Чтение онлайн

– Да, у смерти, похоже, какая-то особая страсть к моей семье, – сказала я. – Люди просто один за другим меня покидают. Ну, с мамой меня хотя бы за несколько лет предупредили. А вот с папой это были буквально считаные недели. Как гром среди ясного неба.

Тони кивнул.

– Представляю, как это ужасно. Наверное, у вас было ощущение, что это конец.

– Да, ужасный, огромный конец, – сказала я и даже не сразу поняла, что произошло, пока не увидела, с каким неописуемым ужасом оба на меня смотрят. – В смысле, да, это было ужасно, – спохватилась я и принялась изо всех сил тушить краску, вспыхнувшую на обеих щеках. Затараторила, надеясь как-то исправить ситуацию. – Настолько ужасно, что я несколько недель не могла прийти в себя. Двор перед домом был весь забит фотографами, как будто я какая-нибудь звезда, и от этого, конечно, было только тяжелее. Не самый удачный способ прославиться.

Лысина в центре головы Тони сияла жирноватым оттенком красного. Я отчетливо представляла себе, как шестеренки под ней скрипят и приговаривают: «Только бы не заржать, только бы не заржать, карьере конец, карьере конец, мертвые дети, мертвые дети!»

Остаток этой части беседы Кэролайн пришлось провести одной, и камера неподвижно сфокусировалась на ее твердокаменном выражении лица.

– Но ведь сейчас у вас все благополучно, правда?

Было очевидно, что ей отчаянно хочется немножко счастливого финала после всего этого мрака и огромных концов, летающих в здешних пошловатых декорациях. Поменьше треска черепов, побольше неприкрытой радости.

– Ведь теперь у вас есть прекрасный бойфренд и блистательная работа в журналистике?

– О да, вы прямо в точку. У меня все просто… потрясающе.

Журналистика? Так это теперь называется? Да, Кэролайн, у меня все просто потрясающе: моя журналистская карьера ограничивается приготовлением кофе и набором результатов игры в кегли, мой роман отвергли все литературные агентства и издательства страны, мой бойфренд крутит роман со спермоглотательницей по имени Лана, я каждые двадцать пять минут думаю о том, как бы кого-нибудь убить, ненавижу всех своих подруг и только что выставила себя круглой идиоткой на национальном телевидении. Да, крошка, я в шоколаде.

Видя, что никакой новой информации из меня не вытянешь, она посмотрела на меня так, будто я девочка-гот с проколотым клитором, которая объявила, что выходит замуж за ее сына. По-моему, она начинала жалеть, что тот молоток не проломил мне лобную долю поконкретнее.

– А каково это – выйти в финал конкурса «Женщины нашего века»?

Я улыбнулась.

– Ой, это, конечно, восторг. И невероятная честь для меня. Я с таким нетерпением жду сегодняшней церемонии, ведь там будет столько удивительных людей.

Я увидела себя на мониторе. Надо все-таки поработать над улыбкой. Она такая же деревянная, как буфет моей бабушки.

Тони к этому времени уже взял себя в руки, хотя лицо у него по-прежнему было довольно красное.

– Ваш молодой человек, наверное, гордится вами? – спросил он и посмотрел на меня эдак блудливо. И хотя это нельзя назвать телесным контактом, ощущение было такое, будто он повозил своим огромным концом мне по лицу.

– Да, он очень рад.

– Как его зовут? Помашите ему, скажите привет!

– Крейг, – ответила я и посмотрела в камеру. – Привет, Крейг.

Я представила, как они с Ланой машут телевизору из недр нашей кровати, где лежат в посткоитальной липкости, покуривая косяк за косяком.

– О, это так мило! – пропела Кэролайн. – Ну что ж, желаем вам удачи в сегодняшнем состязании, Рианнон. Мы будем за вас болеть, можете не сомневаться.

Было очевидно, что мое интервью они максимально урежут. Придется воткнуть на освободившееся место еще немного рекламы диванов.

– Да, большое спасибо, Рианнон, – сказал Тони и по-стариковски мне подмигнул, а я рискнула в последний раз глянуть на его опасно натянувшийся шов. Пока я не смотрела, анаконда, похоже, родила.

– Спасибо, что пригласили, – ответила я с уверенной улыбкой.

Кэролайн и Тони повернулись к камере.

– Увидимся после перерыва и поговорим о резко возросшем количестве скачиваний интернет-порно воспитанниками детских садов; шеф-повар и обладатель звезды Мишлена Скотти Кэллендар будет ждать нас на кухне с кишем «Три сыра»; и, возможно, у нас останется время поболтать с этими ребятами…

Откуда-то сзади на диван шлепнулось четверо предпубертатных мальчиков-подростков, до смерти меня напугав и опрокинув миску с круассанами, стоявшую на столике.

Когда их фронтмен и официально самый симпатичный из четверых, Джоуи, извинился и поцеловал Кэролайн в щеку, она захихикала как сумасшедшая.

– Да, «Бойтокс» – бойз-бэнд, родившийся на YouTube. В настоящий момент они берут приступом весь мир и сегодня пришли к нам рассказать о своем мировом турне, билеты на который полностью распроданы. Увидимся через три минуты! – сказала она в камеру, театрально обмахиваясь рукой.

Саксофонная музыка просигнализировала о том, что наш сюжет закончен, и мне показалось, будто вся студия выдохнула с облегчением.

Рядом со мной сел самый юный член «Бойтокса», в очках, пованивающий «Эмпорио Армани» и наверняка первый из четверых, кто признается, что он гей. Он приобнял меня изрядно татуированной рукой и сказал:

– Классное интервью. Так круто, что ты, типа, не умерла и все такое.

Я бы с радостью убила их всех, одного за другим, прямо здесь, на банкетке цвета фуксии.

В общем, я не выиграла. Меня разгромила в лепешку Малала. А, ну и да, там еще были второе и третье места, и их я тоже не заняла. На втором месте оказалась какая-то женщина, больная раком, а мать-опекунша отхватила бронзу. Талибан [732] обошел рак. Рак обошел маньяка, размахивающего молотком. Получается, что в плане героизма я так себе фигура, не выдающаяся. Правда, моя фотография появится в журнале «Расслабься» наряду с остальными номинантками, но получается, если ты единственный ребенок в детском саду, который ухитрился не умереть от удара молотком по башке, то что в этом вообще такого?

Церемония проходила в огромном шикарном отеле в Сохо. Я вообще не мастер трепаться в светском обществе, поэтому просто стояла в углу и таращилась в телефон, набивая рот зелеными оливками, чтобы ни с кем не надо было разговаривать.

А вот когда наутро пришла на работу, это было совсем другое дело. Тут уж меня понесло – не остановить. Наплела, что мы сделали селфи с Гэри Барлоу и какой-то шлюхой из «Свободных женщин» [733] (снимались на ее телефон, а то бы я обязательно показала). Что слышала, как какой-то футболист зажал в туалете участницу реалити-шоу «Единственный путь – это Эссекс». Что два звездных стилиста занюхивали в баре кокаин. Что ведущие передачи про дикую природу поссорились из-за арахиса. Что такой-то актер споткнулся о чье-то платье от Гуччи, а такая-то актриса до того неуклюже рухнула в такси, что все увидели ее промежность.