Чтение онлайн

Боевой программой мобилизации всех сил Советского государства на разгром врага стала директива Совнаркома СССР и ЦК ВКП(б) от 29 июня 1941 г. «Партийным и советским организациям прифронтовых областей» [93] . Основные положения директивы были изложены в выступлении И. В. Сталина по радио 3 июля 1941 г. [94]

Вопросы, касавшиеся организации и развертывания народной борьбы в тылу врага, получили дальнейшее развитие в специальном постановлении ЦК ВКП(б) от 18 июля 1941 г. «Об организации борьбы в тылу германских войск» [95] . В этом документе подчеркивалось, что в войне с фашистской Германией, захватившей часть советской территории, исключительно важное значение приобрела борьба в тылу германской армии. В постановлении ставилась задача придать всенародной войне в тылу оккупантов планомерный и целеустремленный характер. ЦК ВКП(б) потребовал от ЦК компартий республик, обкомов и райкомов партии возглавить народную борьбу на оккупированной врагом советской территории. Постановление ЦК ВКП(б) «Об организации борьбы в тылу германских войск» хотя и не являлось нормативным актом, но имело огромное значение. На основании этого постановления вырабатывались нормативно-правовые акты и строилась зафронтовая работа всех советских государственных органов, в том числе органов государственной безопасности.

При организации и развертывании борьбы в тылу врага появляются также нормативные документы органов НКВД-НКГБ СССР. К ним относятся приказы, указания, директивы. Одним из первых руководящих документов уже 22 июня стала Директива НКГБ СССР № 127/5809 о мероприятиях органов госбезопасности в связи с начавшимися военными действиями с Германией [96] , которая хотя и не ставила задач зафронтовой деятельности, но служила отправной точкой для последующих внутриведомственных руководящих документов (например, первой директивой, нацеленной на зафронтовую работу, стала Директива НКГБ СССР № 136 о задачах органов госбезопасности в условиях военного времени от 24 июня 1941 г., согласно которой следовало «агентуру проинструктировать: в случае отхода наших войск оставаться на местах, проникать в глубь расположения войск противника, вести подрывную диверсионную работу» [97] ). В дальнейшем неоднократно, посредством директив НКГБ-НКВД, уточнялись задачи органов госбезопасности в развернувшейся войне. Например, первой директивой, детально разъясняющей задачи и методы нелегальной работы против захватчиков в случае занятия территории врагом, стала Директива НКГБ СССР № 168 от 1 июля 1941 г. [98]

Важным документом, регламентирующим создание под эгидой НКВД партизанских отрядов и вообще зафронтовой работы, стал Приказ НКВД СССР № 001151 от 25 августа 1941 г., согласно которому существующие оперативные группы НКВД-УНКВД республик, областей и краев по борьбе с парашютными десантами и диверсантами противника в прифронтовой полосе реорганизовывались в 4-е отделы НКВД-УНКВД, на которые возлагались организация и руководство боевой деятельностью истребительных батальонов, партизанских отрядов и диверсионных групп [99] . Начальником 4-го отдела НКВД Крымской АССР был назначен капитан госбезопасности П. М. Фокин, заместитель наркома внутренних дел республики. Наркомом НКГБ-НКВД Крымской АССР был майор государственной безопасности Г. Т. Каранадзе.

Как известно, органы госбезопасности и НКВД Указом Президиума Верховного Совета СССР от 20 июля 1941 года были объединены в Народный комиссариат внутренних дел. Одновременно армейские третьи управления и отделы преобразовывались в особые отделы с подчинением их НКВД. Это способствовало установлению более тесной связи между территориальными органами государственной безопасности с особыми отделами, позволяло разрабатывать систему контрразведывательных мероприятий. Но в крымских реалиях 1941 года, только в сентябре НКГБ и НКВД Крымской АССР были объединены в Народный комиссариат внутренних дел, в составе следующих отделов: контрразведывательного, секретно-политического, экономического, четвертого, охраны, кадров, финансового, тюремного, пожарной охраны, МПВО, мобинспекции, 1-го, 2-го, 3-го спецотделов, административно-хозяйственной части, Управления милиции [100] . Городские отделы и районные отделения НКВД сохранились во всех городах и районах, где они были ранее. В начальном периоде Великой Отечественной войны Народный комиссариат внутренних дел СССР, объединенный с Народным комиссариатом государственной безопасности СССР, являлся наиболее боеспособным ведомством, обладавшим необходимыми силами и средствами для организации действенной борьбы на оккупированной агрессором территории.

В Крым поступали указанные выше руководящие документы, стали появляться практические указания и предложения, активизировавшие подготовку партизанского движения. Многое дали совместные организационные совещания и другие формы оргработы.

4 июля 1941 г. Крымский областной комитет (ОК) ВКП(б) провел первое совещание секретарей городских и районных комитетов партии, председателей исполкомов и ответственных работников органов госбезопасности, на котором были обсуждены общие мероприятия и уточнены принятые к исполнению требования директив СНК СССР, ЦК ВКП(б) от 29.06.1941 г. и Крымского ОК ВКП(б) от 1.07.1941 г., касающиеся создания истребительных батальонов, партизанских отрядов и диверсионных групп, подбора руководящих кадров и личного состава для них, мест базирования и районов действий партизанских отрядов, а также количества и сроков создания запасов продовольствия, оружия и средств МТО. Отдельно с секретарями райкомов партии были рассмотрены проблемы создания подпольных партийных ячеек, конспиративных квартир и уничтожения ценностей в случае вынужденного отступления из Крыма советских войск.

Оперативное руководство проведением в жизнь принятого решения было возложено на первого секретаря ОК ВКП(б) В. С. Булатова и заместителя наркома внутренних дел Крымской АССР майора милиции Н. Д. Смирнова, который, в соответствии с указаниями НКВД СССР, непосредственно отвечал за организацию партизанских отрядов, истребительных батальонов, диверсионных групп, обучение радистов, снабжение оружием, организацию связи, резидентур и агентуры подполья, подбор и инструктаж командно-политического состава и определение районов боевых действий партизанских формирований.

До конца июля в Крым поступило постановление ЦК ВКП(б) от 18.07.1941 г. «Об организации борьбы в тылу вражеских войск», в котором особо подчеркивалось ведущее значение организаторской работы руководителей партийных и советских органов всех степеней. Указания поступали из Москвы и в НКВД Крыма (основные: телеграмма от 22.07.1941 г. и директива от 16.09.1941 г.), требовавшие готовиться к борьбе в тылу врага партизанскими методами. В них анализировалось проведение свойственных органам госбезопасности мероприятий, при этом главное внимание уделялось организации надежной и устойчивой связи с движением и обеспечению строжайшей конспирации всех проводимых мероприятий.

Для повышения эффективности проводимых мероприятий ОК партии совместно с НКВД Крыма была разработана и (за подписями В. С. Булатова и Г. Т. Каранадзе) доведена до райкомов Директива № 1472 от 13.8.1941 г. со сроком ее исполнения до 1 сентября 1941 г. Фактически эта директива явилась вариантом развернутого плана подготовки партизанского движения на полуострове с реальной детализацией запланированных мероприятий. В период 18–29.08.1941 г. (от Алуштинского РКП – 11.09.1941 г.) в областной комитет ВКП(б) поступили доклады за подписями первых секретарей и начальников райотделов НКВД, оценка которых позволила определить окончательный (рабочий) перечень и объем вопросов, выносившихся на предстоящий инструктаж [101] .

В июле и середине августа, в соответствии с упоминавшийся выше директивой ОК ВКП(б) и НКВД Крымской АССР № 1472 от 13.08.1941 г., горкомы, райкомы партии и комсомола совместно с органами госбезопасности, при участии будущих командиров и комиссаров отрядов, приступили к отбору партизан (на принципах добровольности) из членов ВКП(б), ВЛКСМ и беспартийных патриотов – жителей многонационального Крыма [102] .

Поскольку в директиве ОК ВКП(б) и НКВД Крымской АССР № 1472 от 13.08.1941 г. требовалось создать запасы продовольствия только на один месяц, что виделось явно недостаточным, было решено срок увеличить до 3-4-х, а затем, по рекомендации будущего командующего партизанским движением А. В. Мокроусова, до 5–6 месяцев, а также значительно расширить общий перечень и объем завозимого в лес оружия, боеприпасов, средств МТО и медико-санитарного обеспечения, необходимых для устойчивого функционирования всего партизанского движения в целом.

В сентябре начались работы по закладке продовольственных и других баз в местах, определенных рекогносцировками, с конца месяца – завоз продовольствия и имущества в лес, на перевальные пункты. В результате форсированной работы партизанских интендантов к исходу октября на «перевалах» скопилось значительное количество продовольствия и другого имущества. [103] Параллельно с обустройством базовых лагерей и усилиями партизанских интендантов по заготовке продовольствия и средств МТО в августе-октябре проводилась боевая подготовка личного состава будущих отрядов. При этом особые надежды возлагались на бойцов истребительных батальонов, которые должны были стать основой партизанских формирований. Будущие партизаны в истребительных батальонах прошли ускоренную программу начальной военной подготовки, получили некоторую практику. Остальные добровольцы, намеченные к зачислению в партизаны, готовились лично командирами отрядов и групп (взводов) в свободное от основной работы время.

В сентябре в НКВД Крымской АССР поступила директива из Москвы (от 16.09.1941 г.), в соответствии с требованиями которой было принято решение использовать наиболее подготовленных бойцов и командный состав истребительных батальонов для окончательного формирования партизанских отрядов. Такое же пожелание в октябре высказали начальники партизанских районов и старые партизаны. В итоге сложился окончательный принцип – все партизанские отряды формировать на базе истребительных батальонов. Ядро истребительного батальона с оружием и боеприпасами прибывает в заблаговременно подготовленный базовый лагерь, к нему присоединяются базировщики, совпартактив и остальной личный состав, отобранный для отряда и вышедший в установленный срок в лес. В течение считанных часов производится окончательное комплектование, сколачивание и инструктаж отряда, после чего он, уже как партизанское подразделение, приступает к выполнению свойственных задач. В результате очень многие представители рядового, командного и политсостава батальонов влились в партизанские формирования и стали руководителями отрядов и партизанских районов [104] . Так, например, 31 октября в лес вышли и Бахчисарайский отряд, и городской истребительный батальон (командир К. М. Сизов). Партизаны собрались на кордоне Горошник. Вскоре в это же урочище прибыли бойцы Бахчисарайского истребительного батальона. К партизанам также присоедились бойцы отступающих частей Красной Армии. Командир истребительного батальона Сизов с 4 ноября становится командиром Бахчисарайского партизанского отряда, а секретарь райкома В. Черный – комиссаром. В отряде формируются две боевые группы: одна во главе с командиром К. Гончаровым и политруком Ш. Мамутовым, вторую возглавляют командир М. Македонский и политрук А. Омеров. К. М. Сизов погиб в одном из первых боев [105] .