Чтение онлайн

— Ты должен научить меня так делать.

— Конечно, — сказал он смиренно. — Я привязан к этому месту, чтобы сообщать и защищать. Но я все еще не понимаю, почему мы это делаем.

Опустив взгляд, Марси тоже не понимала.

— Я не понимаю этого, — сказала она, глядя на город. — Это просто СЗД.

— Именно, — сказал Ворон, прыгнул на плечо Призрака, и другой дух не возражал. — Это просто СЗД. Никаких машин. И людей. Ничего.

Он был прав. Чем дольше Марси смотрела, тем страшнее была картинка. Не было автоматических такси, дронов доставки, даже людей на тротуарах. В городе, который почти не замирал, когда Трех Сестер убили в небе над ним, пустота была неправильной, но, когда Марси взглянула на Ворона, чтобы задать вопрос, ответ нашел ее:

— ПРОЧЬ!

Слова прогремели из земли. Они разнеслись эхом по городу, в реве был гнев, окна ломались, как и колонны, поддерживающие Небесные пути. Это уже ужасало бы, но в тысячу раз хуже было то, что Марси узнала голос.

— Это…

— Да, — сказал Ворон. — Это дух СЗД. Та, которую гений привязал и наполнил моим заклинанием, потому что он не мог вынести мысль, что кто-то другой станет Мерлином.

— Нет, — Мирон кивнул на Марси. — Я не мог дать ей стать Мерлином. Я все еще так думаю, ведь ее план только ускорит магический апокалипсис, а не спасет от него.

— Поздравляю. Ты ее опередил, — каркнул Ворон, кивнув головой на город. — Из-за тебя вырвался сформированный и разъярённый Смертный Дух. Она еще не сжигает все, потому что Алгонквин подавляет ее, но это не продлится долго, потому я тут.

Амелия повернула к нему голову.

— Я думала, ты был тут, потому что я попросила.

— Я всегда рядом для тебя, моя дорогая змейка, — сказал Ворон. — Но это чуть важнее старых симпатий, — он повернулся к Марси после этого. А потом, к ее удивлению, он опустил голову, кланяясь так, что его клюв коснулся камня.

— Я пришел от всех духов попросить Мерлина о помощи, — тихо сказал он. — В своем страхе Алгонквин использовала духов земли, которые боялись перемен, наполнить СЗД д краев. Потому новорожденный Смертный Дух наполнен старым гневом земли. Понятно, что ситуация опасная, и хуже стало от приказа Алгонквин эвакуировать СЗД.

— Как от эвакуации могло стать хуже? — спросила Марси. — Я удивлена, что Алгонквин переживает за людей.

— Это не для спасения людей, — сказал Ворон. — СЗД — дух города. Ее инстинкт — защищать ее население, потому что люди — душа города. Без них СЗД пустая не только в очевидном плане. У нее нет якоря, только гнев и страх духов, которыми ее наполнила Алгонквин, и без помощи Мерлина, который мог бы ее успокоить, она быстро выходит из-под контроля. Алгонквин умудрялась сдерживать ее из-за плагиата Мирона на заклинание, которое я создал для Эмили, но СЗД — Смертный Дух. Она куда сильнее Хозяйки Озер. Даже моя гениальность не может выдержать такую разницу в силе. Если мы чего-нибудь не сделаем вскоре, она вырвется, и когда она сделает это, она уничтожит Алгонквин и, возможно, свой город.

— Спасение СЗД очевидно, — согласилась Марси. — Но почему ты переживаешь о том, что она уничтожит Алгонквин? Я думала, вы ненавидели друг друга.

— Это сейчас не важно, — сказал Ворон. — Что бы ни случилось, мы не можем дать Алгонквин поверить, что она проиграла, — он повернулся к Широ. — Покажи нам озеро.

Шикигами не двигался. Только когда Марси махнула ему слушаться, он тряхнул веером, повернул окно круга наблюдения к озеру под белой башней Алгонквин. Над ним парила тень.

— Ого, — прошептала Марси, ее глаза были огромными.

Она знала, конечно, на что смотрела. Левиафан Алгонквин был почти так же знаменит, как Хозяйка Озер, и Марси близко его узнала, когда была в плену у Алгонквин. Но монстр, парящий в воздухе над озером Сен-Клер, был во много раз больше, чем тот, с которым они боролись на Земле Восстановления. Даже со щупальцами, проникающими в воду озера, уровень которого был ниже, чем раньше, вершина его скругленной спины, напоминающей жука, была над суперскребами Небесных путей.

— Ого, он прокачался.

— Нет, — сказал Ворон, обычно шутливый голос был мрачным. — Он просто уже не скрывает свою истинную природу, а это знак, что ситуация критическая.

Марси бросила на него взгляд.

— Смертный Дух города сошел с ума, а ты переживаешь из-за Левиафана?

— Да, — его когти сильнее сжали плечо Пустого Ветра. — Помнишь, что мы обсуждали на самолете до твоей смерти? Когда ты спросила о Безымянных Концах?

— Ты о том, что мы не обсудили? — Марси скрестила руки. — Я припоминаю, что ты сказал, что это было слишком опасно знать для смертных.

— Я сказал, что это опасно для обычных смертных, — исправил Ворон. — Но я обещал тебе сказать, если ты станешь Мерлином, а ты стала.

Марси улыбнулась. Наконец, плюс роли Мерлина.

— Так кто они?

— Ого, — Амелия указала на подозрительно притихшего Мирона. — Разве стоит раскрывать все при лишнем грузе? Он не заслуживает доверия.

— Он предатель, — согласился Ворон. — Но это может сработать в нашу пользу. Если все сыграет так, как я думаю, положение Мирона в круге приближенных Алгонквин будет нашим единственным шансом выбраться живыми.

Мирон заметно обрадовался, но Марси начинала злиться.

— Так что происходит? — осведомилась она. — Почему Левиафан становится таким большим? Что делает Алгонквин?

Рейвен вздохнул.

— То, что должна, по ее мнению.

— Алгонквин не всегда ненавидела людей, — сказал он, стуча когтями по зачарованному камню. — Это все изменило. Когда Мерлины подавили магию и погрузили мир в засуху, не только Смертные Духи пропали. Пропали все мы.

Это не было новостью, но он произнес это странно. Марси никогда не слышала, чтобы один из старых духов звучал не требовательно, нахально или гневно, но тут было иначе. В этот раз Ворон звучал напугано.

— Знаете, как это было для нас? — прошептал он. — Мы — бессмертные духи, старые и неподвижные, как сама земля. Наши изменения происходят вместе с эрозией гор, которые становятся долинами, или крохотными птицами, которые эволюционируют в воронов. Это было нашей реальностью, мир, который мы всегда знали. А потом вдруг это пропало. Магия, наша сущность, высохла, как река летом, а без нее мы — бессмертные — умерли.

— Это чересчур драматично, — сказала Марси. — Вы же вернулись.

— Мы не знали этого тогда, — горько сказал Ворон. — Мерлины приняли решение, не спросив у нас. Они знали, что это случится с нами, но решили принести неприемлемую жертву ради безопасности людей. Все духи в мире плохо это восприняли, но Алгонквин приняла это как личную обиду.

— Но я не буду запирать магию, — быстро сказала Марси. — Последние Мерлины столкнулись с негативными эффектами, но сейчас все иначе. Я не буду повторять…

— Знаю, — сказал Ворон. — Почему, думаешь, я так рад, что ты опередила Мирона? Но, хоть мы знаем, что ты — не как твои предшественники, Алгонквин этого не знает. Я проник сюда, потому что я умный и легко приспосабливающийся, но Алгонквин — истинный дух земли, упрямый, как камень. У нее нет доступа к Сердцу Мира, она не знает, что происходит на нашей стороне. Она видит только то, что перед ней, а сейчас это тело Мирона без сознания и Смертный Дух без привязи. Она думает, что не смогла создать Мерлина, и теперь Мирон застрял на этой стороне, пока его дух буйствует, что означает, что СЗД должна подавить она, пока та не уничтожила ее озера.