Современный зарубежный детектив-9. Компиляция. Книги 1-20
Шрифт:
Уголки рта Шуй Ляна дернулись, но через мгновение он вернул себе прежнее спокойствие и лишь слегка поменял позу, в которой сидел на стуле.
– Раз уж не хочешь говорить ты, то за тебя это сделаю я. Ты начал убивать людей в девятнадцать лет и продолжал до двадцати трех. Свои преступления ты совершал в городе Юньтай, в уездах Юнь и Лунду. Ничего сложного: затаиться в укромном месте и высматривать симпатичных одиноких девушек, после чего дождаться удобного случая, схватить их, связать, изнасиловать, а потом убить. Вероятно, ты даже не догадываешься, что твоя особая манера завязывания узлов стала для нас путеводной звездой на пути к тебе…
Шуй Лян несколько раз подряд нервно зажмурился, после чего шмыгнул носом.
Я продолжил:
– У тебя были проблемы с эякуляцией; она была ретроградной, поэтому мы никак не могли тебя поймать. Ты успокоился, когда встретил свою жену, и перестал совершать убийства. Благодаря ее богатству твоя жизнь значительно улучшилась; ко всему прочему она еще и хороша собой, поэтому тебе хотелось забыть о своем греховном прошлом. Но ты не знал, что больше не можешь себя контролировать.
Губы Шуй Ляна снова задрожали.
Я начал приближаться к кульминации:
– Когда твоя жена забеременела и тебе пришлось воздерживаться, желание совершить еще одно преступление нарастало – и ты не мог противиться этому искушению. Как всегда, связал жертве руки своим привычным узлом, но, к нашему счастью, внутри убитой остались следы твоей спермы. Ты ведь думал, что и в этот раз все обойдется, но тебе даже было невдомек, что ты оставил неопровержимое доказательство своей вины! Скажи, тебя по ночам не мучают кошмары? Помнишь ли ты лица девушек, которых так жестоко убил? Они, между прочим, были такими же живыми людьми, как твоя жена!
Дрожащими руками Шуй Лян взял стакан воды, но не сумел сделать и глотка.
– Хватит! Хватит… это я сделал. Давайте, расстреляйте меня.
– Не смей сомневаться в нашей полиции! – заорал начальник Хуан. – Ты можешь скрываться от нас какое-то время, но не всю жизнь! Я повторю, тебя схватили не просто так, у нас есть основания! Думаешь, мертвые не могут говорить?.. Мы прислушиваемся к безмолвным показаниям. Идеальных преступлений не существует, даже если у тебя прекрасное чутье и врожденные способности. Раз уж ты совершил преступление, будь добр понести суровое наказание!
Шуй Лян опустил голову и снова замолчал.
Я не стал слушать весь допрос. Достал мобильный и набрал Линдан:
– Убийца твоей младшей сестры признался. Криминальная полиция Юньтая справилась.
В трубке повисло долгое молчание, сменившееся рыданиями.
– Помнишь, во время ареста Шуй Лян два раза выкрикнул слово «бадья»? – спросил я Хуана.
Начальник кивнул:
– Припоминаю. Я тогда сконцентрировался на задержании, не до бадьи было…
– Никогда не поздно провести обыск, – сказал я. – Нужен ордер.
…Дверь нам снова открыла та же самая домработница с тем же самым выражением ужаса на лице. Она наблюдала, как мы, держа чемоданчики, все вместе заходим внутрь. Осмотрели ванну и раковины, потом перешли в кухню и во двор в поисках всего, что можно было назвать «бадьей», и даже использовали тетраметилбензидин для поиска скрытой крови, но, к сожалению, ничего не нашли.
Вдруг меня осенило: это же двухэтажная вилла! На втором этаже наверняка тоже есть ванная комната.
Я поднялся на второй этаж и зашел в спальню. В розовом свете мелькнула длинноволосая фигура. От неожиданности я испугался и чуть не выронил свой чемоданчик.
Молодая женщина расчесывала волосы у туалетного столика.
– Прошу вас сотрудничать со следствием. – Я знал, на что способна эта особа, поэтому сразу же предъявил ордер.
Молодая жена медленно повернула голову, продолжая красить губы. На ее лице не осталось и следа прежней истерики. Сейчас она выглядела совсем иначе. Почему-то ее бледное лицо наводило на меня жуть.
– Начальник отделения Цинь Мин, конечно, я буду сотрудничать с вами, – шепнула она почти мне на ухо, грациозно подойдя вплотную. – Я обязательно хорошенько посотрудничаю со всеми вами…
Договорив, женщина исчезла в темноте коридора второго этажа.
Пришла моя очередь не понимать, что происходит.
Откуда она узнала мое имя? Должность? Что она задумала?
Эилог. Часть вторая
«Имя похоти»
Так между желанием и удовлетворением протекает всякая человеческая жизнь. Желание по своей природе – страдание; удовлетворение скоро насыщает, цель оказывается призрачной, обладание лишает прелести, в новой форме появляются опять желание и потребность, а если нет – наступает пустота и скука, борьба с которыми так же мучительна, как и с нуждой.
Меня зовут Шуй Лян. Двадцать семь лет. Безработный. Правда, это не значит, что у меня нет работы. Моя задача – помогать семье Ван с их внуком. Все верно, с «их» внуком, ведь я приживала. Мой сын носит фамилию Ван, а не Шуй.
Но мне все равно, потому что мой сын станет наследником компании семьи Ван. Он родился с золотой ложкой во рту и с самого детства катается как сыр в масле. Когда он вырастет, ему будут чужды земные трудности. Этого достаточно, и неважно, какая у него фамилия.
Конечно, если б семья Ван не оплатила дорогостоящее лечение, то я не смог бы зачать сына и мне было бы суждено умереть в полном одиночестве. Последние пару лет я жил как в сказке: у меня были жена, ребенок, вилла и спортивный автомобиль. Все это казалось мне чем-то далеким – и все же происходило со мной, я жил такой жизнью. Иногда я задавался вопросом: неужели все мои грехи прощены?
Мир полон людей. Как мне кажется, большая их часть проживает самую обычную жизнь. Крестьяне, мелкие предприниматели, офисные работники – все они настолько скучные, что в свои тридцать лет выглядят на все семьдесят. Даже вы, сотрудники полиции, вряд ли сможете насладиться жизнью, полной взлетов и падений, как у меня.
Я всегда считал, что отсутствие стабильности делает жизнь яркой. Не имеет значения, чьи эти богатства, – просто пользуйся ими и наслаждайся. Но теперь, перед лицом смерти, я осознал, что дороже жизни нет ничего на свете. Я отдал бы что угодно, лишь бы прожить еще хотя бы десять лет, даже если придется снова стать нищим.
Но теперь это кажется мне несбыточной мечтой…
Находясь в заключении, я много думал. Если б я не убил ее год назад, поймали бы вы меня? Это риторический вопрос, я знаю, что вы ответите: «У правосудия длинные руки». Я и сам понимаю, что это лишь вопрос времени.