Чтение онлайн

– Татицкий, АБ-96, ГП-30**!

Вместо положенного есть, пожилой штабс-капитан молча выкладывает перед ним на стол мину МОН-50 и четыре гранаты. Гранаты – на случай, если все будет совсем хреново, это оружие ближнего боя.

– Татицкий, АБ-96, ГП-30**!

– Есть…

А вот это – уже совсем серьезно. Ночной монокуляр, его не выдают без необходимости, дабы беречь ресурс. Небольшой, размером примерно с… банку с лекарствами. Его цепляют в специальном кронштейне на шлеме или на автомат – в нем есть и режим прицела. Очень удобная штука.

– Татицкий, АБ-96, ГП-30**!

– Есть…

На стол шлепаются два дневных пищевых рациона – на день боев и резервный. Обычно, солдаты таскали с собой еще и свой НЗ, у Татицкого это был арахис с сахаром, пропущенные через кофемолку в специальном пластиковом пенальчике из-под таблеток – день можно продержаться, если не слишком напрягаться.

Кажется – все.

Следом за ними идут уже другие роты – а они, отойдя в сторону, присев прямо на землю, потому что больше негде, сноровисто разрезают ножами, а кто-то и разрывает пальцами неподатливый пластик упаковки, вскрывает коробки с маленькими, золотистыми ракетами, в каждой из которых – возможно, чья то смерть. Пальцы делают свое дело, на автомате топя маленькие ракеты одну за другой в горловине магазина – а в душу потихоньку, исподволь вползает что-то знобкое… нехорошее, чего там быть не должно.

– Время платить по счетам!

Поручик поднял глаза на подсевшего к нему раздолбая – удивительно, но он командовал отделением таких же раздолбаев, и чего-то от них добивался. Все дело было в том, что эти ребята – равно как и их командир – плевали на все правила.

– Отвали…

Поручик Беляшов не обиделся, наоборот – залихватски подкрутил ус, это было еще одной его визитной карточкой, равно как неопрятная униформа. Отчего-то он вообразил себя гусаром старых времен, когда в армии лихость была нужней дисциплины.

– Мандражируешь? Дело на час – прилетаем и улетаем.

– Недаром по штуке патронов на рыло выдали…

– Там много целей…

Татицкий продолжать разговор не захотел и Беляшов, очевидно решив поиграть на нервах еще кому-нибудь – удалился.

А ведь на самом деле было страшно. Поручик был в армии четвертый год, за это время он всего два раза был в боевой обстановке. Да и то – в условно боевой, патрулировал периметр местности, где "скрывались остаточные группы террористов", пока другие люди вели их поиск и уничтожение. Да, он участвовал в больших учениях в прошлом году с десантированием крупных сил, с боевой стрельбой, он занимался на тренажерах, стрелял, отрабатывал ежедневно до автоматизма тактику боевых действий, проигрывая те или иные боевые сценарии в специально изготовленной для армии компьютерной игре***. Но все равно – ему было страшно, потому что это были уже не шутки, это была настоящая война.

Вернулся штабс-капитан, бросил "командиры взводов – ко мне!" – и вместе с ними в сторонке принялся рассматривать какие-то фотографии и делать пометки на карте. Татицкого это не касалось, поэтому он начал перекладывать свои вещи в рюкзаке, стараясь добиться идеальной центровки. Сложить рюкзак – это тоже целая наука, это тебе не сидор через плечо.

Когда все были готовы, патроны гранаты разложены, рюкзаки собраны – закончили свой совет в Филях и командиры. Штабс-капитан Белых молча обрисовал левой рукой круг над головой – общий сбор. Белых был помешан на тишине, считал, что любой звук может выдать солдата, даже если вокруг громыхает артиллерия и стать для него последним. Поэтому – он заставлял учить ЖСС и пользоваться ею, когда надо и когда не надо. Возможно, это осталось от казачьего прошлого Белых – он был казаком, потомственным, из Междуреченского войска, происходил родом из небольшого селения рядом с Бастрой. А там, рядом…болота аль-Фао были, пока не осушили, вот где ЖСС к самому месту.

На брошенный на землю рюкзак бухнулась колода спутниковых снимков, уже обработанных, с пометками.

– Наши задачи. Сектор ответственности – обозначен как Волк, наш общий позывной отныне также Волк, дальше номер отделения и личный. Боевая задача номер раз – вот это здание. Здесь есть подвал, в этом подвале – склад оружия, и здесь еще заседает местный исламский комитет. Его нужно пленить, при невозможности уничтожить.

Командир поднял глаза от снимков на подчиненных

– Не рискуйте – уточнил он задачу

Понятно…

– Далее. Особое внимание при прорыве вниз, там может быть взрывчатка. Планов здания нет… по обстановке, в общем. Далее …

Второй снимок – их много, спутниковый снимок какой-то улицы и на нем проложена дорога между зданиями.

– Это дорога к зданию местного телерадиоцентра – оттуда ведется трансляция всякого дерьма. Его захват поручен другой группе, но если они не справятся – будет работа и для нас. Особое внимание сюда и сюда.

На снимках были скелеты зданий

– Они недостроены. Здесь полно так строят – первый этаж, потом, как дети подрастут – второй. Самое то для организации сопротивления – стройки. Вот здесь есть башенный кран, он не в нашем секторе – но с него могут вести огонь и в нашу сторону. Сбор после зачистки ТРЦ – здесь. Он же станет нашим опорным пунктом, его надо будет подготовить к обороне. Вопросы?

– Пределы применения силы? – спросил Татицкий

– Все кто с оружием – противники. По ним – огонь на поражение. Берегите личный состав, не посылайте его туда, куда можно послать пулю. Все. Поддержка… вызываю я и Уринсон. На всякий случай – Барсук – один стандартная процедура. И еще… с бортов до зоны высадки не стрелять, даже если по вертолетам будет огневое воздействие. Это – задача канониров, они знают, где можно стрелять, а где – нет.

* Проход между рядами кроватей, где производится построение – называется палуба

** АБ-96 – автомат Барышева, принят на вооружение в 1996 году, с подпольным гранатометом ГП-30.

*** Смех смехом, как говорится… Тактический симулятор ArmA разработан на базе боевого программируемого симулятора для армии САСШ. И игра на компьютере вовсе не потерянное время для солдата и тем более для командира – она позволяет до автоматизма затвердить навыки правильных действий в тех или иных ситуациях, при этом не тратя почти никаких денег на обучение. Она позволяет отработать коллективные действия прежде, чем выходить на полигон, она помогает установить типичные ошибки младшего командира и показать их последствия, пока только в виртуальной реальности.

В едином строю.

Раньше так атаковали рыцари – в сомкнутом строю, ощетинившись пиками, прикрывшись щитами. Кавалерийский строй – как единое целое, как стальной таран.

Самое безумное было то, что по Ормузскому проливу шли танкеры. Танкеры, твою мать, самые настоящие, они шли, как ни в чем не бывало, грузились в Басре и шли. Конечно, их было намного меньше, потому что ставки на страхование и фрахт были повышены, но они шли, грузились в порту Басра и отправлялись назад, потому что современная цивилизация не может жить без нефти. Почему-то Татицкому пришло в голову, что нефть это все, и ни он не важен, ни его отделение не важно – важна только нефть, важен черный поток, идущий из этой раскаленной на адском огне сковородке. Все – из-за нефти.

Вертолеты наступали единым строем – это были средние транспортные вертолеты Гаккеля, и их было много очень много – казалось, что все небо сдвинулось с места и наступало на портовый город. Их было не меньше сорока – и это только транспортники, не считались боевые машины, идущие авангардом и на флангах стального строя. Поручик сидел в хвосте вертолета, рядом с хвостовой пулеметной турелью – а сбоку у него был иллюминатор. И в этот иллюминатор хорошо было видно лицо такого же десантника, как и он сам, и было видно, что он так же трусит перед боем, как и он сам и всеми силами пытается это скрыть. Поручик подмигнул ему – и рассмотрел, как незнакомый боец подмигнул ему в ответ…