ребенка, чем на мужчину.

– Мистер Картер, я пришел рассказать вам...

Он поднял руку и покачал головой. Затем повел меня через большую комнату к двум розовым кушеткам перед его столом, по цвету и форме походившим на рояль. Парчовые занавески были раздвинуты, из окна открывался вид на горы за бульваром Сансет. Мне подумалось, что от вице-президента до президента долгий путь. Мы сели на одну из кушеток.