Чтение онлайн

– Мама, мамочка! Прости меня, пожалуйста, я больше так не буду!
– завопила Рыся, обнимая Бруни за ногу, - Но нам с тобой надо серьезно поговорить! Наедине!

Для приватного разговора дамы уединились в кабинете и уселись на пухлом диванчике возле окна. Рыська молчала и трагически вздыхала.

– О чем ты хотела поговорить, котик-рысик?
– Бруни с трудом сохраняла серьезность.

– Ах, мама! Я так волнуюсь, так волнуюсь!
– Рыська надула губки и закатила глазки. Бруни скрыла улыбку и изобразила крайнее внимание и озабоченность.
– Я беспокоюсь за брата. У него сейчас самый опасный возраст!

– Опасный?!

– Да, мама! Мальчики в таком козлином возрасте.., - Бруни поперхнулась воздухом и покраснела от усилий сдержать хохот.
– ... очень впечатлительны! А Весь, к тому же, такой чувствительный мальчик! Я должна была узнать, что это за особа, и не использует ли она братца!

Бруни издала сдавленный звук, поднесла к лицу платочек и шумно высморкалась.

– Рысенька, а откуда у тебя взялись такие ... подозрения?

– Няня Пална сказала няне Селме, что 'Их Величеству следует быть осмотрительнее, потому что всякий норовит к королевской семье примазаться и что не дворец, а проходной двор, и что нищеброды так и липнут, так и липнут, особенно к этой особе', - Росинта воспроизвела реплику свистящим шепотом со всеми интонациями первоисточника, особо выделив последние слова, и заломила ручки, точь-в-точь как упомянутая няня.

– А про 'чувствительных мальчиков' и 'козлиный возраст' ты где слышала?
– Бруни по прежнему одолевал внезапно разыгравшийся насморк.

– А, это Пенарддан говорила о своем племяннике, он подмастерье у сапожника Бедвира. Если уж сапожник чувствительный мальчик, то что уж говорить о нашем Весе!

Брунина выдержка, никогда ей прежде не отказывавшая, внезапно кончилась. Ее Высочество уткнулась в платочек, вздрагивая и всхлипывая.

– Мамочка, не плачь! Может, все еще хорошо будет...

– Да-да, Росинта, я уверена, что с Весем все будет хорошо, и тебе не стоит так волноваться, малышка, - Бруни притянула Рыську поближе.
– Весь совсем уже большой, скоро закончит Военный университет и может даже жениться.

– Мама, а я уже тогда вырасту?

– Да, моя хорошая, конечно, вырастешь.

– И вот я тогда вырасту и выйду замуж за Лихая, и мы с Весем можем пожениться в один день, как вы с папой и Колей с Ориданой!

Радостная Рыська вырвалась у Бруни из рук и запрыгала на одной ножке.

Глава двенадцатая, в которой героини почти не видно.

В приют Ее Величества королевы Рэйвин сирот, как правило, приводила стража, реже - сердобольные горожане. Изредка - отдавала дальняя и совсем бедная родня. Это если дети были просто дети. Оборотничьих детей кланы никогда не отдавали.

Девятилетние Армель и Видар Сёрен из клана Белой ночи пришли сами. Просто постучали в дверь. Привратник с удивлением разглядывал спокойно стоящих на пороге двух очень похожих детей в добротной и чистой одежке с одинаковыми узелками в руках. Спустя три года, так ничего и не рассказав о себе, они так же просто ушли. Армель поступила на службу в трактир 'У старого друга', а Видар был принят на первый курс Военного университета.

Как водится, первокурсники удостоились посвящения в курсанты. Само собой, все, кто прошел испытание, получили приветственные розги и три наряда вне очереди, поскольку испытание состояло в том, что бы ночью забраться к спящему капитану Свонишу и написать на любой поверхности углем или мелом 'Первый курс рулит'. Чем ближе надпись к собственно телу, тем почетнее награда. Видар умудрился оставить автограф на подушке и частично на самом капитане, за что получил не три наряда, а три наряда и сутки на 'губе', и был удостоен внимания завсегдатаев сего почетного и славного своими традициями заведения.

Именно поэтому, когда в поисках брата в университете появилась малышка Армель, Веслав Гроден обратил внимание сначала на семейное сходство, и только через секунд пять - на белоснежную косу невиданной длины и толщины, фигурку и личико. И то, и другое произвело должное впечатление на незакаленные рецепторы молодого организма.

Другой молодой организм, еще более впечатлительный, при виде будущего военного, в том же будущем красивого и здоровенного, так же был поражен и взволнован. Прижав дрожащую ручку к смятенному сердечку и трепеща ресничками на манер крылышек птички колибри, юная леди храбро сказала:

– А..?

– Ты ведь ищешь брата? Видара Сёрена?
– Весь любезно улыбался во весь свой белоснежный волчий оскал, примериваясь обнять незнакомку за тонкую талию и увлечь за собой ... ну, хотя бы в тихую и уединенную камеру на гауптвахте, свободную от отбывающих заслуженную награду родственников.
– Как тебя зовут, милая?

– Армель, - пискнула жертва Весева обаяния, стремительно краснея.

– Армель...
– многообещающе протянул начинающий искуситель.
– Так Видара здесь нет!

– А где он? С ним все в порядке? Я его уже три дня не видела!
– Армель смотрела на Веся снизу вверх во всех смыслах.

– С ним все в полном порядке! У него освобождение от всех занятий - сплошной здоровый сон и отдых, - Весь полностью завладел талией и активно осваивал новые территории.

– А почему он ко мне не приходит? Он же знает, что я скучаю, -Армель начала что-то подозревать и попыталась отодвинуться.

– О, капитан Свониш лично наблюдает за тем, что бы парень не отвлекался. От отдыха, - Весевы лапы, обжившие талию, начали двигаться вниз по течению.

Девушка наконец-то восстановила связь с разумом, рассудок возмутился Весевой наглостью и вырвал неосторожное тело из загребущих рук. Армель негодующе фыркнула, развернулась, перекинула косу через плечо и направилась в учебный корпус.

Весев тестостерон с улыбкой смотрел на отступление и тихонечко булькал.

Конечно же, Весь дошел за Армель до трактира 'У старого друга', навестил Пипа и Ваниллу и весь вечер гипнотизировал бедную девушку, накликав небольшие неприятности в виде пролитого на посетителя пива и свалившейся на того же посетителя тарелки с отбивной. Посетитель довольно и многообещающе улыбался, а после того, как трактир закрылся, увязался за виновницей, намекая на компенсацию.

Стороны второй день вели переговоры, когда в дело вмешалась Рыська.

Армель не успела оправиться от сногсшибательного знакомства с Весем, привыкнуть к его засадам в трактире, его теплу и запаху, своей руке в его ладони короткой дорогой вдвоем, как ее настигла новая напасть. С того вечера, когда она косвенно познакомилась с Росинтой Гольди, которую Весь почти тут же унес, прошло два коротеньких дня.

На исходе третьего, на пороге трактира 'У старого друга' возникла рыжеволосая хорошенькая девочка в пышной юбочке с огромным бантом, остановилась, царственно подняв подбородок и расправив плечики (точь-в-точь Ее Высочество принцесса Оридана!), увидела в зале госпожу рю Дюмемнон и ринулась к той с дикарским криком: 'Ваниллечка! Я так скучала, так скучала!'. Ванилла раскинула руки, приняла в объятия рыжий вихрь, привычно ошалев от Рыськиного напора, запыхавшись, протестовала: 'Рыська, балбеска такая, ты меня уронишь!' Наконец, Рыська отлепилась от тетушки.