Чтение онлайн

Спецодежда для вскрытия герметично защищает тело эксперта, поэтому на улице мы быстро вспотели, однако яркое солнце позволяло хорошо рассмотреть повреждения на теле девочки.

– Левая сторона имеет признаки трения, на нижней части лица есть рваная рана, нижняя челюсть сломана, – сообщил Дабао. Стоящая рядом Хун лихорадочно за ним записывала.

– Это самые типичные травмы при ударе о землю. – Я влез зажимом в рваную рану в нижней части лица трупа, чтобы получше осмотреть перелом челюсти. – Сначала земли коснулся подбородок, и только потом левая сторона проехалась по дороге.

– Множественные переломы ребер с двух сторон, – надавливая на грудную клетку, сообщил Дабао.

– Нужно знать вид перелома, чтобы с уверенностью проводить вскрытие, – ответил я.

Дабао снова посмотрел на тело целиком, после чего начал рассматривать руки малышки.

– Давайте сначала закончим поверхностный осмотр. На ладонях и внутренней стороне плеча тоже есть ссадины от трения. – Дабао остановился на мгновение. – Все это соответствует ранам, возможным при ударе о землю на большой скорости. Все повреждения вызваны трением.

– Очевидно, скорость была не низкая, – согласился я.

– На пальцах ног тоже есть ссадины. – Дабао снял с девочки сандалики и посмотрел на подъем стопы. – Здесь тоже есть – на ногте большого пальца левой ноги видны царапины.

– Верхняя часть тела пострадала сильнее нижней – значит, она приземлилась головой и грудью. – Я открыл ее правое веко. – У нее огромный синяк под глазом.

Синяк под глазом образуется из-за застоя крови в области глаза, чаще всего не от удара, а от перелома основания черепа.

Я аккуратно постучал щипцами по маленькой голове девчушки. Послышался глухой звук «хлоп-хлоп», похожий на трение двух половинок разбитой банки – это один из методов определения перелома основания черепа в нашей практике.

– Судя по всему, голова тоже вся в травмах, но они надежно спрятаны под длинными волосами ребенка. – Я попробовал откинуть волосы, чтобы рассмотреть кожу головы, но они были слишком густыми.

– Ну… волосы мы сбрить не можем, – ответил Дабао. – Пока что все травмы соответствуют ДТП.

– Да-а… Кровавые ссадины, серьезные травмы внутри, легкие снаружи – и все сосредоточены на одной стороне тела. К тому же такие ссадины могли образоваться только из-за трения на большой скорости. Это точно не мог сделать человек.

– Если нет никаких оснований для возбуждения уголовного дела, – начал Дабао, – и это действительно ДТП, мы не имеем права проводить вскрытие и брить волосы без согласия семьи.

Я присел на корточки, смыл грязь с перчаток в тазу и сказал:

– Давайте разденем ее; может, получится найти еще какие-нибудь зацепки.

Только когда мы осмотрели ее зубы, поняли, что ей было намного меньше четырнадцати лет, но физически, как оказалось, она вполне переросла этот возраст. Мы аккуратно сняли с нее одежду и разделились: я разглядывал одежду, а Дабао – тело.

Девочка была одета в синюю блузку с дыркой на спине, которая образовалась из-за удара о выступающий твердый предмет; на трупе в этом месте также находилась царапина. Это говорит о том, что направление внешней силы было параллельно вертикальному положению тела девочки, поэтому одежда пострадала сильнее. Ее джинсы тоже порвались – трудно сказать, из-за ДТП это было или по велению моды. Бюстгальтер и трусы остались целыми.

– Половые пути сухие, без повреждений, девственная плева давно дефлорирована, – донеслось от Дабао, пока я осматривал одежду. Я покачал головой.

Примерно через полтора часа мы оба уже обливались потом. Казалось, мы чувствуем запах собственного копчения.

– На этом всё, – заключил Дабао. – Похоже, это ДТП, сестрица была права.

Хун с облегчением улыбнулась.

– Наверняка водитель был пьяным в дрова – даже не заметил и не затормозил… – Я осматривал спереди и сзади левую руку подростка.

Хун кивнула. Так часто случается. Каждый год к нам на столы попадают дела, заведенные по причине вождения в нетрезвом виде, но все равно находятся люди, которые недостаточно серьезно относятся к чужой и своей жизни.

– Постойте, а это что за раны? – неожиданно воскликнул я.

Расслабленная до этого атмосфера резко стала тревожнее. Все склонились над местом, где я останавливал кровотечение. На тыльной стороне ладони между большим и указательным пальцем я обнаружил больше дюжины мелких и плотных повреждений. Из-за того, что эти раны плавно перетекали в ссадины на ладони, мы не сразу их заметили, но при более детальном изучении становилось очевидно, что они совершенно иного рода.

Даже если вы только начали свой путь в судмедэкспертизе, вне сомнений, вы легко сможете узнать однонаправленную бороздку крошечных ссадин в форме полумесяца – это следы от ногтя.

– След от ногтя? – удивился Дабао. – Ну и что? Было бы из-за чего так пугать…

– Нет, – я покачал головой, – это все объясняет.

Растерянные глаза коллег вызвали у меня улыбку.

– Смотрите: след от ногтей направлен во внутреннюю часть ладони – самостоятельно такую рану невозможно нанести. При этом ранка не успела зарубцеваться.

– Понял, – осенило Дабао. – Эта повреждение появилось незадолго до смерти девочки, иначе рана быстро затянулась бы в такую жару.

– Жаль, точных исследований о царапинах такого рода не существует, – заметил я. – Мы не можем определить точное время, но я думаю, что это заняло бы не более получаса.

– Полчаса? – подумала вслух сестрица Хун. – Довольно подозрительно. Ее поцарапали, не прошло и получаса, и она умерла… Хоть эта рана и не имеет прямого отношения к смерти ребенка, но тот, кто ее поцарапал, скорее всего, знает, как она умерла.

– Верно. Хотя у нас и нет доказательств, подтверждающих это, но мы точно можем сказать, что погибшая с кем-то подралась перед смертью. Возможно, нам стоит поискать под ее ногтями образцы ДНК обидчика.

– А разве мы не можем теперь начать вскрытие? – У Дабао чесались руки.

Хотя я, как судмедэксперт, прекрасно понимал коллегу – найдена зацепка и хочется побыстрее узнать больше, – но все равно пристально на него посмотрел:

– Сначала узнай, кто она. Как ни крути, а труп все равно никуда не убежит.