Чтение онлайн

– А район Керманшаха? – продемонстрировал знание обстановки Государь

– Самый опасный, Ваше Величество – вздохнул Вольке – оттуда открывается прямая дорога на Багдад. Для его надежного прикрытия нам потребуются дополнительные силы, которые сейчас Генеральным штабом изыскиваются и в срочном порядке перебрасываются, и нам придется частично оголить сам Багдад, даже при угрозе восстания у нас в тылу.

– Какова обстановка в Багдаде? – Император повернулся к постоянному товарищу министра внутренних дел

– На удивление спокойная, Ваше Величество… – ответил тот – взрыв удалось предотвратить силами полиции и жандармерии. Проводятся аресты.

– Затишье перед бурей – проворчал адмирал Воронцов, и никто не возразил ему.

– Я бы хотел услышать про Махди – сказал Государь, не обращаясь конкретно ни к кому.

Докладывать взялся тот же Вольке

– Махди – некое лицо, которое называет себя сокрытым, двенадцатым имамом, вождем всех правоверных. Есть серьезные основания полагать, что это – какое-то конкретное лицо, что он существует. Комитет исламского спасения признает его законным вождем исламской революции и заявляет о готовности подчиниться ему. Однако – он не проявляет себя, не выступает перед верующими, даже не выпускает общедоступных фетв. Распространяются слухи, что время для Махди явиться из сокрытия еще не пришло, но оно уже близко. Мы считаем, что в данный момент это лицо находится где-то в районе афгано-персидской границы. Там сейчас полный бардак, граница прорвана, лагеря беженцев, боевики, случаются вооруженные столкновения. Разведка посредством спутникового мониторинга отслеживает несколько подозрительных формаций в этом районе – но ничего конкретного пока нет.

– Что такое формации? – недовольным тоном спросил Государь.

– Колонны автомашин. Группы беженцев. Лагеря.

– Так и извольте, господа, выражаться нормальным русским языком, а не задавать загадки вдобавок к уже существующим! Получается, этот Махди пока никак не проявляет себя, отсиживается в тылу, так сказать.

– Так точно, Ваше Величество.

– На что он рассчитывает?

– Вероятнее всего – на продолжение пожара, Ваше Величество – ответил Штанников – как только революция окрепнет, он выйдет из тени.

– А кто даст гарантию, что те кто дал революции окрепнуть просто не убьют его, чтобы не делиться властью? – спросил Вольке

– Всякое может быть – ответил Штанников – но я бы не стал на это ставить. Видите ли, господа… их общественная организация… она и проще и одновременно сложнее, чем наша. У нас –устоявшееся общество и сложившаяся государственная система, положение человека в ней определяется имущественным положением, должностью и родовым титулом, если таковой имеется. Там – настоящий хаос, государства больше нет, а вместо него выстраивается шариатское квазигосударство. В нем – совершенно другая иерархия. Существует умма – мусульманская община, одновременно и религиозное и политическое и частично даже государственное объединение. Существуют кади – судьи, сведущие в вопросах шариата – именно они приговаривают к расстрелам. Большое значение имеют религиозные авторитеты, суфии, от их голоса зависит очень многое, иногда стабильность государства. Существуют исламские ордена, во главе которых – пиры, главы орденов, эти ордена объединяют людей, владеют имуществом, между ними неизбежно будет конфликт, потому что сейчас часть афганских орденом вынужденно перешла в Персию, туда куда их не звали. Есть бандформирования религиозного и уголовного толка, во главе их амеры, военачальники, избранные благодаря личной храбрости. В Персии их много, потому что разгромлены тюрьмы, все уголовники вышли на свободу, многие – встали на путь преступлений. Там нет властной вертикали Ваше Величество и нет четкой иерархии, поэтому на них очень сложно воздействовать.

– Вы хорошо знаете вопрос, Константин Гаврилович – поощрительно заметил Государь

– Увы… Вынужден, так сказать.

– Но объясните тогда, как они тогда собираются выстраивать государство? Как собираются хозяйствовать – если предположить, что мы не вмешаемся?

– Никак, Ваше величество – жестко сказал Вольке – они не собираются ни выстраивать государство, ни хозяйствовать каким-либо образом. Это – орда. Они будут наступать на цивилизованные земли, чтобы жить за счет грабежа, они будут обращать людей в рабство и жить этим. В каждой местности, которую они пройдут – в их войско будет вливаться весь люмпенский и деклассированный элемент, какой там найдется. Все это – пришло к нам из средних веков или даже более раннего периода, вся разница лишь в том, что вместо копий – автоматы и гранаты. От них невозможно защититься пограничными нарядами, с ними невозможно построить какие-либо добрососедские отношения. Все что им нужно – это война, все, что нужно нам – это уничтожить Махди и махдистов, пока они не стали по-настоящему сильными. Вот и все.

Государь кивнул в знак согласия

– Какими силами располагают мятежники?

Все посмотрели на Штанникова

– До трех миллионов активных штыков, Ваше Величество – сказал Штанников – из них организованными силами можно назвать примерно триста-четыреста тысяч, это те подразделения, которые целиком примкнули к мятежу. Никакого тыла нет, промышленность разрушена, они могут опираться только на те запасы оружия и боеприпасов, которые были созданы ранее. К отрицательным моментам можно отнести то, что еще до пяти миллионов человек и даже больше будут оказывать активное сопротивление нашим частям. Это – фанатики.

– А сколько перейдет на нашу сторону?

Штанников подумал

– Неорганизованно – миллионов десять. Все-таки, новые порядки мало кого устраивают, кроме оголтелых фанатиков. Но рассчитывать на подрыв режима изнутри, полагаю, не стоит – у возможного сопротивления нет лидера, который мог бы повести за собой. Все возможные лидеры уже либо схвачены, либо расстреляны либо не обладают достаточной харизмой, чтобы вести за собой. Либо замешаны в преступлениях и вызовут только отторжение народа и дискредитируют операцию по подавлению мятежа.

– Тяжелое вооружение?

– Авиации никакой, может быть, несколько вертолетов, не более. ВМФ – никакого противодействия не ожидается, у шахиншаха были артиллерийские катера береговой охраны, но это не противник. Наземные части… по нашим предположениям их боевые возможности уменьшены в лучшем для нас случае – на две трети, в худшем – наполовину. Большая часть нижних чинов, способных управлять более-менее сложной боевой техникой – либо разбежалась, либо уничтожена в ходе вооруженных столкновений в городах. Командование силами мятежников находилось и находится на недопустимо низком уровне, единого командования не существует, некоторые части возглавляют случайные, не имеющие военного образования люди, священнослужители, некоторые – нижние чины, потому что командный состав убит. Старших офицеров среди мятежников немного, хотя они и есть – всем заправляют кади и амеры бандформирований. Часть сил мятежников вообще никому не подчиняется. Снабжение и обеспечение боевых действий не организовано никаким образом.

– Доложите план действий наземной группировки. Он готов?

Снова все посмотрели на Вольке, которому пришлось снова отдуваться за всех.

– Так точно Ваше Величество. Мы назвали этот план "Уран", он на данный момент в общих чертах готов и детализируется с целью доведения до дивизионно-полкового звена. План разработан в двух вариантах, Уран-1 и Уран-2, выполнение того или иного варианта будет зависеть от того, по чьей инициативе начнутся полномасштабные боевые действия.

Согласно плану Уран-1 боевые действия начнут мятежники. Генеральный штаб ожидает массированного, плохо подготовленного удара из провинций Керманшах, Илам, Хузестан. Удар будет наноситься без предварительной концентрации войск, без обеспечения прорыва – но со значительным количеством диверсионных действий и с расчетом на помощь местных нелегальных исламских групп. Удар будет наноситься в основном в южном направлении, при этом часть мятежников будет прорываться к Багдаду с целью овладеть им и провозгласить свою незаконную власть, а часть – будет прорываться в район Эн-Наджафа и Ад-Дивании с целью форсирования Тигра и выхода на оперативный простор, имея целью наступления весь Аравийский полуостров.

В наступательных действиях могут принять участие до двух миллионов активных бойцов, до тысячи единиц бронетехники. При оказании противодействия мятежники будут рассеиваться на небольшие группы, бросать технику и искать возможность продвижения вперед. Не остановить их и Тигр – если мы взорвем мосты, они форсируют его вплавь. Опасность такого рода наступления будет заключаться в том, что перед нами будет не армия, а по сути – гигантская бандитско –террористическая группировка, возглавляемая лицами, имеющими опыт подрывных и террористических действий, но не имеющими опыта командования воинскими частями, тем более в зоне боевых действий. Даже перебросив в район предполагаемого наступления дополнительные силы, мы не сможем перекрыть все пути просачивания террористов на принадлежащую нам территорию. Это усугубляется сложным характером местности в этом районе, наличием большого количества мест для скрытого рассредоточения, а так же тем, что какая то часть населения региона поддержит террористов. Террористы будет не брать штурмов опорные пункты, а просачиваться мимо них, стремясь выйти в районы, слабо прикрытые силами безопасности.

Два миллиона активных бойцов – при том, что на Арабском форте им противостояло всего чуть более ста тридцати тысяч человек – не испугало никого. Два миллиона – но неорганизованных, необученных, без нормального командования, без достаточного количества брони, при полном отсутствии авиационной поддержки – это ничто против небольшой, но хорошо обученной и вооруженной армии.

Генеральный штаб предлагает для противодействия такой тактике действий противника – предпринять следующее.