Чтение онлайн

— Что я здесь делаю? — вызывающе спрашивает Грей, встав передо мной. — Я здесь живу, придурок. Что тут забыл ты?

— Грей, вернись в дом, — произношу я, обхожу брата и, упершись ладонями в его грудь, подталкиваю в сторону двери. Он окидывает меня взглядом, в его глазах появляется осознание.

— Не из-за него ли ты прорыдала все выходные? — Он злобно глядит на Тайера поверх моей головы. — Черт возьми, ты посмел притронуться к моей сестре?

— Ты убил моего брата. По-моему, вполне честно, что я трахнул твою сестру.

— Тайер! — выпаливаю я. О чем он только думает? Унижение растекается по телу, лицо становится горячим. Грей пользуется моим ошеломленным состоянием, протиснувшись мимо, и, судя по выражению лица Тайера, это именно то, на что он рассчитывал.

Грей заносит кулак, но Тайер опускает плечо, уклонившись от удара, и валит брата на газон. Он отводит кулак, прежде чем ударить Грея в лицо, другой рукой схватив его за ворот рубашки.

— Тайер, прекрати! — я сбегаю по ступеням и висну на руке парня, но он с легкостью отталкивает меня.

— Твою мать, я не убивал его, — рычит Грей.

Тайер наносит еще один удар, прежде чем Грей каким-то образом оказывается сверху. Они представляют собой хаос из локтей и кулаков, когда по очереди избивают друг друга до крови. Если это в ближайшее время не прекратится, кто-то может серьезно пострадать. Я бегу обратно в дом, хватаю телефон с кровати и звоню Холдену.

— Это было быстро…

— Холден, приезжай как можно скорее. Грей здесь. — Это все, что я произношу в трубку.

— Ублюдок. Уже еду.

Я бросаю телефон и снова выбегаю на улицу.

— Я слышал тебя! — кричит Тайер, обрушив очередной кулак на лицо брата. Кажется, что Грей потерял сознание, его глаза на секунду закатываются, прежде чем он, кажется, снова приходит в себя. — Я, мать твою, все слышал. Ты был с ним, когда он умер.

Что?

Тайер заносит локоть, словно он снова собирается ударить брата, но я не думаю, что Грей выдержит еще один удар.

— Тайер! — мой гортанный крик наполнен отчаянием. Он удивляет даже меня саму, но я, наконец-то, привлекла внимание парня. Он смотрит на меня через плечо, кулак поднят, грудь часто вздымается.

— Прошу тебя, остановись. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, — плачу я. — Он мой брат, — мой голос слаб и срывается на последнем слове.

Тайер отпускает Грея и, пошатываясь, поднимается на ноги как раз в тот момент, когда «Рендж Ровер» Холдена влетает на подъездную дорожку. Он выпрыгивает, разглядывая развернувшуюся перед ним сцену с убийственным выражением лица.

Тайер наклоняется, чтобы схватить Грея за рубашку и поднять его на ноги.

— Садись в гребаную машину.

— Тайер, не надо.

— Я не собираюсь бить его. — Должно быть, мое лицо выражает полное отсутствие веры в его слова. — Больше, — запоздало добавляет он. — Сегодня вечером это дерьмо должно закончиться.

Грей вытирает рукой окровавленный рот, затем сплевывает на газон.

— Согласен. — Он неторопливо подходит к «Роверу» Холдена и залезает на заднее сиденье. Вместо того чтобы поехать на «Хэллкете», Тайер усаживается впереди рядом с Холденом.

Если они считают, что я позволю Грею одному войти в логово льва, то крупно ошибаются. Прежде чем Холден успевает отъехать, я подбегаю, запрыгиваю на заднее сиденье и закрываю дверь. Глаза Тайера встречаются с моими, и если бы я не знала его лучше, то подумала бы, что они полны раскаяния. Но потом он отворачивается, глядя в лобовое стекло.

— Испачкаешь кровью мои сиденья, и я закончу начатое, — произносит Холден, а затем нажимает на газ, направляясь в Уиттмор.

Сказать, что это неловко, было бы большим преуменьшением. Тайер и Холден стоят на одной стороне бильярдной, скрестив руки на груди, а Грей — на другой. Я стою посередине, прислонившись к бильярдному столу. Напряжение в комнате практически ощутимо. Это первый раз за последний год, когда мы все вместе находимся в одной комнате. Мой желудок скручивается в узел, потому что я понятия не имею, чего ожидать.

— Говори, — произносит Холден, нарушая молчание.

— Я не убивал Дэнни.

— Но ты был там в день его смерти, — лишенным эмоций голосом отвечает Тайер.

Грей шумно втягивает воздух, а затем протяжно выдыхает через нос.

— Да.

Мой рот распахивается, голова резко поворачивается в сторону брата.

— Что? — сдавленным шепотом спрашиваю я. Я верила ему. Защищала его. Как он мог держать это в тайне?

Грей смотрит на меня, в его взгляде читается раскаяние, но потом снова поворачивается к Тайеру и Холдену.

— Я должен был встретиться с ним у водопадов, но обнаружил его на берегу. Так что да, я вызвал гребаных копов, чтобы спасти его. — Он стискивает челюсти. — Но я опоздал.

— Это бессмысленно. Почему ты сразу не сообщил об этом? — в замешательстве спрашиваю я. Мне хочется ему верить куда больше, нежели остальным в этой комнате, но что-то не сходится.

— Я ждал «скорую». Даже пытался сделать ему искусственное дыхание, черт возьми. Но Самюэл добрался до места раньше «неотложки».

— Мой дядя? — спрашивает Холден, в его голосе явно слышится недоверие.

Грей кивает.

— Он сказал, что мне лучше уйти, пока не появился кто-то еще. Сказал, что никто и ни за что не поверит, что я просто наткнулся на тело Дэнни, и меня отправят за решетку. Я предупредил его, что уже вызвал копов, и он ответил, что обо всем позаботится. Но полиция прибыла прежде, чем я успел уйти. Они засыпали меня вопросами, как будто я и вправду был сраным убийцей. В этот момент я понял, что Самюэл был прав. Они считали, что я преступник, и у меня не было никакого способа доказать обратное.

— Но запись того звонка хранилась у моего отца, — говорит Тайер. — Он знал, что звонившим был ты. Зачем ему из кожи вон лезть, чтобы защитить тебя?

— Потому что он мой сын.

Голос Августа заставляет меня подпрыгнуть. Требуется секунда, чтобы до меня дошли его слова, но когда они находят свою цель, мой мир поворачивается с ног на голову. В ушах звенит, и голова начинает кружиться. Нет. Нет. Я смотрю на Тайера, который выглядит примерно таким же испуганным, как и я. Это неправда. Это не может быть правдой. Но когда я замечаю, как лицо Грея ожесточается от презрения, то понимаю, что это так. Постепенно все начинает вставать на свои места. Желудок скручивает, и начинает казаться, что меня сейчас стошнит.