Чтение онлайн

— Немного. — Этель поднялась на небольшой холмик, обросший густой травой. — Может еще час или меньше. Все зависит от нашего шага.

— Еще час? — возмутился Питерс. Но увидев вопросительный взгляд подруги, добавил. — Пойдем. Жаль, что я не могу передвигаться так же быстро, как Хранители. Это бы здорово упростило жизнь.

— Да, но иногда хочется замедлить время и пройтись пешком, чтобы ноги помнили для чего были нужны при жизни. — ответила девушка, но замедлив шаг, обернулась к парню. — Ты тоже можешь передвигаться, не замечая расстояний. Если захочешь.

Эйдан не стал отвечать на слова хранительницы. Говорить об этом было для него странным, неверным и каким-то неестественным, хотя иногда подобные размышления заполняли его. А решил перевести тему, чтобы смягчить их тяжелое молчание.

— Как Редьярд? — спросил Эд.

— Ушел. — кратко ответила Этель и прибавила шаг. — Трус.

— Считаешь, что он испугался? — удивился юноша, нагоняя подругу.

— Конечно испугался. — сказала хранительница и мельком глянула на парня. — Он решился сбежать, но не рассказать о чувствах.

— У него есть причины, он говорил нам о них в доме Авы. Мне кажется, что это имеет смысл. — защищая друга, подметил Питерс.

— Кому хорошо от его решения? — прыснула Этель. — Мальчик расстроен, что потерял близкого друга, а Редьярд будет снова скитаться и латать свои раны. Как героически!

— Этель, согласиться на чувства, скорее всего, ответные гораздо легче, чем дать другому свободу, ценой своего благополучия — начал Эд. — Он просто понимает, что их отношения ни к чему не приведут. К тому же опасается слов Кальда.

— Он даже не попытался. Сразу все перечеркнул. — задрав подбородок, ответила девушка. — Кальд тот еще манипулятор.

— Может Редьярд и прав. Лучше не заходить далеко и не мучиться потом вдвое больше. — предположил юноша. На этот раз не ответила Этель.

Пройдя еще немного, они услышали настоящий, чистый голос реки. Не ее эхо разносящейся по лесу, а пение в первом ряду. С холма каскадами вниз спешила вода. Лазурная река под сиянием солнца разбивалась о камни белой пеной и ее мельчайшие капли блестели в полете. Шум воды стал почти оглушаемым. Лишь деревья, нависшие над потоком стихии, все тянули к ней свои густые ветви. Сотни разнообразных камней преграждали путь бушующей жизни, но она все пересиливая, спешила от истока. Птицы засели в тени растений, утоляли жажду, кружили у пены. Остановившись, Эйдан желал запомнить краски, шум, движение, красоту. Все. Она привела его к источнику жизни и здесь он был хотел напиться жизнью.

Расположившись в тени деверев, Эд тут же достал альбом для набросков и принялся за работу. Он был настолько впечатлен увиденным, что на какое-то время забыл о том, что пришел не один. Этель же расхаживала в окрестностях, местами делая свою работу. На несколько часов воцарилась лесная тишина.

— Спасибо, что привела меня сюда. — поблагодарил Эд, когда девушка вернулась к нему. Он отставил в сторону несколько набросков.

— Это меньшее, что я могу показать тебе. — смущенно улыбнулась, хранительница. — Мир гораздо больше, чем это лес. Есть невероятные места, и я могла бы тебе их открыть.

— Знаешь, когда я думаю о том, что могу видеть все это! — он развел руками в стороны. И снова осмотрел местность. Открытую, холмистую идущую вниз с ручьями бок о бок. Где почти нет деревьев и кустарников, лишь волнистый покров травы, устилающейся по сторонам света. А за их спиной плотный и густой лес, служащий для животных домом. И одинаково ровное голубое небо с рассыпчатыми облаками и ярким, обжигающим солнцем. — Внутри меня борются два чувства: восхищение и вина.

— Из-за брата? — прошептала Этель.

— Мне до сих пор не по себе, что его нет. Прошло почти семь лет, а я не могу смириться с тем, что проживаю жизнь, а он гниёт в болоте. Чувствую себя обязанным этому месту, будто если останусь в городе, то отдам ему дань, честь. — на одном дыхании произнес Эд. Ему давно хотелось сказать эти слова в слух и услышав их от себя, он понял, как ужасно они звучат.

— Понимаю, кажется, что жить рядом с лесом все равно что жить с ним, ощущать его присутствие. Вспоминать любимые места Джейми, его маршруты и события. — начала Этель. Она выглядела подавленной, будто говорила о себе. — Но это жизнь в тени. Не твоя. Этим брата не вернешь, а лишь загубишь свою жизнь. Представь, если бы он был жив, разве он не поругал бы тебя за такие мысли? Думаю, он не хотел бы, что бы его младший братишка прожил несчастную, серую жизнь.

— Согласен с тобой. — через пару минут, ответил Эйдан. — Я и сам об этом думал, но, когда в голове столько мыслей и чувств смешивается — я готов взорваться! И не всегда понимаю, где верное решение.

— Самое ужасное в человеческой жизни то, что ни одно твое решение не будет правильным. Как бы ты не старался быть мудрым, рассудительным, логичным, да кем угодно. Выбор всегда будет не тот. Поэтому нужно выбирать то, что по душе. Душа не корит, как сердце и разум. — Этель уставилась на воду и казалась неподвижной. Ее волосы развивались на легком летнем ветру.

— Иногда мне кажется, что останься я здесь навсегда, то превращусь в тень. — прыснул Эд.

— Не правда. — обернувшись, не согласилась подруга. — Ты никогда не станешь тенью.

— В день, когда исчез Джейми у родителей была годовщина. Они уехали в Сиэтл и поручили брату присматривать за мной. — Эйдан неумолимо хотел высказаться, ему хотелось поведать о своей боли реке, чтобы она унесла ее далеко-далеко. Деревьям, чтобы они хранили его слова на кронах недоступных никому, камням, под которыми можно срыть тайны. Этель, чтобы она выслушала его. — Он разрешил смотреть допоздна телевизор, есть сладости. И я был очень рад тому, что мой брат такой отзывчивый. Только в тот вечер безумно суетливый. Он ходил от входной двери к заднему двору, выходя подышать. Хотя это был август, зной август. Даже после десяти с улицы хотелось бежать скорее в дом под кондиционер. Но он все ходил и ходил.

— Думаешь, он с кем-то встретился той ночью? — внимательно посмотрев на друга, спросила Этель.

— Иначе, его поведение я истолковать не могу. — голос Эйдана дрожал, но он продолжал окунаться в воспоминания. — В одиннадцать он отправил меня спать, но дал свой плейер. И вот я дремлю с музыкой в ушах, на улице тишина, весь город крепко спит, а я вот такой взрослый. Но примерно через час я услышал голоса у двери своей комнаты и решил, что вернулись родители. Сразу идти не хотел, боялся, что они поругают Джейми за то, что я не сплю. Но говорил Джейми с кем-то. Этот голос я никогда не смогу забыть, но и определить бы не смог.

— Будь я на твоем месте, испугалась бы.

— Я был испуган, но ведь за дверью мой брат. — слабо улыбнулся Эд. — Когда я вышел, то никого не обнаружил у двери, а приоткрыв дверь Джейми, увидел его посреди комнаты. Он был взбешен и будто только говорил с кем-то. — Эд потянулся к рюкзаку за бутылкой с водой. — Джейми уговорил меня идти спать. Пообещал, что утром мы приготовим родителям завтрак. И что любит меня. — парень сделал жадный глоток воды. — Утром меня разбудила мама. Джейми не было дома и до вечера его не искали, хоть мама и беспокоилась, но отец находил всему объяснения. На рассвете Джейми бегал по лесной тропе, потом шел на стадион и отжимался, еще бегал. Потом мог пойти поплавать, встретил друзей и думать забыл о доме. Но когда он не вернулся после полуночи, родители поехали искать его, но не нашли. Я отлично помню, как сонный шериф Мэйсон осматривает комнату брата и говорит нам, что Джейми лишь подросток, он лишь хочет свободы. Сбегать это нормально в его возрасте.