Чтение онлайн

– Тут остальные соорденцы подбежали, - продолжила рассказ Настя, - кто-то вызвал скорую и пока эти герои неделю валялись в больничке, я носила им фрукты. Так и подружились. А потом Олег познакомил меня с родителями.

– На-ася, - парень попытался состроить жалобную рожицу. – Ну не надо.

– Надо Федя, надо. – Цитатой из старинной кинокомедии, припечатала девушка и продолжила: - Подарил Олег отцу коньяк и сам вылакал.

– Не слушайте её! – Возмутился здоровяк. – Лучше я расскажу, а то ты всё перекрутишь. Дело было так:

На 23 февраля подарил я бате бутылку марочного "Hennessy". Ну, думаю, ща мы её приговорим – ага, щаз-с! Старик, со словами: "До особого случая" – поставил коньяк в бар и забыл. Месяц проходит, два, ПОЛГОДА, но "особый случай" никак не наступит. И вот летом поехали родители на море, а мама попросила меня заезжать к ним в квартиру и поливать цветы. Как-то вечером я сижу у них и чего-то так тоскливо стало – решил хряпнуть, только время уже позднее и алкоголь не продают. Достал я, значит, коньяк, да выпил, а вместо него налил чай, думаю, потом куплю такую же бутылку и поменяю. Но... замотался, закрутился, короче, забыл, - понурив голову, покаялся Олег. – Всё, дальше ты рассказывай.

После такого чистосердечного признания, лица слушателей растянулись в улыбке, предвкушая нечто феерическое. Я уже знал эту историю, но скалился, как и все остальные.

– И ты думаешь, что это тебя оправдывает? – Изогнув бровь, Настя посмотрела на парня и продолжила: - Так вот, решил он познакомить меня с родителями. Мама накрыла на стол, а отец поставил две бутылки: водку и коньяк. Я – вся на нервах, никогда ещё не выступала в качестве невесты, ощущения – хуже, чем на госэкзамене.

– Угощайтесь! Нам, – говорит отец, – с сыном по-мужски водочки, а нашей гостье – коньячок!

Ну, выпили они, мать с отцом смотрят на меня, а я опрокидываю рюмку и – хоть бы что!

– И часто вы так пьёте? – Спрашивает меня покрасневшая мама Олега.

– Каждый день, - ничего не подозревая, сказала я.

Отец, после такого заявления, крякнул и говорит:

– Удовольствие дорогое!

– Ну, на это деньги всегда найдутся! – отвечаю я. Родители начинают смотреть на невестку, как на врага народа, а мне ничего не понятно, и я от этого нервничаю ещё больше. Тут ещё женишок... сидит, красный, как рак, от смеха давится, гад, нет чтобы всё объяснить, так он решил стрелки перевести:

– Может быть, телевизор посмотрим?! – пропыхтел Олег.

– Тут интересней, чем в телевизоре! – Не повёлся отец и наливает мне ещё одну рюмку.

Я беру её двумя пальчиками (нашла время чтобы блеснуть воспитанием!) и говорю:

– Вообще-то я из таких маленьких ещё не пила.

У матери со стола нож упал.

– Мужчина придёт в дом, - нервно улыбаюсь и пытаюсь выглядеть воспитанной девочкой-гимназисткой.

– Уже пришёл! – Крякнул отец, восхищённо рассматривая невестку.

– Я так боялась к вам идти, - пытаюсь как-то наладить диалог и понять, что происходит.
– Думала, не понравлюсь.

– В общем-то, понравились, вот только пьёте, не много ли? – Встревоженно поинтересовался папа.

– Рюмка маленькая, а если бы вы сразу налили мне кружку...

– Это ж пол моей зарплаты! – Воскликнул отец.

– Вы что, так мало получаете?!

– А вы?

– Достаточно, чтобы мы с мамой каждый вечер пили.

Мать, достав нож из-под стола, теперь уронила вилку. Я же сказала:

– Женщина придёт!

– Не дай Бог! – Показалось, отец собирался перекреститься.

– У нас семейная традиция: собираемся вместе и пьём!
– Я, всё ещё ничего не понимая, пытаюсь разрядить обстановку, но топлю себя глубже.
– Только мы любим, чтоб он был горячий.

У матери тарелка упала. И почему меня в тот вечер пробило на поговорки? Наверно, от нервов - я сказала:

– На счастье!

– Оно уже здесь! – Заметил отец Олега, а мама печально так спросила:

– И большая у вас семья?

– Еще бабушка и сестра, а отец от нас ушёл – он пил много!

– А вы, значит, не много?!

– Ну, чашки две выпиваю, - весь этот разговор меня жутко напрягал.

– Это ж полбутылки! – Отец офигел, от таких откровений невестки.

– Ну и что, главное, вечером ничего не есть.

– Так вы и без закуски ещё?! – Не утерпела мама.

– Ну почему, у нас варенье.

– Его хорошо с лимоном, - заметил папа.

– С лимоном у нас бабушка пьет. Восемьдесят лет, а пока не выпьет, спать не ложится.

Тут отец встал и говорит:

– Приятно было познакомиться.

– И мне тоже. Спасибо за чай.

– Какой чай?! – вскричал отец. И тут только всё понял.

Олег начал лепетать, мол, не хотел, чтобы коньяк прокис, но звучало это, мягко говоря, неубедительно и пару лещей от папы он словил.

Неспешные разговоры продолжались до глубокой ночи. Хорошо посидели, душевно. Расходиться никто не хотел, но усталость брала своё и постепенно, один за другим, друзья отправились спать. Уже лежа в кровати, в полной тишине, обнимая уснувшую Ярославу, мне показалось, что вот оно – счастье. И всё у нас будет хорошо... должно быть.

2. О смальте.

То, что никто не мог видеть, как оно было.

"Эти письма изменят мир: - подумал Радомир Мовеславович епископ Белограда; первосвященник Валеса, верховного бога дорог и полевых межей, всех границ, отделяющих одно от другого; Великий понтифик; Примас Сурры; архиепископ и митрополит Белоградских земель. В свои 135 лет, Святейший отец сохранил ясность ума и живость характера. Его возраст выдавала сухая, тонкая кожа, туго обтягивающая скелет старика. Глубже устроившись в кресле, он ещё раз посмотрел на одиннадцать конвертов, лежащих на огромной, гладко-отполированной столешнице, сделанной из цельного ствола морёного дуба.
– Эти слова, выведенные на пергаменте аккуратным, изящным почерком, сильнее воли королей, князей или герцогов. Но, что же не даёт мне покоя?"