Чтение онлайн

В январе 2017 года прозвучало знаменитое предположение советника президента США Келлиэнн Конуэй о возможном существовании «альтернативных фактов». То был ее ответ на критику утверждения Трампа, будто на церемонии его инаугурации присутствовало больше народа, чем на аналогичной церемонии Барака Обамы пятью годами раньше, хотя фотографии и данные свидетельствовали об обратном [3]. Весьма своевременное напоминание о том, что сохранение информации продолжает оставаться ключевым инструментом защиты открытого общества. Защита истины от волны «альтернативных фактов» означает фиксацию этой истины, а также отрицающих ее утверждений, в результате чего формируются ориентиры, которым общество может доверять и на которые полагается.

Библиотеки критически важны для здорового функционирования общества. Я проработал в библиотеках более тридцати пяти лет, но пользуюсь ими намного дольше и вижу всю ту ценность, которую они несут. К написанию этой книги меня подтолкнуло мое собственное чувство гнева, вызванное недавно произошедшими в разных частях света – как преднамеренно, так и случайно – попытками поставить под сомнение факт, что общество может полагаться для сохранения информации на библиотеки и архивы. Атаки на них, повторяющиеся в течение столетий, нуждаются в изучении как тревожная тенденция в человеческой истории, а невероятные усилия, которые прилагают люди для защиты знаний, достойны восхваления.

О важности архивов свидетельствует открывшийся факт, что миграционные карты, документирующие прибытие в Великобританию «поколения Windrush [1] », были преднамеренно уничтожены министерством внутренних дел в 2010 году. Правительство также начало следовать политике «враждебного окружения» в отношении иммиграции, которая требовала от мигрантов «поколения Windrush» доказать свое непрерывное пребывание в стране или быть депортированными [4]. Им, однако, было гарантировано гражданство по британскому закону 1948 года, и они добросовестно прибыли в Соединенное Королевство, испытывавшее серьезный недостаток в рабочей силе после Второй мировой войны. К весне 2018 года министерство внутренних дел признало неправомерность депортации по крайней мере восьмидесяти трех таких граждан, одиннадцать из которых к тому времени умерли, что вызвало возмущение общественности.

Меня потрясла абсурдность политики, спровоцированной и агрессивно продвигаемой правительственным департаментом (во главе с Терезой Мэй, успевшей стать премьер-министром к тому моменту, когда ситуация получила огласку), в результате которой оказалось уничтожено главное свидетельство, позволявшее многим доказать свое гражданство [5]. Хотя решение уничтожить записи было принято до введения политики в действие и, вероятно, не являлось злонамеренным, это явно сыграло на руку министерству внутренних дел с его крайне негативным отношением к мигрантам. В своей публицистической статье в «Financial Times» [6] я отмечал, что сохранение информации подобного рода жизненно важно для открытого здорового общества, как, по сути, оно было важно с самого начала нашей цивилизации.

С тех пор как человечество начало объединяться в организованные сообщества, требовавшие общения друг с другом, происходило накопление знаний и запись информации. Насколько нам известно, в самых ранних обществах это осуществлялось в виде устных преданий, и единственные сохранившиеся записи дошли до нас в форме изображений на стенах пещер или выбитых на камнях символов. Мы ничего не знаем о том, что побуждало людей оставлять эти знаки; антропологи и археологи могут лишь строить основанные на тех или иных предположениях догадки.

К началу бронзового века сообщества стали более организованными и сложными. Группы кочевников постепенно переходили к оседлости, образуя земледельческие общины, внутри которых складывалась своя иерархия с правящими семьями или племенными вождями, стоящими над остальными.

Примерно с III тыс. до н. э. эти сообщества начали вести записи. Именно из древнейших архивов и найденных в них документов нам известно удивительное множество подробностей о функционировании тогдашнего общества [7]. В других документах люди начали фиксировать свои мысли, идеи, наблюдения и рассказы, сохранившиеся в древнейших библиотеках. Данный процесс упорядочения знаний вскоре потребовал развития специализированных умений, в том числе записи информации и технологий ее копирования. Со временем это привело к возникновению профессий, в широком смысле схожих с профессиями библиотекаря или архивариуса. Слово «библиотекарь» происходит от греческого слова biblotheke, означающего «хранилище книг», а термин «архивариус» – от латинского archivum, которое относится как к самим записям, так и к месту, где они хранятся. Своими корнями это слово восходит к греческому archeia, означающему «публичные документы». Поводы для создания библиотек и архивов отличались от тех, что имеют место в современном мире, и опасно проводить аналогии между древними и нынешними собраниями. Но даже при всем при этом тогдашние цивилизации создали огромную массу информации и разработали средства для ее упорядочения, многими из которых, такими как каталоги и метаданные, мы пользуемся и поныне [8].

Роли библиотекаря и архивариуса часто сочетались с другими, к примеру священника или администратора, становясь более заметными в Древней Греции и Риме, где библиотеки были в большей степени доступны для публики, откуда и начала распространяться вера в доступ к знаниям как неотъемлемый элемент здорового общества [9]. Сохранился перечень имен тех, кто занимал должность главного библиотекаря Александрийской библиотеки в III и II веках до н. э.; многие из них, такие как Аполлоний Родосский (чья эпическая поэма о Ясоне и Золотом руне вдохновила Вергилия на написание «Энеиды») и Аристофан Византийский (изобретатель одной из древнейших разновидностей пунктуации) также известны как ведущие ученые своего времени [10].

Хранилища знаний являлись центрами развития обществ с момента их возникновения. Хотя технологии создания информации и ее сохранения радикальным образом изменились, их основные функции практически остались прежними. В первую очередь библиотеки и архивы накапливают, упорядочивают и сохраняют знания. Посредством даров, обменов и приобретений они собирали таблички, свитки, книги, журналы, рукописи, фотографии и многие другие документальные свидетельства цивилизации. Сегодня к ним добавились цифровые форматы, от созданных в текстовых процессорах файлов до электронных писем, интернет-страниц и социальных сетей. В древности и Средневековье работа по организации библиотек имела религиозный подтекст; архивы древних царств Месопотамии часто хранились в храмах, а король Франции Филипп II Август основал «Tr'esor des Chartes» (сокровищницу хартий). Она стала первым «передвижным» собранием, но к 1254 году стала храниться в специально для этого построенных помещениях в часовне Сен-Шапель в Париже.

Разрабатывая и публикуя свои каталоги, предоставляя читальные залы, спонсируя науку, публикуя книги, организуя выставки, а в последнее время переводя информацию в цифровую форму; библиотеки и архивы стали частью более широкого процесса распространения идей. Создание национальных библиотек с XVIII века и публичных библиотек с XIX века резко усилило роль, которую эти организации играли в меняющемся обществе.

В основе ее лежит идея сохранения знаний. Информация может быть уязвимой, хрупкой и нестойкой. Папирус, бумага и пергамент легко воспламеняются. Столь же легко может повредить их и вода, а также вызванная высокой влажностью плесень. Книги и документы могут быть похищены, повреждены и подделаны. Еще более мимолетным может стать существование цифровых файлов вследствие технологического устаревания, нестабильности магнитных носителей и уязвимости любой информации, размещенной в Сети. Как известно любому, кто встречал в Сети несуществующую ссылку, доступ к информации может исчезнуть, если ее не сохранить.

Архивы – нечто иное, нежели библиотеки. Библиотеки являются собраниями знаний, создававшимися книга за книгой, зачастую с великой стратегической целью, в то время как архивы документируют непосредственно действия и процессы принятия решений организациями, администрациями и даже правительствами. Библиотеки часто тоже хранят некоторые материалы подобного рода – к примеру, печатный «Journal of the House of Commons» [2] , – но архивы по самой своей природе полны материалов, зачастую вполне приземленного характера, не предназначенных для чтения массовой аудиторией. В то время как библиотеки имеют дело с идеями, амбициями, открытиями и грезами, архивы подробно описывают рутинные, но жизненно важные детали повседневного бытия: землевладение, импорт и экспорт, протоколы комиссий и налоги. Часто важной их составляющей являются всевозможные списки, и неважно, списки ли это учтенных в переписи населения граждан или прибывших на корабле иммигрантов. Архивы находятся в самом сердце истории, фиксируя воплощение идей и мыслей, которые могут быть описаны в той или иной книге.

Естественно, есть и обратная сторона – значимость книг и архивных материалов осознают не только те, кто желает защитить знания, но и те, кто желает их уничтожить. Библиотеки и архивы подвергались атакам на протяжении всей истории. Порой библиотекарям и архивариусам приходилось рисковать жизнью и умирать ради сохранения информации.

Я намерен исследовать ряд ключевых эпизодов в истории, чтобы подчеркнуть различные мотивы для разрушения хранилищ знаний и те методы, которые выработали профессионалы, чтобы этому противостоять. Отдельные случаи, которым я уделяю особое внимание (я мог бы выбрать и десятки других), кое-что говорят нам о том периоде, когда происходили события, и увлекательны сами по себе.