Чтение онлайн

– Никто не вытягивал его на встречу, используя систему ФОМД, – продолжал Ганс. – Ведь было бы крайне легко засадить его обратно за решетку до конца жизни – нужно было лишь поймать порнодельца на нарушении условий досрочного освобождения; а поехав в Вашингтон, он уже их нарушил.

– Причем он отправился бы прямиком в тюрьму, безо всякого суда, – пробормотала Кейт, сидя рядом с Диллоном с чашкой горячего кофе в руках.

– Его хотели именно убить, – сказал доктор, – а не отправить обратно за решетку.

– Но это все равно не объясняет, почему они вытянули его сюда и не пристрелили в Колорадо, – сказал Шон.

– Сегодня утром Ной выяснил, что Ральстон летал в Сиэтл за три дня до прибытия Мортона в Вашингтон, – сказал Ганс.

Детектив непонимающе смотрел на него.

– А что важного в Сиэтле?

– Именно туда Адам Скотт и Мортон отвезли Люси после того, как похитили ее, – сказал Диллон. – На остров неподалеку от Сиэтла.

Шон почувствовал, как сердце похолодело у него в груди.

– Что ему там было нужно?

– Мы не знаем, – ответил Ганс, – но наш человек в Сиэтле уже этим занимается.

Роган подошел к кухонной стойке и вновь наполнил свою чашку, хотя никогда не любил кофе. Ему нужно было чем-то занять себя, чтобы не помчаться скорее к Люси, чтобы забрать ее с работы.

– А почему просто не пригласить Фрэн Бакли в комнату для допросов и не задать ей все интересующие вас вопросы? – спросил Шон, чувствуя, что теряет терпение от гадания на кофейной гуще и неполноты информации. – Мы знаем, что она замешана в преступлениях. Я просто не могу поверить в то, что семь насильников – а включая Мортона, восемь – были убиты без ее малейшего ведома.

– Согласен, – сказал Ганс, – но мы не знаем масштабов этой группы мстителей и не знаем, кто в ней Фрэн – главарь или рядовой член. Если возьмемся за нее слишком рано без твердых доказательств, спугнем всех остальных. Нам нужно нечто большее…

– Например, что? – прервал его Шон.

– Например, связь директрисы с жертвами.

– Где ее личное дело из ФБР? – нахмурился Роган и посмотрел Диллону через плечо.

– Я до него еще не дошел.

– Фрэн на пенсии. Уверен, что она до сих пор общается с агентами. В какой группе директриса работала?

– Откуда ты знаешь так много про ФБР? – спросила Кейт, забирая папку у Диллона.

– Дюк женат на специалисте из подразделения по борьбе с внутренним терроризмом. У Джека жена тоже федерал. У нас в «РКК» работает несколько бывших федералов – из ФБР, службы по борьбе с наркотиками, разведслужб. Ну а я просто нахватался разного в их обществе.

– Дама ушла на пенсию десять лет назад, – сказал Диллон. – На пять лет раньше срока.

– Но она отслужила двадцать лет. Такое часто бывает, – пояснил Ганс.

– Кейт, ты знала Фрэн, пока она еще работала в Бюро?

Донован покачала головой:

– Мы работали в разных сферах – я провела в Вашингтонском полевом офисе все шесть лет, пока не пришлось уйти в подполье. – Кейт полистала личное дело Фрэн. – Она три года проработала в Филадельфии, десять лет – в Ричмонде, а последние семь лет – в Бостоне в ранге старшего специального агента… Черт меня побери! – вдруг воскликнула Кейт, перестав листать страницы.

Шон заметил, как кровь отлила от ее лица. Она дрожащими руками передала папку с личным делом Диллону.

– Посмотри на то, что она выкинула в Ричмонде прямо перед уходом на пенсию. Вот и нашлась связь!

Шон снова заглянул Диллону через плечо, не видя ничего очевидного.

– Да что там?

Кейт немигающим взглядом смотрела на Ганса.

– Я не знала, что Мик Мэллори был в Ричмонде.

– Кто такой Мик Мэллори? – начал терять терпение Шон.

– Даже не знаю, с чего начать, – сказала Донован.

– Он работал под прикрытием в «Трэск энтерпрайзес» на одного мерзавца из ФБР. Под глубоким прикрытием. Стал одним из них.

Кровь застыла в жилах Шона.

– Хочешь сказать…

– Он зашел слишком далеко, когда не сдал Трэска, хотя имел для этого все возможности, – его босс хотел заполучить очень специфическую информацию, и Мэллори находился под огромным давлением. Будучи действительным агентом, он под глубоким прикрытием принимал участие в совместной операции ФБР и службы по борьбе с наркотиками. Его легенду раскрыли, и бандиты убили его жену и маленького сына.

Поначалу Шон услышал нотки сопереживания и понимания в голосе Диллона, но они быстро исчезли.

– Мэллори потерял все, что было ему дорого, его отправили в принудительный административный отпуск, но он просто не мог забыть того, что произошло, – продолжал Диллон. – Мужчина отправился по следам убийц и устроил настоящую бойню. В результате два агента получили серьезные ранения, а все подозреваемые были убиты. Информация об их деятельности, которая была нужна ФБР и агентству по борьбе с наркотиками, умерла вместе с ними. Мэллори потерял работу и залег на дно, пока его снова не завербовали для проникновения в «Трэск». Он готов был на все, потому что хотел посадить Трэска и его подельников за решетку или отправить на тот свет. И ублюдок Меритт воспользовался им! – Диллон в приступе бессильной злобы ударил кулаком по столу.

Шон никогда не видел Кинкейда таким взбешенным. Он невольно отступил в удивлении, а Кейт положила руку ему на плечо.

– Не надо, – сказала она тихо.

– Меритт мертв, – сказал Ганс. – Не то авария, не то самоубийство – спустя полгода после того, как вся операция провалилась. Он оставил подробные записи всего, что делал и что заставлял делать Мэллори. Мика признали страдающим маниакальной депрессией и склонным к суициду и на восемнадцать месяцев отправили в психлечебницу.

– Прекрасно. Сначала Мортон садится на какие-то шесть лет в федеральную тюрьму, потом этого урода Мэллори отправляют в психушку… Похоже, всем глубоко наплевать на гибель людей.

Шон никогда не понимал систему уголовного правосудия. Как правило, жизнью рисковали вовсе не те, кто превращал реальность в королевство кривых зеркал, – политики и адвокатишки. Полиция исправно делала свою работу, но вопрос, отправится человек за решетку или нет, решался путем сделки.

– Когда Трэск узнал, что Мэллори отправил мне информацию о том, где содержалась Люси, его попытались убить, – сказала Кейт.

– Хочешь сказать, этот парень сидел сложа руки, пока над Люси измывались? – Роган никогда не чувствовал такой жгучей, всепоглощающей ярости.